http://co.forum4.ru/files/000f/09/5e/22968.css
http://co.forum4.ru/files/000f/09/5e/47859.css
http://co.forum4.ru/files/000f/09/5e/41555.css
[НЕ ПРОПУСТИ!]
[29.11.] С 29.11. некоторые правила упраздняются к тому, что - за что голосовали, то и поставили (администрация снимает с себя все полномочия по выбору работ дня). Без ограничений на количество попаданий. Раз в неделю/две, тема с выбором будет закрыта. Что это значит? Это значит, что в таблице будет ВЫБОР АДМИНИСТРАЦИИ. В котором будут собраны все работы за неделю, зацепившие внимание амс. В Daily Art News о.2 выбор администрации будет отмечен отдельным сообщением с соответствующей пометкой.

[12.11.] Друзья! Обратите внимание на нововведение в выборе работ дня: теперь в таблице будут присутствовать три работы по итогам голосования пользователей, и три - по итогам голосования амс-состава. Сами правила голосования остаются прежними)
[12.10.] Товарищи ренессановцы! У нас изменился дизайн, искренне надеемся, что администрацию камнями не забьют (у нас демократия, помним)).
А еще у нас больше не будет баннера-дня, зато будет дизайн дня, за который вы можете проголосовать, ну или если не будет дизайна - будет еще один эпиграф или аватар.
P.S. А еще мы вернули голосование за работы дня и пересмотрели ранги, с новой системой, уже можно ознакомиться в соответствующем разделе ;)
» на рекордных скоростях
[БУДЬ В КУРСЕ]

[КОНКУРС: РЕКЛАМА ДЛЯ РЕНО] - - аннулирован.

[лента в профиль] - для всех, у кого стояла лента - смена на новую - бесплатно. Для тех, кто хочет поставить себе - стоимость с 1500 флоринов, упала до 300. Предложение ограничено!
[открыто голосование на работы дня]
" П р о р ы в "    н е д е л и        
Прорыв недели Прорыв недели Прорыв недели Прорыв недели Прорыв недели Прорыв недели Прорыв недели

Photoshop: Renaissanse

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Photoshop: Renaissanse » Дневники & фотоальбомы » Madness is a place


Madness is a place

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

http://i.imgur.com/QfdCrh8.gif
Что-то мое,
И то, что чужое,
Но очень "мое"

0

2

Писалось на музыкальный конкурс под композицию Imagine Dragons – Battle Cry

Фандом: ГП
Персонаж: Гермиона Грэйнджер

Вспышка заклинания срывается с палочки, выводя очередного противника из строя.
Эта война началась в конце их четвертого курса и холодно тлела долгих три года года, унося жизни и нервы, чтобы вылиться в это.

Когда тебя предает один из лучших друзей на пару со своей сестрой - твоей единственной подругой...это крайне странное ощущение. Как и то, когда на Рождество седьмого курса - за полгода до этого - ты узнаешь, что твои родители мертвы. Не смотря на то, что ты заставила их забыть себя и уехать. Иначе они ни в какую не соглашались "оставить тебя одну". Но их нашли. Как? КАК?! Если ты сменила им фамилии и документы?! И ты никому об этом не говорила, даже Ордену. Только самые близкие друзья знали...
Тот момент, когда ничего не остается, кроме пустоты, которую ты отказываешься заполнять жаждой мести - только желанием защитить то, что осталось. Своих друзей. И когда в тот же вечер заходит речь о "дополнительных занятиях по Зельям", ты идешь обучаться боевой магии наравне со слизеринцами и "Избранным". Все еще немного непривычно слышать от первых сухие, но от этого не менее искренние слова соболезнования. Но в военное время нужно держаться таких союзников - они ведь чертовски умны и чертовски хотят жить и помочь своим родным выбраться из той кабалы, под которую тех подвели уже их родители, поддавшиеся очарованию харизматичного юноши, каким когда-то был Волан-де-Морт. И пусть им плевать на "светлую сторону" - их интересует только благополучие их близких. Ей теперь тоже, по большому счету, плевать на цвета сторон - она на стороне Гарри, и она пойдет за ним до конца, каким бы он ни был.

Правда открылась перед самыми ЖАБА. Золотое Трио засиделось около озера, на их любимом местечке под раскидистой ивой. Гермиона довольно слушала ответ Гарри на ее очередной вопрос и наблюдала, как он показывает его на практике, трансфигурируя немного воды из озера в стайку рыбок. Посчитав, что на сегодня можно и закончить, ведь перед смертью не надышишься, они начали собираться. Только Рон почему-то не двигался с места, так и продолжая сидеть на расстеленной на траве мантии. И смотрел куда-то за спину немного недоумевающей, но пока еще улыбающейся девушке. Что-то в этом взгляде было такое, когда он перевел его на друзей...
Гермиона резко разворачивается, мгновенно выхватывая палочку и выставляя щит, в который тут же врезается несколько вспышек. Через секунду всполохи рассеиваются, позволяя увидеть колдующего. Точнее, колдующую.
- Джинни? - в голосе Гарри недоумение, смешавшееся с явным намерением сказать "Отличная шутка". Но за спиной раздается "Stupefy", и девушка не успевает развернуть щит шире на какую-то долю секунды - Гарри, оглушенный, падает к ее ногам, а следующее заклинание Рона, как и все это время заклинания Джинни, с шипением врезаются в щит Грэйнджер. Спасибо сестрам Гринграсс, натренировавшим ее защиту за эти полгода и доведшим ее до автоматизма.
- Что вы делаете? - Шестеренки завертелись в ее голове, как всегда без сбоя, даже не смотря на скорость в трое больше обычного.
- Рон, тебе нужно было оглушить ее, - голос рыжей насмешлив и зол. - Гарри бы мы как-нибудь уболтали и спокойно перенесли их обоих к Лорду.
Когда Джинни злится, она говорит больше, чем нужно. Вот и сейчас, судя по всему, она сболтнула лишнее.
Зато Гермиона как будто ясно услышала щелчок, с которым все встало на свои места, складываясь в цельную картину. В Ордене уже год поговаривали о том, что в их стане завелась "крыса", активно выдающая двойную агентуру Снейпа. Грешили и на самого Снейпа, и на слизеринцев, хотя они вообще не касаются дел Ордена. Но никто не мог подумать на лучшего друга Избранного и на его девушку, сестру этого друга. С которой у Гарри не клеится с конца прошлого курса, после того, как между "львами" и "змеями" был установлен негласный договор о ненападении. Конечно же, не все были рады и понимали необходимость этого шага. Рон и Джинни как раз были одними из тех учеников. И эти их периодические взгляды, что она ловила на себе или Гарри, но списывала на те или иные обстоятельства... Мерлин, какой же дурой она была. Слепой идиоткой.
Но уподобиться домовикам и побиться головой о ножку стола она сможет и потом. Сейчас нужно было нейтрализовать угрозу. Она пыталась придумать, как разбудить Гарри - на банальнейший Enervate не хватало времени, Уизли атаковали почти безостановочно. Щитовые чары трещали, останавливая заклятия, но держались уверенно. При такой расстановке сил у нее хватало концентрации только на контратаки - если она опустит палочку, чтобы разбудить Поттера - щит может не выдержать такого напора. Если бы она могла двигаться или если бы перемещались противники, она смогла бы все. Не зря все-таки она на "дополнительных занятиях" то и дело ловила одобрительные взгляды своих партнеров по спаррингу. Но сейчас - когда оба рыжих были с разных сторон и только отталкивающие чары, наведенные Гермионой, да ее атаки не давали им приблизиться, а она сама переместиться не могла из-за Гарри, так как боялась не удержать щит, если он будет охватывать большее пространство...
Девушка уже активно обдумывала все-таки рискнуть и попробовать маневр, как сквозь треск и шипение заклинаний расслышала приближающиеся негромкие голоса. Воззвав к Мерлину, чтобы это не оказались галлюцинации, в какой-то момент, она толи потеряла концентрацию, толи Джинни кинула в нее что-то действительно серьезное, но скорее - и то, и другое. Левое плечо опалило болью, следующей за мощным толчком, заставляя, вскрикнув, отлететь на полметра в сторону Рона, которого в этот же момент снесло чьим-то заклинанием.
Гермиона никогда еще не была так рада видеть Панси и Блейза. Наверняка они пришли за Гарри и Гермионой, потому что у Снейпа выпало свободное время на "дополнительные занятия", как бывало уже не раз. Слизеринцы мгновенно сориентировались в ситуации и на полнейшем автомате разобрали противников. Забини, вырубивший Рона, пряча его палочку в карман своей мантии, подбежал к девушке, помогая ей подняться. Та, тихо шипя от боли и смаргивая ее же слезы, оказавшись на ногах, услышала вскрик и ругательства Панси. Они посмотрели в сторону дерущихся: слизеринка как раз приземлилась в полуметре от рыжей гриффиндорки, которая кинулась вперед, к медленно приходящему в себя Поттеру, держась за какую-то цепочку на своей шее. Кажется, Грэйнджер и Забини вскинули палочки одновременно - младшую Уизли с силой отшвырнуло назад, вырвав палочку из ее пальцев. Но уже в следующее мгновение она исчезла в воронке портала.

