неактуально;

ССЫЛКА НА РОЛЕВУЮ: выхода нет
ЖЕЛАЕМАЯ ВНЕШНОСТЬ: taissa farmiga, hunter schafer, лиза арзамасова, tom holland, evan peters или твой выбор
ТЕКСТ ЗАЯВКИ:

самый лучший ребёнок в мире
https://i.imgur.com/N6qYmdS.png https://i.imgur.com/f5XzPCK.gif https://i.imgur.com/enMZIVq.png
имя на твой выбор, фамилия стельмах • 16-21 • школьник // студент • как варианты предлагаю taissa farmiga, hunter schafer, лиза арзамасова, tom holland, evan peters, но так как персонаж будет твой, то и окончательное решение касательно внешности принимать тебе

[indent]— Мама, я...

[indent]Кто ты, солнце?

[indent]Девушка, запертая в мужском теле? Парень, оказавшийся заложником в женском теле? Гей? Лесбиянка?

[indent]Ты можешь мне рассказать. Мама почувствует. Не поймёт, конечно. Не сразу. Испугается очень, но примет. Тебя и твою боль, всю, без остатка. И поддержит, всегда. Постарается помочь. Спросить о том, чего не понимает. Постарается быть рядом, постарается стать опорой и мостом. Тем человеком, который в тебя, тебе, поверит. Обнимет когда нужно. Поможет выдержать, пройти через всё. Поможет справиться с общественным давлением, с нападками в школе, колледже или университете. Поможет поверить в себя и своё право быть тем, кто ты есть, солнце. Поможет успокоить отца, убедить его если не принять, то хотя бы смириться, сгладить эскалацию бессмысленного конфликта. Поможет справиться с давлением преподавателей и злыми шутками твоего младшего брата или сестры.

[indent]Потому что это всё не имеет значения, солнце. Мама любит тебя, ведь ты мой ребёнок. И это непреложная истина, которая не зависит ни от чего в этом мире. Это то, что не изменится никогда. Константа. Точка отсчёта в системе координат, на которую ты всегда сможешь положиться.

[indent]Просто ничего не бойся. Мама всегда будет с тобой, за тебя и на твоей стороне.


[indent]Да, это заявка-трансформер. Суть в том, что твой персонаж оказывается в очень уязвимой группе граждан, что и приводит его к конфликту с российской действительностью и реалиями, провоцируя конфликт и в семье, где мать оказывается на его стороне, а консервативный отец, что никого и не удивляет, на другой. Из этого и должна родиться очень непростая история о понимании, поддержке и борьбе за право быть самим собой твоего персонажа, потому что это тот случай, когда мать действительно чувствует и полностью осознаёт боль своего ребёнка. Это странность Софии: она чувствительная, поэтому ощущает сильные негативные эмоции, как физическую боль, забирая и вытягивая их.

[indent]Детей в семье двое, твой персонаж — старший. Касательно младшего у нас пока чистый лист, так что приход совместно с братом/сестрой только приветствуется!

ВАШ ПЕРСОНАЖ: Мама персонажа // София Стельмах, 47 лет, медсестра в хирургическом отделении ГКБ им. С.С. Юдина.

выдержка из анкеты

[indent] София осторожно перебирает густую кошачью шерсть, зарываясь ладонями в воздушную мягкость на животе. Зверёк сворачивается мурчащим клубком на коленях. У неё дрожат руки, а глаза наполняются слезами — сухие и красные. Она чувствует боль Петра на кончиках пальцев, та искрится и пляшет прерывистой линией молнии, поднимается выше, вьётся колючей проволокой по запястьям и идёт дальше, поселяясь свинцовой тяжестью разрывной бомбы в груди.

[indent] Пётр молча читает газету. София сцепляет челюсти, смаргивает слёзы и чешет кота за ухом.

[indent] Боль Петра последует за ней всюду, София знает об этом и не бежит. Даже не собирается, позволяет заполнить себя до краёв и прибить к земле.

