ССЫЛКА НА РОЛЕВУЮ: http://after.rolebb.ru/
ЖЕЛАЕМАЯ ВНЕШНОСТЬ: Eva Green
ТЕКСТ ЗАЯВКИ:


MEA CULPA


Поверь, мы оба небо знали:
Звездой кровавой ты текла,
Я измерял твой путь в печали,
Когда ты падать начала.
«Твое лицо бледней, чем было» А. Блок.

Сильвия де Трефле-Пике |  Вивьен Дюваль


https://i.imgur.com/iJ9tnGX.gif


чистокровна
сквиб
38 y.o
Оперная дива
Франция, Бретань

Дабы не утомлять огромным количеством текста, передам саму суть заявки. С подробностями оной вы сможете ознакомиться по ссылке выше)
Вивьен - урождённая наследница земель потомственных герцогов де Трефле-Пике, вследствие непростой судьбы потерявшая всё, кроме своего великолепного голоса. Она была рождена сквибом и единственным ребёнком обезумевшего от потери жены волшебника. В своё время Сильвия прошла через домашнее заточение, а затем - через исследования сквибов, проводившиеся группой магов, среди которых был некий алхимик со специфическим подходом, в международной исследовательской лаборатории. По выходу из своего заточения, когда лабораторию закрыли, Сильвия оказалась предоставлена сама себе. Она решила взять другое имя и иную личность. В конце концов она нашла себя на большом сцене оперного театра в Париже, вышла замуж и зажила бы счастливо, если бы не стечение обстоятельств и встреча с тем самым Алхимиком, который до сих пор внушает ей трепет наравне с ужасом.


Это заявка в пару. Она отчасти про стокгольмский синдром, отчасти — про пробуждённую жажду жизни и забытые эмоции в обоих персонажах. Однако, речи о женитьбе и совместно нажитом добре, включая детей, не идёт. Данная история — сложные отношения взрослых людей, отягощённых условностями, обстоятельствами, противоречиями, порой — смертельной опасностью, работой в поте лица и редкими, но незабываемыми встречами. Она — про искру, бурю, безумие от единственного прикосновения.
Я — тот человек, что оставил на вашем теле алхимические шрамы, глубинный страх и... притяжение к этим деталям вашей биографии. На фоне обыденности будней, волнений в связи с деятельностью Пожирателей Смерти и выцветшей картине реальности я — тот человек, что может вернуть Вивьен вкус жизни. Она же, в свою очередь, способна пробудить во мне человечность. Фактически, вы — моя последняя надежда.
Диапазон игровых планов велик, он включает в себя не только отношения, но и поиск выхода из различных щекотливых ситуаций. В частности — выяснения странных обстоятельств рождения Вивьен. Поиск избавления её от шрамов прошлого. Возможно, снятие тёмного пакта, если вы таки решите оный прописать (тёмный пакт, позволивший Вивьен завоевать любовь публики и успех в оперных кругах). Я — за любые идеи, кроме голодовки)
Скажу честно - образ вдохновлён отчасти "Призраком Оперы", отчасти - фильмом "Ночной портье".

Однако, хочу попросить будущего соавтора о нескольких вещах.
♦  Посты хотя бы раз в два дня, максимум — в три. Потому что я — горючее вещество, стремительно гаснущее без подпитки.
♦  Имя и внешность просьба не менять, детали биографии обсуждаемы.
♦  Если Вивьен вас не пленила как меня, прошу сообщить о намерении уйти с роли. Муза — существо капризное, понимаю, однако ждать у моря погоды ♦  занятие неблагодарное) Особенно когда корабль ушёл по-английски.
♦  Хотелось бы видеть соблюдение норм русского языка ака наличие заглавных букв, знаков препинания и т.д. Не считая опечаток, все мы люди. Комфортнее всего в прошедшем времени, третьем лице. Однако привычен и к настоящему времени в тексте. Я сам пишу от 4 к знаков, за объёмом не гонюсь, но и посты менее трёх абзацев ввергают меня в графоманские сомнения)
♦  Автор сей заявки — визуалист, ему важна соответствующая подача происходящего. Поэтому буду рад наличию описаний окружения и персонажа непосредственно не только в анкете, но и в постах :)
♦  Всегда рад общению в телеграмме, если у соигрока возникнет такое желание. Как показывает практика, общение делает игру ярче)
♦  Пример поста. Отказывать не привычен, но при несовпадении вкусов зачем мучить и себя, и соигрока? Надеюсь на ваше понимание)

ВАШ ПЕРСОНАЖ: Заведующий отделения «Отравлений растениями и зельями», колдомедик, Пожиратель Смерти, вальпургиев Рыцарь. Характер скверный, вдовец.
ПРИМЕР ВАШЕГО ПОСТА:

Тык

Тонкокостная девушка-призрак, мелкой поступью пересекая будто бы необъятную антрацитовую комнату, необыкновенно подвижными пальцами опускает иглу граммофона. Вся она — белоснежно-розовая, практически обнажённая, с миндалевидным разрезом розовато-голубых глаз, китаянка-альбинос, нанесённая на бархатное полотнище дальних покоев длинными плотными линиями азиатской туши. Кареокий взор без труда пронзает слои полупрозрачного волокнистого газа, кутающего её покатые бёдра, и впечатление ложится на жёсткий рот такой непривычной для гостя заведения полуулыбкой. Вся она — контраст человеку, чей монументальный рельеф плеч густо и маслянисто поблёскивает под косыми лучами искусственных лун. На них — начертанные следы узких пальцев и проникающая до самого дна лёгких смесь эфирного афродизиака.