Как выяснилось буквально через пятнадцать минут при допросе Рона членами Ордена Феникса, что оказались на тот момент в Хогвартсе - Дамблдором, Макгонагалл, Снейпом и Люпином - он и Джинни действительно уже год передают сведения о Мальчике-который-выжил и его ближайшем окружении Пожирателям. Это они слили им новое место проживания родителей Гермионы. Они же передали информацию о том, что Поттер и Грэйнджер ходят на какие-то подозрительные дополнительные занятия, "да еще и начали водить дружбу со слизеринцами". Снейп тихо чертыхнулся, а присутствующие при этом студенты переглянулись: Поттер, Малфой, Забини, Паркинсон, чуть ли не силой вырвавшаяся из больничного крыла вместе с Гермионой под личную ответственность Снейпа. У обеих девушек оказались трещины в левой плечевой кости, которые мадам Помфри почти мгновенно залатала, напоив их обезболивающими и укрепляющими зельями.
Однако, то, что Рон сказал дальше, одновременно повергло всех в шок - и будто запустило какой-то механизм: у Пожирателей был готов проход в Хогвартс. Джинни смогла починить старый исчезательный шкаф, пылившийся в Выручай-Комнате. Единственная фора, что у них сейчас была - нападение планировалось не на сегодня. Сразу за этими словами Уизли Снейп сдавленно выругался, сжимая левое предплечье - Лорд объявлял общий сбор. У них было максимум сорок минут.
Первой, практически перебивая декана Гриффиндора, заговорила Панси, предлагая всех младших собрать в гостинной Слизерина - там всем хватит места, точно ничего не обвалится, в отличие от гостинных в башнях; вход туда только один, как и в подземелья в принципе (Тайная комната сейчас не в счет); за последний год отношения между факультетами благодаря действиям старшекурсников действительно удалось укрепить, да и там останутся Кребб с Гойлом и смогут поддерживать порядок. Главное будет - не пустить Пожирателей в Холл, откуда был единственный вход в подземелья. Дамблдор, согласившись с доводами девушки, тут же объявил на всю школу, что на Хогвартс планируется атака, младшекурсники, кроме слизеринцев, должны проследовать в камины своих гостинных, а старшекурсники, готовые встать на защиту Школы - собраться в Большом Зале. В начале этой речи Люпин скрылся в камине - собирать Орден, а Макгонагалл, как только он ушел, перенастроила внутреннюю каминную сеть школы, чтобы камины трех факультетских гостинных отправляли студентов в подземелья. Снейп же, коротко сказав, что они разберутся со шкафом, и кивнув студентам следовать за ним, вышел из кабинета директора. Около статуи, преграждающей проход в кабинет, их ждали седьмой курс Слизерина в полном составе и Астория с Малькольмом. Как и обговаривалось, "телохранители Малфоя" были отправлены в гостинную следить за малышами и теми, "кто не готов встать на защиту Школы". Пятый курс, в случае чего, окажет им поддержку. А остальные направились к Выручай-Комнате, местонахождение которой как раз только этим студентам и было известно. По пути они внимательно слушали инструкции Снейпа: всех, кто появится из шкафа, обезоруживать, оглушать и связывать, скорее всего через него пошлют небольшой разведовательный отряд.
Как он и сказал, в Комнате они обнаружили пять человек и шестой как раз выходил из шкафа. Не ожидавшие, что их так быстро обнаружат, Пожиратели не успели ничего сделать. Возглавлявший их отец Нотта только хмыкнул и попросил вернуть его палочку и сломать шкаф. Как только несколько заклинаний разве что не на щепки разобрали эту недомебель, они тут же двинулись в сторону Большого Зала, левитируя пойманных разведчиков, а Нотт-старший организовал подобие короткого рапорта Снейпу: все Пожиратели, чьи дети сейчас в Школе, готовы в любой момент поддержать Орден, если им это зачтется. В связи с чем нужно, чтобы Дамблдор как можно быстрее подписал магический контракт, уже заверенный всеми заинтересованными лицами, "как Непреложный Обет, только задокументированный - моя разработка".
В Зале собралась небольшая "армия": седьмые курсы всех факультетов, частично шестые, орденовцы, два отряда авроров, которых смогли привести с собой Кингсли и Тонкс. Всего около ста человек, половина которых - школьники. Уизли, похоже, уже сообщили о "крысах", они были явно подавлены.
После пяти драгоценных минут пререканий, директор и Кингсли, как глава автората, подписали магический договор и огласили всем список потенциальных союзников "на той стороне". Было отмечено, что во время боя они скинут маски и капюшоны, чтобы быть узнанными.
Это еще плюс чуть больше полусотни палочек.

...но Гермиону все это время волновало только состояние Гарри. Дамблдор отвел его в сторонку для "разговора". Глянув на слизеринцев, которым инструкции авроров, что раздавались остальным ученикам, были без надобности, она поняла, что те тоже не совсем понимают, зачем директор сейчас что-то втирает Золотому Мальчику про "важность его мисси" и наступлении "решающего момента". Грэйнджер не выдержала секунде на тридцатой и, плюнув, что проявляет сейчас адское неуважение, подошла, вставая за правым плечом Гарри:
- Извините, директор, но, при всем уважении, Гарри не останется там один, чего бы мне это не стоило, - ее голос, казалось отливал сталью. - Он не обязан идти к этому монстру в одиночку.
- В кой-то веке полностью поддерживаю Грэйнджер, - насмешливый голос Драко из-за спины и характерное хмыканье Блейза означали, что слизеринцы действительно полностью ее поддерживают. И в проявляемом неуважении к Дамблдору тоже. - У Поттера до сих пор щитовые чары ни к черту, еще попадет под шальное проклятье.
Гарри, кажется, немного растерялся, а директор смотрел на них откровенно озадаченно, как будто прикидывая что-то про себя.
- Не беспокойся, Поттер, на твою "Святую Миссию" никто не претендует, - язвительно протянула младшая Гринграсс. - Но "огневая" поддержка в непосредственной близости никогда не помешает.
Дамблдор только покачал головой, как всегда загадочно улыбнувшись:
- Чтож, на споры нет времени. Удачи вам.
Большая часть профессоров оставалась в школе, укреплять защиту замка и помогать Помфри в организации лазарета. А после короткой подбадривающей речи директора началось это.

Воздух разве что не трещит от магии. А от вспышек заклинаний было светло, как днем, не смотря на медленно сгущающиеся сумерки.
Со стороны леса их поддерживали кентавры, со стороны озера - русалы. Но даже с тем, что на их сторону перейдет еще около пятидесяти палочек, на стороне Волан-де-Морта их остается больше пяти ста.
Она неотступно следует за Гарри, прикрывая его. Слизеринцы тоже были рядом: вот мелькнула Панси, с азартом дравшаяся с одним из Пожирателей, а вон Забини в процессе контратаки мимоходом вырубил кого-то в капюшоне, направившего свою палочку в спину Полумны. Еще мелькают рыжие шевелюры близнецов и старших сыновей Уизли.
Это все отмечается краем глаза, пока она сама плечом к плечу с Гарри и Драко противостоит целой группе. Но вот лучи заклинаний, пущенных Ноттом и Беддоком, вырубают двоих, давая им тот самый шанс, чтобы разобраться с остальными.
Они не убивают, нет. Они оглушают, связывают и ломают или сжигают их палочки. В какой-то момент откуда-то из толпы прямо перед Гермионой вынырнула Джинни с Crucio на кончике палочки, от которого она еле увернулась, оттолкнув чарами Малфоя с Поттером в другую сторону. Но уже в следующее мгновение рыжую со спины поразило оглушающее мстительно улыбающейся младшей Гринграсс. Свою дочь заметили и родители - миссис Уизли через полминуты ушла вместе с ее бесчувственным телом порталом в школу.
Гарри пошатнулся, схватившись за лоб. Гермиона, уворачиваясь от зеленого луча и оставляя Пожирателя, кинувшего заклятье, появившемуся старшему Нотту, оказалась рядом с ним одновременно с Драко и колдующим над плечом блондина Блейзом.
Кажется, с начала боя прошло часа три, - хотя на самом деле всего минут пятнадцать, когда к ним, прорывая строй Пожирателей изнутри, начали добираться старшие Малфой, Гринграсс, Паркинсоны и другие "перебежчики". Раздавшееся метрах в десяти истошное "Предатели! Как вы смеете идти против воли Повелителя?!" заставило их вскинуть головы, чтобы увидеть живописную картину: Беллатриса Лестрейнж откинула заклинанием Дафну и сшибла Crucio Асторию, но закричать девушка не успела - внимание ведьмы переключил на себя Невилл и тут же присоединившаяся к нему Дафна, а еще через секунду и ее пришедшая в себя сестра. Белла наконец замолчала - втроем им удалось ее обезоружить и оглушить.
А в следующее мгновение поле накрыл голос Волан-де-Морта, заставляя всех замереть:
- Где же ты, Гарри? - его ярость слышалась даже через насмешку. - Не можешь удержать ни друга, ни девушку - решил прятаться за спины Ордена Феникса?
- Паршивые были и друг, и девушка, - ехидно прошипел Драко как бы между делом, расправляя плечи, одно из которых, наконец, залатал Забини.
Ни один взрослый маг не препятствовал шествию Темного Лорда в их сторону. Они только расступались.
- А ты, Том, похоже, не можешь удержать своих приспешников, - Гарри выпрямился, отвечая напряженно, явно превозмогая боль в шраме, но не менее насмешливо.
Пожиратели, сменившие сторону, встали за спинами своих детей. Увы - сейчас они могли оказать им только моральную поддержку и магическую защиту, напасть на своего Хозяина они не могли из-за Меток. Остальные либо боялись, либо ждали свершения пророчества.
Когда же Мальчик-который-выжил убьет Того-Кого-Нельзя-Называть.
Или же когда Темный Лорд убьет Мальчика-который-выжил.
Не бездействовали только школьники, братья Уизли и Тонкс, медитативно вырубающие по всему полю застывших в благоговении Пожирателей.
Гермиона фыркнула, сама немного удивившись, как громко вышло - но ее внезапно действительно стала забавлять абсурдность ситуации. Взрослые маги спокойненько переложили всю ответственность на плечи одного подростка - и стоят ждут, чем же дело кончится.
Она оглядела тех, кто не побоялся встать на пути у Темного Лорда: Драко, Блейз, Дафна, Астория, Теодор, Панси, Миллисента, Полумна, Невилл и она сама плечом к плечу плотной группой стояли вокруг Гарри, готовые в любое мгновение поднять палочки.
Что могут фактически еще дети против Темнейшего Мага столетия?

Глаза Волан-де-Морта яростно горят красным в сгущающихся сумерках.
Над Запретным Лесом загораются первые звезды.
Все одиннадцать отчетливо видят, как кончик его пока еще опущенной палочки загорается зеленым.
И они одновременно вскидывают свои палочки, в унисон произнося заклинание.

0

3

[AVA]http://savepic.ru/7477134.jpg[/AVA]

Эпизод из одной старой игры.
В Хогвартсе после пропажи директора Дамблдора на шестом курсе Гарри Поттера свеженазначенный на должность Генерального Инспектора Хогвартса Люциус Малфой решил устроить ученикам и преподавателям интересное мероприятие на Хэллоуин - подобие соревнований, когда команды, сформировавшиеся из учеников путем жеребьевки, расходятся по локациям и пытаются выбраться, применяя свои знания и умения. За каждой командой наблюдают профессора "во избежание несчастных случаев".
Гермиона оказывается в команде с Полумной, Забини и Кристен (ожп), и им предстоит в Астрономической Башне побороться со своими страхами.

