ССЫЛКА НА РОЛЕВУЮ: http://exlibris.rusff.ru/
ЖЕЛАЕМАЯ ВНЕШНОСТЬ: mnogoznaal
ТЕКСТ ЗАЯВКИ:

KOT BAYUN [SLAVIC FOLKLORE]

раса: нечисть колдунская
возраст: unk

деятельность: производитель мурчания, утилизатор трупов
место обитания: питер

https://i.imgur.com/qBfZTH3.png https://i.imgur.com/gXuJruF.gif https://i.imgur.com/1vG761v.png
mnogoznaal


КЛЮЧЕВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
у кота-баюна репутация прескверная. люд приписывает ему и размеры громадные, и людоедство, и нрав отвратительный. болтают, что чудовище то порождение тьмы самой и обитает где-то на окраине чащи, где не способно выжить ничего; ни зверей там нет, ни птиц. и любого, кто повстречает на пути своем кота черного, погибель ждет страшная. именно из-за страха перед баюном все черные кошки нави и яви страдают от такой паршивой репутации.

на деле же все куда проще.
натура у баюна пластичная и хитрая. давным-давно, в те времена, о которых никто толком не помнит, баюн был шальным молодцем и колдуном прозорливым. на свою беду, из-за языка ли длинного, из-за характера несносного, насолил он чем-то бабе-яге – самой могущественной ведьме всей нави, да та и прокляла его, обратив котом. так баюн при свете дня был черною хитрою тварью, ночью же – оборачивался человеком. образ жизни такой добавил ему новых привычек. будучи тварью ночной, необычной, пристрастился баюн и к мясу сырому, и к человечине. не гнушался пугать путников, забредших на перепутья, а порой, ежели кто у окошка оставит ему блюдце молока, кот мог и помурчать, и сказок нарассказывать.

когда же навь стала рваться и многие существа сказочные в панике стали покидать ее, баюн, пересекая черту, увы, остался в обличии обыкновенного кота. да и попал в руки к диву, не подозревающему о том, кем на самом деле является его новый питомец. никто из навьих тварей не могут узнать, что это не кот обычный, а собрат их. только вий – чье око всевидяще – способен и «видеть» всю сущность, и повлиять на заклятье его.

что теперь, идти таки на поклон или выкручиваться самому?


ДОПОЛНИТЕЛЬНО
у меня очередная заявка из разряда «не ебу че написал», но постараюсь все же прояснить.
то, что баюн – это не просто кот, - знает только вий. потому что вий просто видит всё, чует как бы, даже не смотря на то, что попав в явь он ослеп. чутье виево осталось с ним.
и чтобы баюн смог снова обрести свой дар красноречия (а кот *мат* пиздлив и обаятелен, что любого заболтает), ему нужна помощь вия. разумеется, не за просто так. дак вот – то, как именно это произойдет – предлагаю обкашлять вместе. скажем, годок-другой своей жизни в обмен на человеческую личину? или же душу свою в виевы руки? под крыло теплое да в угол надежный все же лучше, чем на улице лапы морозить? можно все это сыграть, в зависимости от того, насколько тебе прикольно быть хвостатым пиздюком, конечно.
ящитаю, мы тут много чего можем выдумать интересного. с ягой у тебя терки, вий не слишком приятная сволочь в принципе, а вот с дивом вы явно сдружились. к тому же, вий и див очень не любят друг друга, но связаны неким таинственным пророчеством, которое напророчил див. называется, живите с этим как хотите. так что баюн вполне самостоятельный персонаж, но общих связей у него сразу как минимум с тремя навийцами, с каждым из которых можно придумать и играть свою линию. мне интересно проработать как наше прошлое взаимодействие, так и будущее.
внешность можно изменить, но многознаал мой краш шопиздец, я изошел слюнями пока искал фото. готов обсуждать.
от себя обещаю тесное взаимодействие, могу предоставить всяческое арбузерство твоей шкуры и двусмысленные шуточки, а в тайне буду любить и обожать, потому что многознаал же.