То место, где оказались Чарльз и представленное ему чарующее создание, будто бы не имело ничего общего с реальностью, откуда нелёгкая не далее, чем полтора часа назад принесла колдомедика, больше напоминающего пасмурную зиму, нежели человека. Чарльз был измотан сложным отравлением одного из коллег, которому потребовалось прикрытие, и длинной сменой, изобилующей бумажной волокитой и внедрением очередного постановления Министерства Магии, плавно сместившейся ввечеру в дела ночные. Смердящая кишка Лютного переулка встретила Чарльза новостями о сорвавшейся сделке и довольно настораживающих слухах об ирландских конкурентах. Вероятнее всего, Чарльза сегодня вовсе не было бы в покоях госпожи О, если бы не необычайное, почти не присущее Энтони упорство.
“Сегодня у нас для тебя сюрприз, босс.” — так он сказал, и за блеском льдисто-голубых глаз Тони Чарльз безошибочно распознал долю лукавства.
И теперь госпожа О медленным, текучим движением — точно она состояла из воды, не из земной плоти — убирала реку белых волос с покатых плеч, медленно и плавно опускаясь в облако сложенных юбок. Когда Чарльз спросил её имя, она тонко, деликатно улыбнулась кроваво-красными, тонкими губами, отвела длинный дамский мундштук. Верно, она выбрала именно это имя потому, что оно помещалось в единственный дымчато-вишнёвый выдох. О.
Китаянка балансировала между сном и явью подобно канатоходцу, удерживая и клиента от падения в пропасть трёхчасового забытья. О водила короткими ногтями по лоснящейся коже, отпуская круги по водной глади чужой чувствительности — она изучала людей тактильно. Прислушивалась к их гармонике, и в Чарльзе она уловила эхо — такое неразличимое, далёкое, почти ненастоящее. Будто сигналы металлоискателя, обещающие не то клад, не то старый снаряд.

Сочетание элементов, крывшееся под хрупкой на вид гипсовой маской госпожи О, наводила Чарльза на мысли о зелье из выжимки яда виверны; паутины лунного света, добываемой исключительно их отражений в хрустальных водах Тибета, серебряной пыли и капли крови вейлы. Она плыла у него перед глазами. И чем дольше она ускользала, тем сильнее было желание сосредоточить взгляд на молчаливой китаянке, скользившей по зеркалу реальности подобно неуловимой водомерке. В обыкновении он не любил таких женщин — эфемерных, почти ненастоящих, но Тони не оставил ему выбора. Какими побуждениями он руководствовался, когда он выбирал именно её?
Контрастом? Разнообразием? Её магическими прикосновениями за гранью тактильности?
Чарльз ощутил, как О невесомо склонилась над ним, коснулась обнажённой грудью спины, а плеч — почти острым срезом волос. Однако он слишком устал сегодня, чтобы хотеть её в иных планах, кроме эстетического созерцания.
С тела его сошло напряжение. Натянутые струны нервов постепенно приходили в гармонию в обволакивающей их тишине. Чарльз сомнамбулически опустил голову к груди, когда руки О скользнули ниже, к широким лопаткам, а затем стали подниматься вверх по гранитовым барханам мышц Чарльза. Однако в тот миг, когда розоватые, нежные пальцы подобрались к тыльной стороне шеи и прильнули к мерно пульсирующим венам по обе стороны, стальные пальцы почти с неуловимой быстротой перехватили белые напряжённые запястья.

Её кожа наощупь как лепестки лотоса. Её страх — вскинувшаяся в одночасье, сладостная волна, омывшая его с головы до ног. Обещающая многим больше. Тень, что поглощает её по мере того, как Пожиратель поднимается на ноги, утягивая скованную не то непониманием перемены, не то сиюминутным шоком О. Затем он берёт её за плавный свод челюсти, удерживая беловласую голову поднятой, ставит на ней раскалённую, кровавую печать своего поцелуя — под нажимом зубов легко рвётся тонкая поволока розовых губ. Только теперь, ослепленная пронзительной болью, она вздрагивает, но не пытается освободиться — вестимо, лёгкие повреждения входят в контракт.
Пожиратель отстраняется, вскидывая голову, и косо упавший свет рисует на его лице гротескную, чёрную демоническую маску. Тени заволакивают взгляд, душат блики в глубине широких чёрных зрачков. Госпожа О рывком пытается освободиться тогда, когда сжимающиеся на её голове пальцы норовят сломать тонкие, податливые кости, но тщетно — он может удерживать её, хрупкую, будто вдвое меньше его самого, одной рукой. О норовит ударить его в пах или по голени, но Пожиратель швыряет её в подушки, на которых только что чинно сидел Чарльз.

Нескольких секунд и разрыва зрительного контакта хватило, чтобы минуло. Чтобы эбеновая волна отхлынула, оставляя на берегу только мёртвую усталость.
Когда Поттер пришёл в себя — О и след простыл.
— Чтоб тебя, Тони. Это была дурная затея, очень дурная. В следующий раз подумай трижды.
Освещение слепило ему глаза и выхватывало крапины холодной испарины. Тени залегли под запавшими глазами. Прежде, чем уйти, следовало объясниться с администрацией и выплатить полагающуюся компенсацию, как бы та ни оказалась. Подобные проступки едва ли были присущи тому Чарльзу, которого, вероятно, знали в стенах клуба.

И ещё немного графики)

Отредактировано Devastation (15.09.2022 18:53:49)