Пообедав в «Трех метлах», Гермиона и Джинни еще погуляли по деревне. Дождь, правда, немного портил общее впечатление. Хотя, если честно, староста любила такую погоду. Располагающую к любимым занятиям – чтению и раздумьям. Вот только место было не совсем то, что надо.
Так что, в конце концов, девушки приобрели костюм для младшей. Всё еще медленно кипящей после двух утренних «актов». Но так как сейчас «большой антракт» - Гермиона была абсолютно спокойна. То, что возможно будет вечером, будет как минимум под присмотром профессоров. А остальное – детали, сейчас не особо существенные.
Настроение было определенно приподнято. В начале седьмого, когда гроза разгулялась не на шутку, обе гриффиндорки поспешили в замок, встретивший их теплым оранжевым светом, вырезанными зловещими ухмылками и сладковатым запахом печеной тыквы. В гриффиндорской гостиной творилось что-то невообразимое – и «малыши», и «взрослые» во всю готовились к празднику. Среди последних витал будоражащий дух предвкушения сюрприза, обещанного преподавателями.
Девочки поднялись в свою спальню и тоже приступили к сборам. Джинни предложила сначала выпрямить подруге волосы. Та, пожав плечами, согласилась. И буквально через несколько минут и ловких движений палочки вьющиеся пряди спустились ниже талии прямыми локонами. Не яркий макияж – тоже с легкой руки младшей Уизли – и ее «отправили» переодеваться. А еще через пятнадцать минут обе стояли перед зеркалом в полный рост, наколдованном старшей гриффиндоркой. Из мерцающей поверхности смотрели ведьма-Гермиона и…хммм…наверное, фея-Джинни. Одна – в блузке, сарафанчике с пышной юбкой, разномастных чулках, мягких башмачках с загнутыми кверху мысами и большой остроконечной шляпе, конец которой свешивался на одну сторону. Вторая – в розовом платье по колено, испещренном черными нотными знаками, подвязанном черным бархатным бантом, колготках в розовых нотах, и розовых же ботинках на высокой платформе. Обе – явно довольные тем, что видят.
Когда они спустились в Холл, Большой Зал был, что называется, при полном параде. Как и все присутствующие в нем. Ведьмы, вампиры, пираты, бесы, зомби, разномастные смерти, зверюшки и даже растения. Во время танцев Герм видела Лаванду и Шеймуса – мертвую невесту и танцора, Асторию Гринрасс – живой огонь, Кристен Ренард – колдунью, Гарри – хммм…он выглядел весьма живописным трупом. И многих других.
Хм. Интересный способ жеребьевки, - староста задумчиво рассматривала мерцающие ленты: белую на своей руке и зеленую - на руке подруги. – Жаль только, что мы в разных командах. Наверное. Оу, у Беддока тоже зеленая. Забавно.
- Удачи, Джин, - улыбка на губах, подкрашенных бордовой помадой. – Присмотри там за Роном.
Рука на мгновение сжимает пальцы рыжей подруги и выпускает их, предлагая идти к Тонкс и Скитер. А сама она поворачивается к медленно, но верно собирающейся в одном месте – около профессоров Снейпа и Роше - своей команде. Отмечая идентичные ленты у Лавгуд, Ренард и Забини.
Из красочного и по большей части метафоричного описания их задания староста поняла несколько вещей. Первое – дело будет разворачиваться в Астрономической башне. Куда они сейчас и направлялись. Второе – будут либо боггарты, либо какие-то чары. В общем, что-то, что вытащит наружу их страхи. Третье – чтобы найти «ключ», страхи надо будет преодолеть.
Интересно-интересно, - рука в перчатке автоматически скользнула по вельвету юбки, проверяя наличие палочки, спрятанной там. Со стороны могло показаться, что девушка просто поправляет складки сарафана.
Она упорно шла на самый верх башни. Что-то подсказывало, что нужно на смотровую площадку. А для этого требовалось пройти зал, находящийся под ней. Назовите это «что-то» чутьем или интуицией. Факт – она вместе с еще семью «соучастниками», трое из которых были подмеченны ею ранее, оказалась в помещении. Дверь в которое тут же захлопнулась порывом толи ветра, толи магии, с грохотом грома и сверканием молнии. Заставив невольно вздрогнуть. И вдохнуть не пойми откуда появившийся в воздухе сиреневатый порошок.
Не смотря на раздирающий горло кашель, мозг Гермионы сработал как всегда на «отлично», сопоставив все факты. Обещанный страх в разъяснении профессора – цвет порошка – его побочное действие. В сознании мгновенно всплыли строчки из учебника по Высшим Зельям, содержащие информацию о свойствах и действии порошка под названием «Живой Кошмар».
Сначала нужно очистить от него воздух, - закрывая нос и рот левой ладонью, правой девушка скользнула за палочкой. Рука вывела отработанное движение, нужное для действия очищающего воздух заклинания, а сознание четко произнесло формулу. Покалывающее ощущение магии – и воздух заполнил живительный сейчас запах озона.
Вот только от действия порошка так просто не избавиться, - заметив взгляд Забини, девушка кивнула на немую похвалу. – Ну, это еще не галлюцинация. Это определенно не страшно…
- Мисс Грэйнджер, - прервал ободряющую мысль сухой голос. Девушка медленно обернулась.
- Профессор Макгонагал? – немного растерянно пробормотала она, наткнувшись на строгий взгляд декана Гриффиндора.

«- Страх делает нас бессильными.
- Возможно. Но позвольте, все же, не согласиться. Страх обездвиживает, подчиняя твоё тело и разум ужасу и панике.
- Именно.
- Да. А если не преодолеть его – то есть самого себя – еще и безысходности.
- …
- Но ведь преодолеть себя возможно. Нужно всего лишь сделать шаг».
(с)

Перед девушкой, методично разворачивая свиток пергамента - по видимому, табеля успеваемости - стоял страх первых трех курсов.
- Мисс Грэйнджер, - вещала декан Гриффиндора. – Ваши знания никуда не годятся. А уж вкупе с невысоким происхождением и отсутствием природных способностей – достичь чего-либо стоящего Вам фактически невозможно.
Подло, – прикрыла глаза, отметая возможность реальности этого действа. - Но уже было. Не имеет значения. Это просто игра моего…
- Гермиона.
Это самое подсознание решило прервать мысль о себе, добавляя в игру еще двух персонажей. И голос одного из них заставил открыть глаза и развернуться к его обладательнице лицом.
- Джинни? Рон? Вы же должны быть на своем испытании, - оба Уизли были в своих костюмах.
Вот здесь-то она и попалась. Нельзя было верить в то, что видишь. Но ослабленная порошком бдительность и усиленная напряжением чуткость восприятия сделали своё дело, заставляя воспринимать видимое и слышимое, как действительность.
- Мы ушли. Срочный выпуск «Ежедневного Пророка» сообщает о нападении на маггловские кварталы. Они разрушены чуть ли не до основания, - девушка выглядела взволнованной и расстроенной. – Рон, покажи ей, - рыжий парень угрюмо протянул газету.
Недрогнувшие пальцы развернули первую полосу «Пророка». А вот взгляд, скользнувший по фотографии под заголовком, на мгновение сдал, споткнувшись. Но тут же побежал дальше, читая о разрушениях Пожирателями Смерти в нескольких районах по всему Лондону. Как жилых, так и деловых. Среди перечня первых был квартал, в котором живут ее родители.
Кто-то тронул ее плечо. Карие глаза оторвались от статьи.
- Невилл?..
- Гермиона, тебя просил найти профессор Дамблдор, - у парня был смущенно-грустный вид.
Тут же в поле зрения появился пропавший директор:
- Мисс Грэйнджер, - мягкие интонации, сочувствующий взгляд. – Мне очень жаль, но Ваши родители пали жертвами разрушений в Лондоне. Вам нужно подумать, как быть на летних каникулах. Хотя, Вы уже совершеннолетняя волшебница. Жаль, конечно, что с такими плачевными результатами экзаменов, - старик укоризненно, с толикой грусти качает головой. Тут же перед глазами появляется Джинни, крепко обнимая, принося соболезнования и говоря что-то утешающее. Подходит Луна, сочувствующе кладя руку на плечо.
Потерянный взгляд девушки натыкается на следующее действующее лицо.
Гарри…
Но что-то не так. Что-то… Нет, дело даже не в костюме. Гермиона не могла понять. Пока тот не поднял палочку, направляя ее на Рона, и зеленая вспышка Авады не отразилась в красных глазах. Глазах Волан-де-Морта.
Рон упал замертво. Следом, пораженные такими же вспышками - Дамблдор и Макгонагалл. Невилл рухнул, оглушительно крича от воздействия Круциатуса. Послышался смех – за спиной Гарри стояли, ухмыляясь, Забини и появившиеся Малфой, Нотт, Гринграссы, Паркинсон и остальные старшие слизеринцы. Зеленая вспышка – и крик Невилла оборвался.
Хотелось вырваться из кольца рук Джинни, как будто не замечающей ничего вокруг. Так же как и уже мертвые – их глаза так и смотрели на Гермиону. Только в них уже не было сочувствия – только пустота.
Хотелось закричать. Попытаться остановить. Сделать хоть что-то.
Но в кошмарах у тебя нет права ничего изменить. Ты будешь из раза в раз беспомощно смотреть на смерть близких. На крах твоей жизни. Бесконечно. Это всепоглощающее чувство безысходности ночного кошмара. Ты кричишь – но тебя никто не услышит.
И вот – рыжая «ловит» Аваду спиной. И девушка видит, как гаснет жизнь в ее глазах. Видит своё отражение в мертвых омутах. Чувствует, как руки безвольно соскальзывают с плеч, расцепляя объятие, когда тело безвольное тело опускается на пол.
А палочка Гарри уже направлена на последнюю живую «светлую» в зале.
Нет…
И безжалостные красные глаза с торжеством смотрят с лица лучшего друга.
Нет…
И звучит «Авада Кедавра», произносимая родным голосом.
Нет…
И зеленый луч срывается с кончика волшебной палочки.
Нет… Этого НЕТ!
Сквозь пелену слез, застлавшую глаза. Навстречу смертоносному лучу.
И никогда…
Шаг.
…НЕ БУДЕТ!
И заклинание разбивается в нескольких сантиметрах от нее, как будто наткнувшись на стену. Превращаясь в зеленый туман.
Да. Я боюсь. Боюсь, что они умрут. Боюсь, что Гарри не сможет справиться с Волан-де-Мортом. Боюсь, что он убьет их всех. Но я верю, ВЕРЮ, черт возьми, что он скорее сам умрет, чем позволит Волан-де-Морту причинить нам вред.
В памяти всплыли картины: конец первого курса – Гарри твердо говорит ей пить из большой бутыли и возвращаться за Роном и подмогой, пока он сам пойдет за камнем; третий курс – как они оба бросились за Роном, которого утащил под Дракую Иву Сириус; как они спасали Клювокрыла и оправданного в их глазах Сириуса; пятый – Отдел Тайн, их обступили Пожиратели, и Гарри прячет Джинни за своей спиной; отвлекает Люциуса Малфоя, пока ребята готовятся дать отпор, прицеливаясь к шкафам с пророчествами.
Образы памяти развеялись вместе с туманом. И иллюзией.
Мы сами не позволим Волан-де-Морту причинить вред. Ни нам, ни ему. Я не позволю. Сделаю всё, от меня зависящее.
Рука в перчатке взметнулась, смахивая следы кошмара и остатки страха с ресниц.
Страх делает нас бессильными.
Возможно.
Но если суметь сделать шаг ему на встречу – осознать и принять – страх сделает нас сильнее.
Знание – сила.
Мотнув головой, окончательно сбрасывая с себя оцепенение кошмара, Гермиона огляделась.
Хм, не густо, - взгляд пробежал по, по видимому, выбывшим из игры «соучастникам». И остановились на окне. И Забини, вытаскивающем из него Кристен.
Далеко же завел ее кошмар. А слизеринец, похоже, легко справился со своей иллюзией.
Девушка подошла к ним поближе, как за спиной распахнулась дверь в Зал. Крутанувшись на месте, Грэйнджер увидела Луну, быстро выходящую через пустой проем.
Хорошее заклинание, - отметила на автомате. Но тут же опомнилась. - Куда это она?
От этой мысли отвлек, как ни странно, Забини. С просьбой «подержать» хаффлпаффку. Указанием на ключ. И пожеланием приятного времяпрепровождения. И ушел следом за Лавгуд. Гриффиндорка отметила книгу, появившуюся в его руках.
Замечательно. И что мне с ней делать? – взгляд на девушку, которую держала за плечи. – Так, похоже, у нее шок. Мда, не мне одной было трудно избавиться от последствий зелья.
Для начала староста решила усадить ее. Так как руки были заняты поддерживанием еле державшейся на ногах Ренард, а зубами вытаскивать палочку было не резон, Гермиона аккуратно опустила девушку на пол, прислонив к стене. Лицо ее было заплакано, глаза блестели от слез, а губы дрожали. Да она вся дрожала. Прижимая руку к груди.
Чуть хмурясь, Гермиона достала палочку и, наколдовав теплый плед, накинула его на плечи хаффлпаффке и укутала – платье той успело промокнуть. Следующим взмахом палочка была направлена на окно – ключ скользнул в руку, и створки захлопнулись.
- Хм, ну что же, наверное, мы выиграли, - хмыкнула она, глядя на ключик, тускло поблескивающий на бордовом вельвете ее перчатки. Затем взгляд обратился к, кажется, хихикающей девушке, и Гермиона присела рядом с ней. – Кристен, ты тут?
Вопрос, конечно, не блещет гениальностью, но хоть как-то ее надо было выводить из этого состояния. И, к тому же, не помешает узнать, развеяла ли она вообще иллюзию.