ВАШ ПЕРСОНАЖ: вий, тот самый
ПРИМЕР ВАШЕГО ПОСТА:

пост

Глаза от света у него каждое утро болят. Все не свыкнуться, не приспособиться. В нем неудовольствия больше, чем чего бы то ни было еще. От того, что Навь, дом родной его, на лоскуты рвется. От того, что Яви силы в разы меньше. И место ему это не нравится. Недружелюбное.

Вий щурится сквозь темные очки на вечернем солнце. Холодный, белый свет, отражаясь от снега, в глаза бьет с такой силой, что болят, даже если зажмуришься. Чуть больше года прошло, как навья хтонь зрения лишилась, а привыкнуть все не выходит. Как и то, что смотреть на него не боятся.
Мимо чешет очередной зевака, пырится на него через лобовое стекло и рассматривает во все шары, будто в первый раз увидел.

*мат*. В Нави бы — то был бы и последний.

Рука виева лежит на руле, пока светофор зеленым мигает, из-за пятиэтажек ползет зарево закатное. Закатится скоро диск. Люди по тротуарам спешат, по домам, видать, к ужину. Мамка многодетная бегом по зебре идет, чуть не в припрыжку. В каждой руке по дитятке со скошенными шапками, с варежками на резинках. Одна такая возьми да посмотри на Вия. В слезы, мать ее почти тащит, не глядя, а дятко заливается. Вий то и улыбается ей, сопливой с косичками, зубы белые щерит. Видит дятко нутро виево, то истинное, с тысячами глаз. Все бы так.
Вий хмыкает, глянув в зеркало боковое, руль поворачивает и катится на желтый, чтобы в пробках не застрять. Ему на вокзал нужно, повидать, так сказать,  старого знакомца.

К вокзалу Вий подъезжает, когда вокруг чернота уже стоит. Выходит из машины, бросив очки на сиденье, и дышит, носом глубоко тянет. В темноте он видит лучше, намного. Зрачки у Вия — как пораженные катарактой, — будь он простым человеком, то слеп был бы, как котенок. Нутро выручает. Он видит, как в черно-белом кино, и чует, куда идти надо. По ступеням поднимается, минует холлы вокзала. Вдали грохочет поезд и женский голос в динамиках объявляет путь следования как раз, когда Вий вылавливает из общего потока теней навью энергетику.

— Чего, не отморозил еще лапы, усатый? — Вий разваливается посреди лавки, на которой дремлет заметно исхудавший кот. Локтем о спинку опирается, скрестив ноги в лодыжках — чисто барин, ей богу — и переводит к старому знакомцу взгляд свой белесый. Только видит не столько кота, сколько сущность его. Слышит, как сердце кошачье кровь гоняет, и чувствует энергетику, как если бы языком соль пробовал.

— Сижу тут, значит, недавно, газету читаю, — начинает Вий, выуживая из внутреннего кармана куртки пачку сигаретную и прикуривая, — и чую, поменялось что-то. Кого-то снова с Нави выкинуло. Или сам пришел. Хотя, все больше сами идут, конечно. Кто как. Слыхал вот, чего с Анчуткой стало? Не повезло парню. Он как с Нави вышел — на трассе под камаз попал. *мат* картина была.

Вий вздохнул, хоть и не слишком скорбно, ноздрями дым в сторону выдохнул и посмотрел в глаза кошачьи. Обмельчал нынче Баюн, конечно. Пусть и в Нави не крупнее собаки был, но тут уж совсем, что называется, хуевые карты выпали. Да еще и так…

— Вот даже не знаю, далеко ли ты сам от Анчутки ушел. — указал Вий рукой с сигаретой на всего Баюна, что в шкуре кота остался. — Как тебе, а?

Вий улыбается. Не то, чтобы сильно сочувствует или злорадствует. Вию, на самом то деле, *мат* на многое, что вокруг творится. Но есть все же замысел у него свой, определенный. И появился он не сразу. Покуда Баюн в Яви не первый месяц и Вий сразу почувствовал это, а вот потолковать только сейчас решил. Есть у него мысля, как кот послужить может. Коли не откажется, конечно.