[indent] Если бы София была птицей, она не смогла оторвать ни крыла, ни головы от пола, но она не птица, она — человек, а значит всё в порядке. София может потерпеть, впитывая густую ядовитую смолу чувств Петра капля за каплей.

[indent] София не спрашивает, Пётр — не отвечает. Дело ведь не в причине. То есть, конечно, в ней, но для Софии это не имеет ровным счётом никакого значения. Она просто сжимает ладони в кулаки и медленно выдыхает. Пётр расскажет, если сочтёт нужным, до тех пор молчание — его право.

[indent] София — волонтёр, София — доброволец.

[indent] София ничего сегодня не ела, и её уже тошнит. Чужими чувствами, чужой болью. Софии хочется усадить кота на кресло, извиниться, доползти в ванную, включить погромче кран и выхаркать весь этот ужас, впивающийся острыми иглами под кожу, выблевать весь этот студенистый кошмар чужих ощущений вместе со вчерашним обедом и завтраком. Ей хочется распустить завязки на рубашке, чтобы ровный ряд пуговиц разошёлся в стороны, и выдрать, вырвать всё, что Пётр чувствует из своей груди, потому что оно чужое, но не чужеродное — оно жжётся, горит, ярко сияет чёрным там, внутри, за рёбрами, в грудной клетке.

[indent] Но она сидит, всё так же чешет кота за ухом и ничего не делает.

[indent] Воздух в комнате становится тяжёлым и вязким, чувства Петра захватывают её, затягивают в водоворот, сходятся тугой удавкой на шее. София осторожно поправляет воротничок рубашки и грустно, понимающе улыбается.

[indent] О чём ты думаешь, Петенька?

[indent] Потому что она знает — наверняка знает, что Пётр чувствует.

[indent] Она неслышно всхлипывает, он — переворачивает страницу.

[indent] Петенька, я здесь. Пожалуйста, Петенька. Поговори со мной, Петенька, пожалуйста, прошу тебя. Петенька, поговори со мной. Скажи мне что-нибудь, Петенька, прошу тебя, хоть что-нибудь. Что угодно. Иначе мы захлебнёмся оба, Петенька.

[indent] София не поднимает глаз, не переводит взгляда, София смотрит в окно, а за ним только стена дождя, и она чувствует себя этим миром за окном, раздавленным холодным осенним ливнем — мокрым асфальтом и пропитавшимся водой навесом кафе через дорогу.

[indent] Ей хочется разодрать себе руки, разодрать лицо, соскрести с костей мясо и кожу, чтобы рассмотреть, что там, внутри, подо всем этим, чтобы выпустить эмоции Петра наружу, позволить превратиться им в большую чёрную птицу, дать сесть на плечо и склевать глаза, дать вырвать язык. Вместо этого она делает ещё один вдох и медленный выдох: эмоции Петра входят в неё раскалённым клеймом, пока она выдыхает влажный воздух.

[indent] Пётр молчит.

[indent] Я хочу помочь, Петенька. Что тебя мучает? Что тебя беспокоит?

[indent] Пётр на неё даже не смотрит.

[indent] У Софии в желудке ворочаются злые змеи, они жалят холодной и острой болью, похожей на прикосновение ножа, похожей на шторм. Они вертятся, будто на огненной сковородке, кусая себя за хвосты. Имя этому шторму — Пётр.

[indent] София впитывает его эмоции, все до единой, не раскрывая рта, молча.

[indent] А потом сворачивается на полу в ванной и долго лежит без движения. Её глаза опухшие и красные. Но она не позволяет себе ни звука, обняв колени и уткнувшись носом в коврик с мягким ворсом, кусая его зубами, когда отчаянно выкручивает жилы — так сильно, что хочется выть.

[indent] София лежит и малодушно думает, насколько проще было бы не чувствовать вовсе. София лежит и малодушно думает, насколько проще было бы окружать себя только счастливыми людьми. София лежит и малодушно думает, насколько легче было жить, если бы она никогда больше так не делала.

[indent] София лежит и она вся — чёртово острое, пронзительное малодушие, а когда шторм, причин которого она не знает, заканчивается, слабо тлеет чуть тёплым стыдом.