Отредактировано Amaryllis (25.05.2016 18:55:44)

0

4

Вдохновлено прекрасным фанфиком "Хроноворот моей памяти" автора Tasha 911 и композицией Within Temptation - What Have You Done

Фандом: Harry Potter (AU относительно Эпилога седьмой книги)
Персонаж: Гермиона Грэйнджер

Когда твой одиннадцатилетний братишка рисует далекое прошлое, события, книги с которыми были уничтожены уже больше двух столетий назад - твоя мама сжигает их. Так быстро, как может. Достает зажигалку и пепельницу, и тщательно скармливает пламени каждый из них. Затем стирает их в пыль и смывает в раковину. И каждый раз спрашивает у него, не оставил ли он где-то еще такой рисунок. Он каждый раз пугается, но заверяет, что показывает их "только тебе и сестре, мама".
Что пошло не так в этом мире? Как мы это допустили?
Магия и волшебники оказались под тотальный контролем. А ведь это мы стояли у истоков этого искаженного развития. Мы тогда только что одержали победу в Магической Войне против Волан-де-Морта и его приспешников. Рон сделал мне предложение, но я попросила его подождать. Хотела доучиться, закончить Хогвартс, наметить себе карьеру. Он согласился, но уже через месяц укатил в свадебное путешествие с Лавандой.
Я старалась искренне радоваться за них, а назначившие свадьбу на следующее лето Гарри и Джинни сочувствовали мне. Как и все остальные. Гарри тоже решил восполнить тот год, что они потеряли, гоняясь за крестражами, поэтому пришлось несколько недель повторять, что со мной "правда все в порядке", и в конце концов почти психануть, проведя ему получасовую лекцию со всеми аргументами, чтобы он, наконец, мне поверил. И чтобы я себе поверила, что я теперь абсолютно свободна.
Вставший тогда "у руля" управления страной Орден Феникса начал довольно агрессивную политику слияния миров магического и маггловского. Далеко не все были в восторге от этой идеи. Но они все оказались на тот момент на проигравшей стороне, поэтому ничего поделать не могли. Пытались их дети, как не участвовавшие в Войне, занявшие нейтральную позицию. Какое-то время я их искренне не понимала, пыталась доказать, что это прогресс, это развитие нашего мира, слияние принесет нам много плюсов.
До тех пор, пока я сама не поступила на работу в Отдел по развитию и урегулированию отношений с магглами. Пока не начала капать и задавать вопросы. Пока примерно через год после свадьбы Гарри и Джинни Министерство в обход меня конкретно не взяло Золотого Мальчика в оборот, промыв ему мозги дозированной дезинформацией. Пока сразу после его первого выступления меня не подловили в одном из коридоров Малфой и Забини со словами "До Поттера нам сейчас не достучаться, но ты же не дура, Грэйнджер".
Я не дура. Просто я не хотела тревожить Гарри, который должен был вот-вот стать отцом. И заметила, что его специально держат подальше от меня, слишком поздно.
Механизм был запущен - мы открылись миру.
И пожалели об этом менее чем через десятилетие.
Магглы оказались скоры на решения и выводы. У них в обиход быстро вошла так называемая техномагия. Под впечатлением от аппарации ими были разработаны и сконструированы порталы, открывающиеся за счет магии. Магии, которая буквально выкачивалась из волшебника. Сначала это были добровольцы, искренне верящие, что помогают. Но неделя работы на таком портале почти полностью истощала мага, а на восстановление уходило больше полугода. Поэтому добровольцев находилось все меньше. Начались проводки законов об "обязательной помощи". Вот тут-то магическое правительство и спохватилось. Но уже было поздно. Министерство было взорвано через неделю. Тогда-то мы все в первый раз и погибли.
Дальше были введены Новая Инквизиция и магические лагеря - кварталы с низкими условиями жизни, заселенные только магами. Массово были изъяты волшебные палочки. Планета планомерно катилась к чертям.
Это моя седьмая жизнь. Каждый раз воспоминания возвращаются за три месяца до моего восемнадцатилетия. В той, первой жизни, где я была Гермионой Грэйнджер, в этот момент я внушила своим тем родителям забыть меня и уехать из страны, а сама ушла помогать Гарри. Не знаю, почему воспоминания приходят именно в этот момент из жизни в жизнь. Но каждый раз я стремилась исправить то, что случалось в том числе и по моей вине. Каждый раз посильно помогала магам. Узнавала все больше и больше о маггловских технологиях. Каждый раз находила знакомые...нет, не лица - души. Макгонагалл, Хагрид, Спраут, Сириус, Ремус, Рон, Джинни, Молли, Тонкс, Снейп, Люциус Малфой, Беллатриса Лестрейнж и многие другие. Ни разу я не успевала найти живым только Гарри. И только в последние две жизни поняла, что помню не только я.
В пятой реинкарнации я оказалась сестрой Забини. Он был на полтора года старше - вспомнил все еще в семнадцать и терпеливо дождался меня, как будто точно знал, что и я вспомню. Мы сразу же придумали способ связи в следующих жизнях - пара липовый аккаунтов в сети. К премиальным аккаунтам гораздо спокойнее относятся, досконально не отслеживая их переписки, и Блейз уже прекрасно знал, как сделать vip-статус, написав папу строчек кода. Две богатенькие девочки-подружки из разных концов мира - что может быть менее подозрительным? Мы знали, что Хогвартс все еще существует. Магглы не нашли его, хоть и искали. Но не смогли выбраться из города. Точнее - я не смогла. Чертовы боты подстрелили, когда мы перебрались через стену, являющуюся границей лагеря, в котором мы родились. Ранение было смертельным, но я взорвала эту часть стены к чертям вместе с роботами, обеспечив таким образом Блейза форой. 
В шестой реинкарнации я родилась и выросла в лаборатории, в последствии став одной из связки трех агентов. Ананси - база данных и аналитика, силовая поддержка Заколо и Дидобе в крайних случаях. Но и нас учили убивать себе подобных - магов, отключая все чувства. Тогда вместе с воспоминаниями ко мне вернулись и они, но я не имела права расклеиваться. Слишком выгодная была позиция. Я связалась с Блейзом, действительно сумевшим тогда добраться до Хогвартса и оказавшимся все еще живым, нашла всех, нашла и Гарри в девочке четырнадцати лет, но не успела: ее "утилизировали" буквально у меня на глазах. Кому смогла - помогла перебраться в Хогвартс. Конечно, дистанционно. Полумна, Невилл, Панси, Драко - никого из них мне тогда не довелось встретить лично. Нашла файлы на Снейпа. Он попадался Инквизиции не раз, и не два. И не в одной жизни. В этой, правда, только раз - как раз только поступил пятнадцатилетним парнем. По пункту "Известные прозвища" я поняла, что он тоже помнит: Северус Снейп. Вот так просто. Уже никто не помнит этого человека из далекого конца двадцатого века. А книги сохранились только в Хогвартсе - последнем оплоте свободной магии, все еще скрытом от магглов. Инквизиторы искали его активнее прежнего. И на тот момент они подобрались особо близко - спутники могли засечь его территорию буквально со дня на день. Меня засекли за взломом одного из них. Люциус. Тогда еще совсем мальчишка, только что ставший одним из новой тройки. Но я уже успела передать всю информацию Блейзу, помочь ему освободить Снейпа из-под стражи и запустить процесс самоуничтожения всей спутниковой системы. Это магглы будут восстанавливать долго. У меня хватит времени родиться снова.
В этот раз воспоминания настигла меня в тот самый момент, когда мама перебрасывала нас с братом через стену. Ту самую, что больше тридцати лет назад, умирая, взорвала я. Память пришла разом, почти болезненно, вышибая дух, заставляя упасть на колени, теряя драгоценные секунды и выпуская руку брата. Наша мать...я видела ее лишь в той, первой жизни, и то - на фотографиях. Лили Поттер. А мой брат...
Конечно же нас засекли. Отряд Инквизиторов из десяти человек. Гарри - его звали именно так в этой жизни, и именно он оказался моим младшим братишкой - попал под брошенную одним из отряда парализующую сеть. Их на мгновение отвлекла на себя Лили, снова жертвуя собой, чтобы спасти Гарри. И меня. Чтобы дать нам шанс.
Я сорвалась с места, стоило прозвучать ее вскрику от полученных зарядов и испуганному возгласу Гарри. Да, это тело еще не было столь тренированным, как в прошлой жизни, но адреналин и осознание факта, что я не могу потерять его снова, сделали свое дело, давая мышцам необходимую силу, а движениям - ловкость. Мне хватило ярости, чтобы мое Круцио скосило половину отряда. Это были самые обычные Инквизиторы-магглы, никак не подготовленные ко встрече с экс-Ананси. Нас учили убивать без палочек - маггловскими способами и беспалочковой магией. Я уже во второй жизни начала ее постигать - палочек почти не осталось уже тогда. А уж в лабораториях этот навык отточили до блеска. Для Авады нужен был контакт, и на нее уходило много сил - я могла за раз поразить до двадцати целей, но чувствовала себя после этого абсолютно выжатой, а Круцио могло накрыть сразу несколько целей. Как сейчас. Не до конца уверенная в своих силах, я решила использовать Аваду в крайнем случае, хотя кончики пальцев уже светились зеленым. У одного Инквизитора я успела выхватить из-за пояса нож, тут же ломая ему и еще двоим ноги чистой магией, перерезая горло тому, что оказался справа, и всадила этот же нож в горло левому, вынимая у него из кобуры пистолет и стреляя из-за его уже-почти-тела в тех троих, что распластались на земле. Об остальных пяти в ближайшие полчаса можно было не беспокоиться. Поэтому я быстро освободила Гарри от сети и подошла с ним к Лили. Она сидела у стены. Не смотря на ночь, я прекрасно видела три медленно распускающихся на ее плече груди и животе кровавых цветка. Она умирала.
- Прости, мама, - двоякое чувство. С одной стороны передо мной почти незнакомая мне мать моего лучшего друга, с другой - моя родная мама. Ведь те почти восемнадцать лет, что я проживаю до возвращения памяти, никуда не исчезают. Поэтому на глаза помимо воли наворачиваются слезы, и слова еле проталкиваются через ком в горле: - Прости меня, пожалуйста. Я обязательно защищу Гарри...
- Кейт, - она почти перебивает меня. Да, так меня сейчас зовут. Самое обычное имя в отличие от привычного того, первого. - Сбереги себя, - она отнимает свою окровавленную ладонь от раны на животе, чтобы убрать мне за ухо выбившуюся из-под заколки темно-каштановую прядь. - Я не знаю, где и когда ты этому научилась, - она явно имеет в виду мои внезапно открывшиеся навыки убийства, - но теперь я точно знаю, что ты со всем справишься. Вы оба, - она проводит второй рукой по непослушным вихрам Гарри. - Берегите друг друга. И помните... - она внезапно закашлялась, из уголка ее рта скользнула капелька крови, но она все-таки успела договорить, почти прошептать: - ...я очень вас люблю.
И ее по-прежнему ясные зеленые глаза медленно потухли, закрываясь.
Я моргнула и закусила губу, опуская голову и чувствуя, как по щекам скользнули слезы. Рядом, прижавшись ко мне, тихо всхлипывал Гарри. Я крепко обняла его, понимая, что у нас почти нет времени: с минуты на минуту нагрянет подкрепление в виде ботов. Поэтому, стерев свои слезы, я глубоко вдыхаю и чуть отстраняюсь, заглядывая ему в глаза.
- Гарри, я понимаю, как тебе больно, но сейчас ты должен быть сильным, хорошо? Мне понадобится твоя помощь, - он очень серьезно посмотрел на меня своими зелеными, полными слез глазами и, сморгнув их и утерев обеими ладошками, кивнул. - Хорошо, давай мне свой мешок.
Дальше мы быстро собрали оружие - несколько ножей, гранат, пистолетов, даже пару электрических плетей нашли. Я добила оставшихся, сняв с них переносные компьютеры, быстро нашла и вырубила в них систему слежения. На все ушло от силы минут пять - спасибо навыкам прошлой жизни.
- Мы еще встретимся с ней, обещаю, - тихо произнесла я, когда прошептала заклинание, и волшебный огонь быстро обратил тело Лили в прах.
- Я тебе верю, - так же тихо ответил маленький Гарри, сжимая мою руку.
Когда еще через полминуты, паля по нам, начали приближаться боты, я, накрыв нас самыми мощными щитами, которые знала, просто взорвала стену. Опять. Почти ирония.
И уже утром мы были у нашей родной тети. Ею оказалась Беллатриса.
И опять она - эта ирония. В этой жизни Лестрейнж оказалась преуспевающей бизнес-вумен, успешно скрывающей свою магию и причастность к магам из Хогвартса. Она не бралась за помощь им и вообще за решение чьих-либо проблем без выгоды для себя. Хотя в случае с нами это все же были именно родственные чувства. Я уверена, что это равнодушие по отношению к смерти ее сестры - напускное. И я ее понимаю. В этом мире ты либо сильная - либо уже мертвая.
Поэтому я ничему не удивлялась, только отдала ей часть находок. Она, кажется, неподдельно ими заинтересовалась, а убедившись, что слежка на них действительно отключена, заверила, что найдет им применение. Как и моим навыкам. Я только улыбнулась, поинтересовавшись, может ли сюда приехать мой друг со своим братом.
Блейз ждет меня уже три недели. В своих сообщениях он заверяет, что я не поверю, кто оказался его младшим братом. О, это он не поверит, кто оказался моим. Пока они на абсолютно легальном положении и сегодня уже будут здесь.
Я жду их, рассматривая рисунки Гарри, которые он с упоением продолжает рисовать новенькими карандашами, презентованными тетей. Он говорит, что ему все это снится. Что "эта девочка со смешными волосами - хорошая" и очень похожа на меня, что этот "белобрысый мальчишка тоже хороший, только почему-то плохо себя ведет", что "этот хмурый человек в черном - настоящий герой и очень любит нашу маму", что "эти рыжие - одна большая семья, а вот эти - вообще одинаковые и заканчивают друг за друга фразы"...
Он рассказывает мне все это - нашу ту, первую жизнь. И с каждым его словом я все больше верю в то, что на этот раз у нас все получится.

0

5

Зарисовка-эмоция. )
Читать обязательно под Red - Fight Inside

Ты бежишь с учёбы под осенним холодным дождем, цепляясь кончиками пальцев за капюшон, не давая таким образом порывистому ветру сдуть его с твоей головы. В наушниках играет какая-то хорошая песня – ведь других не держишь.
Конечно же, ты без зонта. Действительно, откуда бы тебе знать, что будет дождь, когда ты выходишь из дома в половине девятого утра, не думая ни о чем, кроме острого желания забить на всё и забраться обратно в теплую постель под одеяло.
Поэтому ты сейчас и бежишь, перепрыгивая через лужи, под медленно, но верно промокающим капюшоном, отчаянно пытаясь откинуть уже совсем мокрые пряди челки с глаз, чтобы не навернуться в одну из этих самых луж.
И вот – у тебя это получается. Не без помощи резко ударившего в лицо ветра. И ты поднимаешь глаза.
И мгновенно замираешь на половине шага - замирает дыхание, оборвавшись на восторженном вдохе.
По асфальтовой дороге слева едут машины, разбрызгивая мутноватую дождевую воду на тротуар. Куда-то спешат люди, с зонтами и без, дети и взрослые, на встречу и обгоняя тебя. С неба, затянутого грязновато-белыми облаками, льются холодные прозрачные капли. А все краски…такое ощущение, будто какой-то «творец», балуясь в фотошопе вместе со своей музой над очередным колорингом, просто взял и почти полностью убрал яркость.
Но ведь в этом ничего особенного, правильно? Тогда почему же перехватило дыхание и всё вокруг, включая тебя самого, замерло?
Легко лавируя между частыми каплями, к земле, не особо спеша, вальсируют яркие, желтые листья. И эта картина завораживает на столько, что заставляет застыть и эти серые машины, и мутные брызги, разлетающиеся из-под их колес, и этих спешащих куда-то людей, и даже твои дыхание и шаг.
И только музыка в наушниках аккомпанирует великолепию, открывшемуся твоим глазам, и солист добивает тебя словами:
…But I do it again.
And it finds me,
The fight inside is coarsing through my veins.
And it's raging,
The fight inside is hurting me again…

Но вот уже в следующее мгновение, хотя тебе и кажется, что прошло минут десять, ты чувствуешь удар своего сердца, который подтолкнул твоё дыхание, заставляя выдохнуть. И как будто кто-то снимает запись с «паузы». И машины едут к перекрестку, и тротуар окатывает водой из-под их колес. И люди проходят мимо. И твой шаг заканчивается в очередной луже, поднимая кучу брызг.
Но ты ничего этого не замечаешь. На твоих губах играет улыбка, а в глазах мелькает Та яркая искра. Что-то в тебе только что приоткрылось, чуть выпуская Ее наружу.
То, что так редко тебя посещает.
То, ради чего ты еще здесь.
Жизнь.

Отредактировано Amaryllis (25.05.2016 18:55:26)

0

6

И еще одна. )
Каждый видит здесь то и тех, кого хочет. А кого видите вы?
Читать обязательно под Red - Pieces

Зимние сумерки. Ты вылетаешь из подъезда, чуть было не с ноги распахивая дверь, на ходу застегивая куртку и завязывая шарф. Тебе было просто необходимо выйти из четырех стен своей комнаты, сбежать из клетки квартиры. Ты засовываешь руки в карманы, легко сбегая по трем ступеням, и, остановившись, расправившись, наконец, с молнией и узлом, вскидываешь голову, полной грудью вдыхая морозный воздух, будто до этого ты не дышал, не жил. Наконец чувствуя свободу. Видишь повсюду теплый оранжевый свет холодных уличных фонарей, заливающих той же светлой охрой снежное полотно, заставляя его сверкать мелкой ледяной пылью. Ты улыбаешься непонятно чему, но впервые за долгое время так искренне и по-настоящему, пусть и с оттенком грусти.
Еще раз глубоко вдыхаешь, опуская голову, и идешь. Не зная куда и не зная зачем. Просто идешь.
И думаешь. Вспоминаешь. Глаза. Улыбку. Дыхание. Взгляд. Голос. Смех. Касание. И счастье. Переполнявшее тебя чувство жизни, искра которого на мгновение несколько улиц назад полыхнула в твоих глазах и улыбке. Но слишком слабая, слишком одинокая. Что же произошло? Толи ранили твои чувства, толи сам, дурак, сделал больно. Теперь уже и не вспомнить, и не разобраться. Но ты же ничего не сделал тогда - ровно год назад - чтобы остановить. Попросить остаться, не уезжать, не забирать с собой твою жизнь...
Вокруг было необычно тихо, будто ты шел не по городской улице, а где-то в заброшенной глуши. Как будто у изображения на экране отключили звук. Или просто ты слишком долго гуляешь, и уже наступила ночь… Как вдруг ты слышишь звук, похожий на взмах чьих-то призрачных крыльев, и вновь вскидываешь голову. С темно-синего, с оранжевыми отсветами неба летят белые хлопья снега. С едва слышным шорохом опускаются, покрывая все вокруг. Как тогда. В день вашего знакомства. Так же тихо и морозно. Так же темно. Вот только - ты быстро оглядываешься - место не то.
И ты срываешься и бежишь. Несешься, не обращая внимания ни на прохожих, ни на возмущенное гудение машин, когда перебегаешь дорогу. Потому что так надо. Потому что сейчас это единственно верно.
Ты не можешь жить - любишь.
Ворота парка, главная аллея, площадь, набережная, мост... Здесь. Тормозишь и останавливаешься, сгибаясь пополам в попытке отдышаться. Поднимаешь взгляд, распрямляешься сам. Изо рта вместе с тяжелым, судорожным дыханием вырывается пар. И имя.
В метрах трех от тебя, у перил стоит человек в зимнем пальто. Волосы выглядывают из-под шапки. Вокруг шеи намотан теплый шарф. А глаза смотрят на тебя. В них плескается ласковая насмешка, а из самой глубины светится радость. Жизнь.
- Почему же ты так долго?