[indent] И дрожит. То ли от холода, то ли от боли.

[indent] София клянётся себе, что сегодня же остановится, завяжет и прекратит, потому что она не выдержит. Нет. Не выдержит больше.

[indent] София жмурится, прокусывая тонкую кожицу на подушечке пальца, и рот наполняется металлическим привкусом.

[indent] И прямо сейчас она себе почти, почти верит. Потому что в такие мгновения очень легко поверить — мгновения, когда сначала так больно, а после — ужасно, чудовищно, страшно пусто. Совсем. Она ведь не сумасшедшая, она ведь не мазохистка.

[indent] А потом София поднимается, умывается, заклеивает палец пластырем — собирает себя в кучу.

[indent] И из ванной выходит уже совсем, совсем другая София. Эта София возвращается в гостиную и садится на диван, рядом с Петром, снова и снова вдыхая боль, ненависть или ярость. И тогда София чувствует себя идиоткой, тогда София думает, что не достойна жить. Но больше София ничего не умеет.

[indent] Потому что всё, что София может — это сожрать вашу боль и не подавиться, кем бы вы ни были и что бы ни совершили.

ПРИМЕР ВАШЕГО ПОСТА:

+

[indent] Коралина открывает глаза, когда звенит будильник. Она знает, что должна это сделать.

[indent] Это просто тайм-менеджмент, не тяга контролю, так она успевает больше, всё в порядке.

[indent] Усталость и трёхчасовой сон влияют на настроение и цвет лица. Коралина знает, что это исправит завтрак и чашка кофе. Просто тело не успело восстановиться. Это совсем нестрашно. Немного консилера и улыбка отлично дополнят образ.

[indent] Поход в душ занимает привычные пятнадцать минут, чтобы не терять время — тренирует улыбку у зеркала, когда чистит зубы.

[indent] По пути на кухню проверяет почту, ставит кофеварку и тосты. Смотрит на часы. Удаляет пропущенные от Сэма. На них больно смотреть и это плохая тема для размышлений в 5:45 AM. Грегг просил приехать пораньше и помочь подготовить бумаги, ей никогда не было сложно помочь. Начальству вообще не отказывают в трезвом уме.

[indent] Вместо новостей — музыка, Коралина пританцовывает и кружится по кухне, отправляет Юэну несколько сообщений. Просто интересуется, всё ли в порядке. Только спрашивает, как он. Это не давление. Она беспокоится. Нет, это не безумный жуткий хтонический страх, граничащий с паранойей. Нет, она не больна. Просто брату сложно, а она — хорошая сестра. Это просто поддержка. Не нужно усложнять.

[indent] Сверяется с прогнозом погоды, читает сегодняшнюю аффирмацию. Говорят, это полезно. Позитивный настрой.

[indent] С экрана телефона на неё смотрит простая фраза: У меня много энергии и жизненных сил.

[indent] Коралина повторяет её трижды на всякий случай. Становится легче.

[indent] В 6:13 AM она возвращается в спальню, отвечая на звонок Грегга.

[indent] Доброе утро. Да, она будет. Да, вовремя. Спасибо, что напомнил, Грегг. До встречи в офисе.

[indent] Обнаруживает, что и новые брюки стали ей велики. Делает глубокий вдох, достаёт платье, делает себе мысленную пометку — купить на размер меньше, если появятся лишние деньги.

[indent] Спойлер: они будут у неё примерно когда-нибудь никогда.

[indent] Коралина об этом, конечно, не думает.

[indent] В конце концов, ей идёт синий — отличный цвет. Добавляет весомости и официоза. А платье придаёт женственности. Ей нравится, как выглядит силуэт в зеркале. Пожалуй, достаточно серьёзно. Ничего лишнего.

[indent] Она дополняет его пиджаком и наносит скромный простой макияж. Немного подправить цвет лица, выделить скулы и подчеркнуть глаза. Взгляд в работе юриста — это очень важно. И довершить нейтральной помадой.

[indent] Ещё десять минут уходит на проверку документов.