Отредактировано Amaryllis (25.05.2016 18:55:16)

0

7

"Let's make a deal"
Драббл, писавшийся, как пробный пост за Кроули на ролевую, на тему:
"Очередная сделка. Обанкротившийся банкир, который хочет вернуть свою стабильность в семейной жизни и успешность в карьере. Желательно, побольше юмора - любим мы с Люцифером это дело, а также, цитирую: "детальное описание поцелуя" (с) Люц" (с) Админ того самого форума

Фандом: SPN
Персонаж: Кроули

"Вот представьте: у меня в подчинении орды демонов-бюрократов. Так какого Господа я сам иду на вызов?! Да, половина подчиненных – некомпетентные болваны. Да, другая половина занята пропихиванием папочки на Землю. Да, мне безумно скучно. Ибо идея «конной прогулки» и «семейного чаепития» на Земле – на моей территории – не вдохновляет от слова совсем. Нет, это будет определенно весело, вот только последствия данного мероприятия мелькают огромными минусами в моих счетах, как банковских, так и моральных с физическими."
Короче, в результате мы имеем одного Хозяина перекрестков не в духе и один вызов на один из этих самых перекрестков. Хотя, там еще кто кого имеет.
"И ведь вызывает полюбому какой-нибудь жалкий, обрюзгший неудачник…" - с такими мыслями Демон Всея Перекрестков и предстал перед несчастным смертным. И приподнял бровь, оглядывая «жалкого неудачника» с ног до головы. – "Беру свои слова обратно…"
Несмотря на ночь, один несчастный фонарь, светящий на последнем издохе, и прочие атрибуты Перекрестка, Кроули прекрасно разглядел человека в, по-видимому, не свежем костюме. Мятый пиджак распахнут, две верхние пуговицы рубашки расстегнуты, галстук развязан. Мятые брюки, нечищеные ботинки и донельзя изможденное лицо довершают эту прекрасную картину. Действительно прекрасную, потому что это был стройный, среднего роста молодой мужчина лет двадцати пяти-шести, не больше.
- Так молоды, Ричард, а уже ступили на скользкую дорожку и обанкротились, - протянул насмешливо-укоряюще, неспешно обходя парня вокруг, продолжая его рассматривать. Тому под взглядом демона было явно не уютно: нервное и немного испуганное поеживание говорило само за себя. – И с родителями разругались. Не говоря уже о жене и младенце-сынишке, которого Вы, фактически, оставили без отца. Ай-яй-яй…как нехорошо, - уже откровенно издеваясь.
Однако парень был явно не промах. Или просто в крайней степени отчаяния. И наш душка-демон конечно же ставил на второе с оттенком первого. Вот, до чего довели, уже сам с собой спорит: оппонентов достойных всех поувольняли-поубивали-посвергали, и остались только любимые песики. Да и тем – лишь бы пожрать. Кошмар.
- Я слышал, что здесь мне…могут помочь, - безмерно усталый, но от этого не менее решительный голос с нотками отчаяния и безысходности.
"Все, как я люблю…"
- Помочь? Ну да, можно и так сказать, - усмехнувшись, Кроули остановился перед мистером Ричардом Мэйном, неудавшимся банкиром и обанкротившимся семьянином. Или наоборот...хотя какая разница – смыл не особо меняется. – Предлагаю сделку: мы возвращаем Вас в седло. То есть – блестящая карьера, любящая семья – все это становится Ваше. - В глазах «заказчика» затухающая под гнетом обстоятельств надежда вспыхнула с новой силой, чтобы подернуться сквозняком сомнения после следующей фразы: - На десять лет.
Сомневался парень, однако, не долго. Все поначалу думают, что десять лет – это большой срок. И только к его концу понимают, как ошибались, а уж в Аду и подавно – десятилетия пролетают в мгновение. Конечно, мгновение, полное мук и страданий…но это детали. И их проблемы.
Для человека, находящегося в другом положении, с другими ценностями и мировоззрением пришлось бы менять формулировку сделки и, возможно - даже уговаривать. А тут все просто – парень слишком зависим от этого…благополучия – от успехов на работе и «любви» семьи. Банально до пошлости.
Но наблюдать за этими кратковременными сомнениями над Десятью-годами-счастливой-жизни-Ричарда-Мэйна было забавно.
- Ну так как? – поинтересовался Кроули, уже видя по буквально полыхающим надеждой глазам, что иного ответа, кроме положительного, быть не может. И после забитой до полусмерти фразы «Я согласен» продолжил: - Отлично. Согласие надо закрепить.
- Кровью? – немного нервно, но счастливые-десять-лет маячат перед мысленным взором и шкурка этого «медведя» уже давно разрезана и продана, в следствии чего особого страха по поводу возможного кровопролития не наблюдалось.
- Мы не в каменном веке, Ричард, - усмешка. – Сейчас мы обходимся без членовредительства, заменив пафосные кровавые росписи поцелуем.
- Поцелуем? – удивление, недоверие и…
"Что это? Скептицизм? Ирония? Уау, походу мишкина шкурка была продана-перепродана по хорошим таким прайсовым ценам…"
- Да. А Вы что-то имеете против? - тут можно было написать что-то типа «невинно похлопал ресницами», но согласитесь – этот розовенько-сопливый бред будет явно не в кассу. Поэтому мы напишем по-другому: довольно осклабился. - Что такое какой-то там поцелуй с демоном…оу, простите, с мужчиной-демоном против безоблачной жизни? – срок упоминать не обязательно, ибо душонку клиента лишний раз травмировать не комильфо и всё такое.
- Да…конечно… - немного недоволен, смущен, но делает шаг вперед. А нам больше ничего и не надо.
- И не нужно думать, что все эти…формальности мне приятны, - произнес с откровенно скучающими интонациями и выражением лица, подходя к молодому человеку практически вплотную и кладя руку ему на плечо. Тот что-то нечленораздельно пробормотал, нервно дернув ртом явно в попытке улыбнуться. Получилось…как это говорится?…безумно мило. – Хотя, знаете, - по губам Кроули скользнула хищная усмешка, а рука его скользнула с плеча «жертвы» на шею, притягивая ее – жертву – к себе. – Я соврал, - выдохнул ему в лицо, тут же прикасаясь к губам сухим поцелуем, оставляя на бессмертной душе смертного человека несмываемую печать. Ее содержание примерно такого - «Продано Кроули. Арендуется данным телом на десять лет. Руками и другими конечностями не трогать».
Парень уже поднял руки, уже положил их на плечи нашему душке-демону, чтобы оттолкнуть… Как Кроули сам отстранился, - мало того, даже оказался от ошалевшего Ричарда на дистанции в несколько шагов, - и деловито, как ни в чем не бывало, начал повторять основные пункты сделки.
Когда он закончил, мистер Мэйн только и смог, что выговорить:
- Это всё?
На что глаза Кроули загорелись злорадной усмешкой, а брови приподнялись в наигранном удивлении:
- А Вы хотите еще, Ричард? А ведь были так против. Но для этого нам нужно будет заключить еще один договор…
29.09.2010

0

8

Писалось на музыкальный конкурс под композицию Eldar Tagiev and Tommy Simpson feat. Tiffany Wan – Ghost In My Head

Фандом: Убрать из друзей

во все времена люди любили самоутверждаться за счет более слабых и терпеть не могли тех, кто сильнее

22:53

поэтому шибко умных быстренько сжигали на кострах или живьем сдирали с них кожу, а из всяких убогих сколачивали разнообразные фрик-шоу под яркими куполами, чтобы последний идиот на деревне мог почувствовать себя Богом
и любой твой фэйл - будь то мокрые штаны в третьем классе или прилипшая к ботинку туалетная бумага в первый день на работе - очень быстро может стать чуть ли не городской легендой
а уж тем более с появлением интернета
сколько у тебя друзей на фейсбуке? а сколько из них были жертвами твоих шуток или буллинга? о, ведь ты - популярнее их и сильнее многих, потому что старательно переживаешь..."проблемы в семье"
об этих проблемах почти никто не знает, потому что это - твой секрет, твоя слабость, которую нельзя показывать 
но вот дай этим своим "друзьям" хоть малейший повод - и они тебя особо не задумываясь быстренько хором загнобят "чисто на поржать" и потому что "все писали - ну и мы решили тоже"
в интернете твои ошибки будут жить вечно
их нужно только запостить
и ты ведь догадываешься, кто залогинен под частью этих фэйковых аккаунтов, смеющихся над тобой...
но чтобы разобраться - тебе нужно умереть
лучше - прилюдно
потому что, если при выстреле себе в голову тебя еще кто-нибудь заснимет на вшивенькую камеру своего смартфона - будет только лучше, потому что он непременно выложит это видео в сеть
и мало кого остановит красный экран предупреждения о "содержании контента, не предназначенного для лиц моложе 18"
да это вообще кого-нибудь останавливает? все жмут "Продолжить", подтверждая, что жаждут увидеть расчлененку обнаженки в процессе употребление наркоты, сопровождаемые, вероятно, отборным матом
и сразу все становится понятно и так просто
сначала немного противно, потому что вот с этой лживой дрянью я дружила с детства...но затем - очень просто
ведь все - как на ладони
все ее ужимки и попытки перевести стрелки
как курсор ее мыши мечется над кнопкой "Отправить" - и как она правит так и не отправленное сообщение, изменяя написанное
а ведь я просто попросила ее сказать правду
по-хорошему попросила, между прочим, но сначала она не верит, все сваливая на якобы шуточки своего парня, а потом отбрехивается до последнего
до смерти последнего из участников этой игры в обличение
она так хочет спасти свою шкуру, что подставляет своего "любимого и единственного"
а ведь перед этим она пыталась его спасти...убив, фактически, его дружка, с которым, кстати, "случайно" переспала
вот она - сила женской логики, поделенная на желание выжить любой ценой
под сааамый конец она, наверное, все же, раскаялась
там уже было просто грех не раскаяться, когда я выложила полную версию того самого видео
я бы может и хотела ее простить

Прочитано 22:55

ты же знаешь, что нельзя отвечать на сообщения от мертвых?

23:03

и наверняка знаешь, что произошло год назад с ребятами из параллельного класса
но ты уже печатаешь
это Лора Барнс
сегодня годовщина моей смерти
отметим? (:

Кто это пишет??? совсем не смешно

23:03

0

9

Писалось на музыкальный конкурс под композицию Neurotech - A Graceful Light. Точнее, дописалось, а так - за начало в частности, идею вообще и частичку вдохновения спасибо Pansy Parkinson. )

Фандом: ГП (Sillent Hill game 2 AU)
Персонаж: Гермиона Грэйнджер

Терять родных тяжело в любом возрасте. Но пережить можно. Не она первая это пережила, не она и последняя. Гермионе тогда было семнадцать, и она только раз пролила слезы по этому поводу - на плече у друга, когда убежала из столовой, сжимая в пальцах номер газеты, первую полосу которого пересекала статья о теракте, и извещение о смерти родителей. С тех пор она не плакала. Она просто похоронила их, переехала к тетке в Америку и продолжила жить. Учиться.
Ей так и не удалось стать душой компании. Хотя она и не стремилась к этому. Завела пару знакомств с одноклассниками и успокоилась, углубившись в учебу.
Поэтому сейчас, в автобусе по пути на экскурсию вместе со своим выпускным классом старшей школы, она сидела одна, с одетыми наушниками отвернувшись к окну, за которым проплывали довольно однообразные пейзажи, и хотела только одного - спать.
Вчера неожиданно пришло письмо от бывшей одноклассницы из Англии. Она писала, что во время последнего нападения погиб почти весь их класс.
"...наверное, тебе нужно знать, что Поттер тоже погиб, пытаясь спасти их..."
Ее глаза не споткнулись - дочитали письмо до конца, вернулись в начало и прочитали снова. И снова. И снова.
"Вот почему от него не пришел ответ на последнее письмо", - немного отстранено подумала девушка, в четвертый раз читая эти строки. - "Гарри..." - последний родной человек умер. И ее не было рядом.
Гермиона так и не смогла уснуть ночью, под утро лишь прибавив к книге и сигаретам кофе, поэтому на ее бледном лице вокруг глаз красовались глубокие тени, а в голове было как-то звонко и пусто одновременно. Эту зудящую тишину разбавляли только музыка из наушников, но и она там не задерживалась, просто проходя фоном. Грэйнджер ни о чем не думала, глядя на пейзаж, бегущий за окнами и слушая трек за треком. Но в какой-то момент усталость организма все-таки победила выпитый кофе - и девушка уснула, прислонившись виском к прохладному стеклу.

...ее глаза распахнулись, и она села прямо, в недоумении оглядываясь. Ее разбудил голос Гарри, зовущий ее по имени. Но его, конечно же, не было. Недоумение вызвал другой факт - никого не было. Автобус стоял с открытыми дверями абсолютно пустой.
- Какого черта?.. - произнесла девушка вслух, вновь поворачиваясь к окну, за которым виднелась стоянка, маленькое строение со знаком wc и, кажется, озеро, по которому стелился туман. И ни души.
Гермиона поднялась со своего места, подхватив рюкзак и стащив с головы наушники. Кстати, молчавшие. "Может, плеер сел?" - сознание, все еще немного потерянное после прервавшейся дремы, цеплялось за все проблемы, стараясь оценить общий масштаб катастрофы. Но плеер работал, просто почему-то не играл музыку. Она оставила наушники висеть на шее, вытянув из-под обода волосы, и вышла из передних дверей. Подойдя к парапету, она действительно увидела внизу озеро с растущими вокруг него елями и клубящимся туманом.
"Где я? И где все?" - девушка вновь оглянулась на автобус, замечая припаркованный дальше у туннеля белый микроавтобус. Туннелем был явно въезд в какой-то город - на перекрывавших его...воротах из сетки табличками с белыми буквами было выложено "welcome". На закрытых воротах, как узнала Гермиона полминуты спустя, когда подошла к решетке и обнаружила на ней мощную цепь с замком. Она попыталась рассмотреть что там дальше - но город, находившийся на другой стороне туннеля, скрадывал плотный туман. Микроавтобус тоже оказался пустым. Рядом был проход с тропинкой, уходящей вниз, скорее всего к озеру. Об этом свидетельствовал и указатель в ту сторону с надписью "Озеро Толука". Это название Гермионе о чем-то смутно напоминало. Кажется, она читала что-то про округ Толука... Левый висок начал ныть, и она мотнула головой.
"Нужно попробовать найти карту, и проверить, на ходу ли автобус," - ей, конечно, не приходилось сидеть за рулем автобуса, но машину отец ее научил водить.
Он не завелся. Почему-то ожидаемо - просыпалась интуиция. Дальше Гермиона решила проверить туалет. Дверь в женский никак не поддавалась, и на ее стук никто не ответил. Мужской оказался пуст. Три кабинки и грязное зеркало над не менее грязной раковиной. И все так же никого.
"Да где же все?" - думала она, выуживая из кармана рюкзака телефон. Нет сети. И опять это "ожидаемо" в голове. - "Так, ладно, нужно дойти до города и найти телефон там".
Тут ее осенило - она видела что-то, похожее на карту, в том микроавтобусе. Тот оказался неожиданно открыт и не на сигнализации. Очень странно. Но на пассажирском сидении действительно лежала сложенная карта. "Хммм, Сайлент Хилл?" - девушка внимательно изучала мелкие подписи, стараясь абстрагироваться от боли в виске, возникающей всякий раз, как она пыталась вспомнить, где и что читала об этом городе. - "Да, вот оно - озеро Толука... Вот туннель, а я вот здесь, по-видимому," - и как раз та самая тропинка вела по берегу озера через кладбище прямиком в город.
Карта отправилась в рюкзак, а Гермиона - в указанном направлении. Однако, стоило ей ступить на тропинку и немного углубиться, как туман резко уплотнился. При чем настолько, что стало видно не дальше нескольких метров. Но девушка продолжила идти по петляющей, спускающейся дорожке. Благо та не разделялась, только делала довольно резкие повороты, пока не вывела к более-менее открытому пространству, на котором из тумана поглядывали небольшие приземистые... надгробия.
"Кладбище", - девушка, приостановившись, неосознанно поежилась. В джинсах, свитере и ботильонах было не холодно, не смотря на середину не самой теплой осени, и все равно что-то заставило запахнуть полы черной кожаной куртки, обхватив себя руками. Атмосфера на кладбище была не самая приятная. Было неспокойно. Гермиона почти бездумно прошла мимо ряда надгробий, неосознанно вчитываясь в надписи и эпитафии. Далеко не все из них можно было разобрать - на большинстве были видны только имена. Вот какая-то пара, наверное, супруги - Джонатан и Джейн, год смерти 1997. "Покинутые родители".
"Покинутые? Странная эпитафия, обычно пишут "любимые"..." - девушка продолжала идти по ряду могил, дальше на которых были видны только имена и годы жизни. - "Почти дети, мои ровесники..."
На большинстве стояли годы "1980-1999", были еще "1981", "1982", "1979". И один и тот же год смерти - "1999".
"Рон, Ханна, Сьюзен, Падма, Парвати, Грегори, Кети, Джиневра, Колин, Деннис, Алисия, Невилл, Драко, Чжоу, Энтони, Дафна, Теодор, Винсент, Фред, Джордж, Блейз, Джастин, Миллисента, Дин, Симус..." - она шла все быстрее, читая одно имя за другим. Имена ее бывших одноклассников и ребят из старших и младших классов. - "Как такое возможно? Все эти имена и даты... Совпадение?.."
Но перед последним надгробием, стоящим почему-то поперек дорожки, она остановилась, как вкопанная.
"Гарри... 1980-1999. Тебя с ним не было" - гласила все такая же полусбитая надпись.
- Но... как... - Гермиона потеряно смотрела на надгробие. - Ты ведь не можешь быть похоронен здесь... Ни один из вас не...
Раздавшееся в наушниках шипение прервало ее, заставив вздрогнуть и автоматически потянуться рукой в карман к плееру. Краем глаза девушка заметила движение в глубине кладбища. Будто пошевелилось одно из надгробий. Приглядевшись, она поняла, что это не надгробие - это выпрямился человек. Он медленно направлялся между рядами, в сторону того, где находилась она, но...его движения...его тело... А секунду спустя, когда его перестали скрывать надгробия и туман, Гермиона поняла, что это не человек.
Левой стороны торса не было, как и фактически не было шеи, будто небольшая голова была просто прилеплена к правому плечу, из которого шла длинная острая конечность. Ноги...три костяных шипа, вживленные в три когда-то человеческие ноги чуть ниже коленей, что сейчас представляли собой подобие лап насекомого, уверенно вбивались в землю, не давая правой стороне окончательно перевесить. Все это...эта тварь была будто сшита из разных кусков плоти, а после еще и сплавлена, что явно предало верхнему покрову этого существа лоснящийся блеск, не смотря на мертвенную бледность торса и бурые следы сшивания и деформации конечностей.
Гермиона стояла, забыв, как дышать, в ужасе смотря на монстра, застывшего на какое-то мгновение - и повернувшегося в ее сторону. Вместо лица у него оказались какие-то разводы, будто глаза и рот были нарисованы акварелью на мокрой бумаге.
Шипение в наушниках на шее девушки все усиливалось по мере того, как оно приближалось, а она неосознанно отходила назад, пока не наткнулась ногой на надгробие с именем ее лучшего друга. Кончики пальцев коснулись холодного камня...
И она побежала. Развернулась на сто восемьдесят градусов, обогнула могилу и рванула прочь, краем глаза отмечая, как такие же фигуры выходят из тумана, все так же будто вырастая из-за надгробий. Добежав до решетки ограды кладбища, она на мгновение замерла, думая, куда поворачивать - туман абсолютно лишал возможности рассмотреть, где ворота. По ее прикидкам выход с кладбища должен быть где-то слева, а на раздумья времени не оставалось, - усиливающееся шипение в наушниках и приближающийся звук...этих существ, похожий на какое-то мычание, подгоняли сделать выбор, - поэтому девушка побежала налево, отчаянно пытаясь рассмотреть сквозь туман створки ворот. Но их все не было. И не было.
- Черт, да как же... - сквозь зубы выдохнула Гермиона, понимая, что если сейчас не покажется выход - чудовища ее нагонят.
Вот оно. Не ворота, но хоть что-то: в решетке между довольно частыми железными прутьями появился зазор - один из них оказался сломан и загнут внутрь территории кладбища. Она сможет здесь протиснуться. Отчаянно стараясь не смотреть в левую сторону, откуда к ней приближались эти монстры, Грэйнджер, налету вспрыгивая на этот прут и хватаясь правой рукой за один из тех, что был цел в решетке, сбросила с левого плеча лямку рюкзака, перехватившись за решетку левой рукой и пропихнув его вперед, выдохнула и начала протискиваться в зазор между прутьями. Правое плечо, голова, грудь, бедро...
Она почти выпадает из ограды, не особо мягко приземляясь на правое плечо, но тут же перекатывается на спину и, подхватывая лямку рюкзака, вскакивает на ноги, чтобы увидеть, как в ограду кладбища врезается десяток монстров.
- Да что же это... - растерянно выдыхает девушка, пытаясь восстановить дыхание и успокоить загнанно бьющееся сердце. Однако, разворачивающаяся перед ней картина бьющихся о прутья решетки инфернальных тварей никоим образом этому не способствовало. Гермиона сделала пару неловких шагов назад и, еле заставив себя оторвать взгляд от этой жути, отвернулась, скорым шагом направляясь прочь.
Она помнила, что ей нужно найти телефон. Теперь к нему, правда, прибавилось оружие. Но его она нашла быстро - оружейный магазин оказался прямо за углом. Там она обзавелась охотничьим ножом, двумя пистолетами вместе с наплечной и напоясной кобурами, забила обоймами рюкзак, еще несколько заткнула за пояс джинсов.

...пустые улицы, пустые машины на обочинах, пустые магазины и дома. Не работающие телефоны. Город был будто минуту назад, но покинут. И только на границе тумана, да в темных коридорах бродили жуткие тени и фигуры, но как только наушники начинали шипеть - она меняла курс, поняв, что таким образом те реагируют на приближение монстров. Старалась экономить патроны.
Она шла по пустому, черт бы его побрал, городу, наполненному только туманом, тьмой, да тварями в них.
И чем-то еще. Чем-то еле уловимым. Оно повисало в воздухе после каждого сделанного ею выстрела, слышалось в предсмертных хрипах и стонах, что издавали монстры, оставалось кровавым следом на ноже, когда очередной монстр имел иное строение, - уже третий вид за те несколько часов, что она бродила по городу, - оказывался слишком юрким и подбирался слишком близко.
Она не понимала, что ей делать дальше. Просто шла вперед.
Однако, в какой-то момент девушка осознала, что вновь оказалась рядом с кладбищем. Перед открытыми решетчатыми воротами. Не совсем улавливая, как, фактически, вернулась назад, если шла вперед, Гермиона, прислушиваясь к тишине в наушниках и сжимая в руке пистолет, развернулась, чтобы пойти прочь.
...и резко обернулась на голос, произнесший ее имя. Но никого нет. Только все тот же ряд надгробий с именами ее знакомых.
Она делает шаг вперед. Еще. И еще. Медленно проходит мимо могилы своих родителей. Мимо могил одноклассников. Друзей...