[indent] Приходит сообщение от Сэма.

[indent] Коралина останавливается на секунду, вздыхает, смахивает его с экрана смартфона не читая и убирает договора в папку.

[indent] Нет, мы не сможем увидеться в среду, Сэм. И в четверг тоже не сможем. Прекрати мне писать. Мне очень жаль, Сэм. Правда, очень.

[indent] У неё совсем нет времени для таких мыслей. Она не привыкла опаздывать на работу и не поступится своими принципами сейчас.

[indent] В половине седьмого она стоит в строгих туфлях и классическом пальто, закрывая дверь квартиры. Грегг может на неё рассчитывать, она не подведёт.

[indent] Утренний Эдинбург кажется ей немного ленивым и сонным, но таким нравится больше всего. Красивее он бывает разве что в сумерках или глубокой ночью, когда пустеет — тогда можно услышать настоящее дыхание города, а не людей в нём, потому что они прячутся по домам, и эта огромная каменная громада показывает характер.

[indent] Коралине нравится мир без людей. С людьми нравится тоже, просто чуть меньше. Она списывает это на усталость.

[indent] Можно было бы потратиться на такси, но она уже присмотрела Юэну отличные новые краски — заказ придёт со дня на день. Коралина отказывает себе в капризах, практичность — залог стабильности. А стабильность их семье сейчас очень нужна.

[indent] Поэтому она теряется в шумной паутине, многоликой и многорукой, сохраняя осторожность. И не садится в автобусе, чтобы не помять платье — важно выглядеть безупречно. И гораздо полезнее для здоровья.

[indent] Диалог с Юэном всё так же полнится тишиной. Коралина не требует от него сиюминутных ответов. Он творческий человек, и наверняка спит. Скорее всего, вновь работал до утра. Или смотрел фильмы. Или... Она успокаивает себя, окончательно зафиксировав на лице вежливую полуулыбку.

[indent] И входит в офис ровно в 6:51 AM. До начала рабочего дня ещё два часа. Она всё успеет, Грегг будет доволен.

[indent] Коралина погружается в работу резко, ныряя в тёмные воды с головой. Это помогает отвлечься, занимает на самом деле. Позволяет унять тревогу и беспокойство. И она совсем не смотрит на телефон.

[indent] Время до обеда проходит совсем незаметно.

[indent] Она позволяет себе полчаса на овощной салат и яблочный сок. И ещё одну чашку кофе.

[indent] Проверяет сообщения.

[indent] Два пропущенных от Сэма.

[indent] Ей действительно жаль, но у неё планы на вечер. На ближайшие вечера. На ближайшую жизнь. Она проведёт их с Юэном. Все до единого.

[indent] Коралина не отвечает. Снова удаляет звонки. Всё в порядке, всё действительно хорошо.

[indent] И возвращается к работе. У неё ещё очень много дел, чтобы отвлекаться по пустякам.

[indent] Тревога усиливается, скручивается котёнком в животе, растёт и ширится. Она заполняет Коралину до краёв. Превращается во что-то жуткое и большое. Раздирает живот изнутри, цепляется за рёбра и ползёт вверх, струится змеёю по позвоночнику, обвивает шею удавкой.

[indent] Телефон по-прежнему молчит.

[indent] Офис пустеет.

[indent] Наступают сумерки.

[indent] Коралина сжимает кулаки, впиваясь в ладони пальцами — ей нужно, просто нужно написать брату. Ей нужно ему позвонить.

[indent] Она говорит себе, что это паранойя. Что так нельзя. И разбирает стопку документов. Её хватает ещё на час.

[indent] Ей совсем не становится лучше. Вообще. Никак.

[indent] Когда вечер накрывает Эдинбург, она делает перерыв. Просто усталость. Просто ещё чашка кофе.

[indent] И звонит Юэну. Он не отвечает.

[indent] Где же ты, Юэн? Где же ты?

[indent] Проходит ещё три часа, Коралина тонет в чужих делах и проблемах, но не вникает в происходящее.

[indent] Что-то не так.

[indent] Всё.

[indent] Всё не так.

[indent] Юэн молчит.

[indent] Коралина трёт виски и идёт мыть чашку.

[indent] Ей действительно страшно.

[indent] Она кажется себе стервой и истеричкой, не дающей брату дышать. И знает, что это неправильно.

[indent] Звонит ещё раз. Гудки идут, нет ответа.

[indent] Документы отправляются в шкаф. Коралина проигрывает своим иррациональным страхам, извиняется перед Греггом, отпрашивается пораньше. Рабочий день закончился четыре с половиной часа назад.

[indent] Грегг смотрит в её глаза и отпускает. Спрашивает: — Всё в порядке?

[indent] Коралина, конечно, кивает. Кивает, выходит из офиса и ловит такси, называя адрес Юэна. Очень вежливо просит ехать быстрее. Говорит, что опаздывает.

[indent] Вот только... куда?

[indent] Через четверть часа она покидает салон, бежит в магазин и покупает что-то на ужин.

[indent] Боже, Коралина, ты сошла с ума.

[indent] Пальцы дрожат, она едва не роняет телефон на кассе.

[indent] Все внутренности выворачивает. Её тошнит.

[indent] Коралина стучит каблуками сначала по асфальту, потом — по лестнице, с трудом попадает ключом в замок.

[indent] — Юэн, я привезла ужин!

[indent] Тишина оглушает. Она слышит шорохи и хрип.

[indent] Коралина роняет пакет, сломанными дрожью руками бросает на пол пальто, забывает снять туфли.

[indent] Коралина проходит в квартиру, захлёбываясь ужасом и темнотой, и мотыльком бросается на свет в кухне.

[indent] Коралина оглушённо замирает в проходе.

[indent] И кричит.

[indent] Юэн, Юэн, боже мой, Юэн, что же ты наделал, Юэн?

[indent] Оживает. Отмирает. Вздрагивает. Тонет в слезах, глотает воздух. Умирает внутри.

[indent] Ловит Юэна, пытаясь удержать.

[indent] Он дёргается в петле. Или в руках?

[indent] Только не это. Только не это, нет, пожалуйста, нет.

[indent] Она хорошая сестра, господи, нет. Господи, Юэн!

[indent] Она уже здесь. Она рядом.

[indent] Юэн, дыши, пожалуйста, только дыши.

[indent] Она найдёт ещё подработки. Она привезёт красок. И найдёт другого врача. Она будет стараться лучше. Честное, честное слово!

[indent] Боже мой, Юэн, прости!

[indent] Ей так страшно, страшно не удержать. Не справиться. Потерять.

[indent] Юэн, только не надо. Только не так. Только не ты.

[indent] Всё будет хорошо. Обязательно будет.

[indent] — Юэн, я здесь, — задушенный шёпот теряется в беззвучных рыданьях, Коралина чувствует тело брата плечом и молится, чтобы это было не просто тело, чтобы это всё ещё был её брат.

[indent] Это опоздание она себе никогда не простит.

[indent] Коралина жмурится и боится открыть глаза. Она заставляет себя, приказывает себе, вынуждает себя. Нужно вытащить Юэна из петли.

[indent] Она делает всё, что необходимо. Она не справляется.

[indent] — Юэн... Юэн, прости.

[indent] Водостойкая тушь не течёт, слёзы смывают только тональный крем и консилер.

[indent] Коралина отирает дорожки ладонью. Сжимает челюсти до боли, когда понимает, что зубы стучат.

[indent] Стягивает проклятую удавку и обнимает брата.

[indent] Тревога внутри утихает, шторм заканчивается — ужасы становятся реальны, обретают форму, фактуру, цвет.

[indent] Она — очень, очень плохой человек. И плохая сестра.

[indent] И сидит в грязных туфлях в кухне брата. В платье. На полу. Эта мысль вспыхивает внезапно.

[indent] Она извиняется: — Я всё... я всё уберу. Я сейчас всё уберу, хорошо? Ладно?

Отредактировано glokta (19.12.2020 01:56:28)