Задолго до их рождения в Англии появилась организация террористов, почти культ, возглавляемый талантливым и харизматичным юношей, желавшим силы, власти и подчинения. Он собрал вокруг себя много приспешников и практически поверг страну в хаос, топя ее в крови и страхе. Была и оппозиция. Многие родители тогда еще только будущих одноклассников Гермионы умерли или сильно пострадали. От рук другой части родителей. Но из-за явного помешательства и нелепой случайности "Темный Лорд" пал. В ту ночь в ключевой операции погибли и родители Гарри.
Спустя десять лет они детьми поступили в частную школу. Познакомились. Подружились. Не все, конечно. Было и соперничество, и ссоры, и драки. Но они же были детьми, это же была школа.
А потом "Темный Лорд" вернулся. Оказалось, что он тогда по столь же нелепому недосмотру все-таки выжил. Не добили. И он возродил свою организацию, заставил отвертевшихся от тюрьмы приспешников вернуться к нему. И события двадцатилетней давности начали повторяться. Дети, конечно же, хотели помочь своим родителям в борьбе с "Пожирателями Смерти" - так они себя называли. Другая часть ребят металась, потому что их родители состояли в этой группировке. Но все они неизменно прошли дополнительное обучение, почти военную подготовку: управление с огнестрельным оружием, холодным, тактика, защита, нападение.
Родители Гермионы пытались держаться подальше от всего этого. Но не могли в этот раз уехать, не могли оставить дочь одну, как бы она сама их об этом не просила. А она не могла остаться в стороне. Не могла оставить друзей, не могла оставить эту битву, потому что...не могла. И Гермиона просто уехала в школу после очередных каникул. А через неделю произошел теракт: ряд взрывов, разнесших три станции метро и несколько жилых кварталов. Конечно же, там жили и Грэйнджеры.
И в ней что-то сломалось.
Она могла придумать что-нибудь. Она ведь чертовски умная, и могла придумать очень многое, чтобы остаться в Англии и продолжить борьбу. Но она опустила руки и уехала на дальний континент к единственной живой родственнице под опеку. Поддерживала связь только с Гарри - просто не могла не отвечать на его письма.

Но его больше нет.
Она оставила своих родителей - и они умерли. Она оставила своих друзей - и они умерли.
- Гарри... - еле слышный шепот с губ.
"Тебя с ним не было".
И его больше нет.
И все то, что витало в воздухе, в этом проклятом тумане, навалилось на нее, заставляя упасть на колени и вскинуть голову, вырывая из горла не то крик, не то вой. Протяжный, надрывный, полный тоски, боли и вины.   
Это наказание. Бродить по городу потерянных душ среди монстров, тумана и тьмы.
Потому что оставила. Потому что предала. Потому что ее не было рядом, когда Гарри была нужна помощь.
Потому что осталась жива.
Но это была не жизнь. И вот она здесь. Воет на кладбище в городе-призраке над могилами, которых не может здесь быть.
Она чувствует влагу на лице. Пальцы левой руки размазывают слезы по левой щеке. Правой же касается внешняя сторона ладони - и металл. Пистолет. Она все так же сжимает пистолет. В наушниках медленно нарастает шипение.
Гермиона всхлипывает, немного судорожно вздыхая.
Она ясно понимает, что ей нужно делать. Она не сможет бесконечно отстреливаться и бегать от этих монстров. В тумане этого города. Беспросветно.
Шипение нарастает. Кажется, слышно, как шипы конечностей с силой входят в землю, приближая своих носителей.
Поэтому Гермиона приставляет дуло пистолета к виску. Она не пытается встать. Просто еще мгновение смотрит на имя на надгробии перед собой. Закрывает глаза. И спускает курок.

...и открывает их, моргая на мягкий свет камина. Плечи и шея ноют от неудобного положения. На коленях лежит раскрытая книга.
Но проснулась она не от этого.
- Гермиона, - Гарри еще раз тихо зовет ее по имени, теперь уже трогая за плечо. - Ты опять уснула в Выручай-Комнате за очередной книгой по боевой магии. Пойдем, я отведу тебя в твою спальню. Тебе нужно нормально поспать. У нас завтра зачет по Зельям, и Макгонагалл намекала на контрольную, помнишь?
Она снова моргнула - перед ее глазами появился Гарри, немного обеспокоенный, но старающийся скрыть это за улыбкой.
И это вызывает улыбку и у нее:
- Я рада тебя видеть, - голос немного хриплый со сна, Гермиона выпрямляется в кресле, пытаясь размять плечи.
- И я тебя. Еле нашел, кстати, опять, - он улыбается чуть увереннее. - Пойдем. Пробежим вдвоем под мантией-невидимкой, благо до башни недалеко.
Девушка кивнула, принимая протянутую парнем руку и поднимаясь из кресла.
Уже у себя в комнате, переодевшись в пижаму, забравшись в кровать и ноксом погасив свет, она задумалась над своим сном. А был ли это сон? Она же все помнит, все те девятнадцать лет. Хотя и после сна такое возможно.
...но сейчас она точно знает, чем беретта отличается от вальтера, и как управляться с охотничьим ножом.
И многое, многое другое.

0

10

Писалось на музыкальный конкурс под композицию Naughty Boy  – No One's Here To Sleep

Фандом и персонаж: ориджинал

Ты всегда был быстрее меня.
Ты быстрее бегал, быстрее плавал, быстрее наносил выводящие из строя удары и выпады, быстрее и метче стрелял, быстрее учился управлению тем или иным транспортом и оружием, быстрее решал задачи и разрабатывал стратегии.
Сначала я завидовал. Один из лучших - но не лучший. Всегда второй. Я раздражался и бесился. Ты выводил меня из равновесия, которое было буквально вбито в меня с младенчества.
Я был рожден, чтобы стать шпионом. Специальное подразделение Канцелярии "Ананси" занималось воспитанием и обучением идеальных машин для шпионажа и убийств. Нас выводили путем тщательного подбора "родителей" и забирали сразу после рождения. Нас практически программировали на отсутствие каких-либо эмоций и морали. Их определяли наши задания.
Я был выращен специально для одного задания - сблизиться с тобой. Стать твоим другом. Ближайшим соратником. Ведь Правительство просчитало, что именно ты станешь тем самым "переломным моментом процветания нашего общества". Хотя здесь мнения расходятся - некоторые члены "нашего общества" называют тебя "спасителем от тирании", что воцарилась с приходом к власти Канцлера: четкое разделение на Призвания в возрасте семи лет при поступлении в Академию путем нескольких тестов, тотальный контроль за каждым, кто достиг совершеннолетия, выпустившись из нее. Все подвергается просчету и анализу Программы, разработанной и введенной Канцлером. Обрабатывая данные о том или ином новорожденном, она, можно сказать, видела его будущее. Просчитывала, основываясь на огромном множестве показателей, в том числе генетических и статистических данных.
И однажды, почти двадцать один год назад, она выдала ошибку. Тебя. Совершенно невероятный элемент, который невозможно было просчитать. Который ломал всю систему.
Было решено "не рубить с плеча", а понаблюдать за этим феноменом, внедрив непосредственно к нему агента. Но они никак не ожидали, что первым, что ты сломаешь, будет этот самый их "идеальный шпион".
И ты ломал весь мой контроль над эмоциями, благо, не заметно для Ананси - они были уверены, что это я сам выбрал такую "стратегию достижения цели". Конечно, ведь я так сообщал им. Я лгал им. Лгал своим создателям, которым в принципе не мог лгать.
Я так и не могу понять, как ты это делаешь. Но это не важно. Ведь за завистью и злостью пришло уважение. Ты смог расположить меня к себе, хотя должно было быть с точностью, да наоборот. И мне захотелось понять, как это вышло. Мне захотелось понять тебя. Чем ты живешь, я знал всю жизнь. Как ты живешь, как думаешь - это совсем другое дело. Мое задание случайно совпало с моими собственными стремлениями, которых не должно было быть априори. Но они были. И хитрый план был очень хитрым - и элементарно простым. Когда я осознал, что могу сам к чему-то стремиться, что задание и ценности Канцелярии и Государства не непреложны, я попросил "радиомолчания", чтобы они просто наблюдали со стороны,  потому что у меня якобы есть план, которому может помешать любые случайно не там всплывшие записка или отчет.
И они верили. Они мнили себя разве что не Богами.
Поэтому со второго месяца обучения мы действительно...подружились. Это было очень странно и очень ново. Все это было ново для меня. Я так погрузился в эмоции, в чувства, в наше, ставшее дружеским, соперничество, что совершенно не ожидал, что сразу после выпускного в выделенной мне комнатушке общежития Солдат - ведь именно это Призвание выпало нам обоим -  я нашел конверт с вызовом в Ананси для сдачи отчета по объекту. Тогда я только пожал плечами, ведь ничего интересного для них я о тебе не узнал. Да, я выполнил первый этап задания - стал твоим ближайшим другом. Но ты ведь просто приятный, общительный, невероятно умный парень. Ничего более. То, что ты думаешь о нашем Правительстве, и что сделал со мной - одной из их идеальных машин - абсолютно не важно.
"Интересное" началось после нашего первого задания - на тебя вышло Сопротивление. Эта горстка почти-фанатиков из "подполья" - нижних уровнях города - мечтала свергнуть Правительство. Но у них не было сил и возможностей, чтобы использовать имеющиеся средства. Пока не появился ты. Они ждали тебя, и, конечно же, ты решил помочь им. Ведь ты не можешь по-другому, тебя душит режим Канцлера. Ты никогда не хотел быть только Солдатом. Ты хотел знать все обо всем, а не только о том, как выполнять задания и приказы. Ведь это единственное, что ты не умеешь - подчиняться. И это росло в тебе все время. Я подмечал, я чувствовал.
Глава Сопротивления предупредил тебя о том, что, возможно, кто-то из твоего окружения - шпион Правительства. Но тебе было не на кого думать. Я тогда не мог сказать - у всех стен есть уши. А вот две твои последние девушки и еще несколько до них либо открывали тебе свои назначения от Ананси, либо докладывали Ананси, что с назначением что-то не так, что их программа не действует, как должна. Что они чувствуют. В обоих случаях агентов снимали с задания, добровольно или нет отправляя на репрограмминг - малоприятную процедуру "наладки системы агента", включающую фактически полное стирание памяти и личности с последующим созданием новой. Либо, как вполне возможно произойдет в моем случае - это будет "полное удаление".
Проблема в том, что воспоминания в любом случае просматриваются. А значит - мне нужно избавиться от всего важного до того, как меня схватят. Да, Ананси конечно же заподозрили неладное и уже решили "проверить" меня. Неделю назад я подделал пару бланков, чтобы получить портативную систему извлечения памяти. Но я успею ее уничтожить, и они не смогут отследить тот диск, что ты сейчас просматриваешь.
Без тебя у Сопротивления ничего не выйдет. Без тебя и без шпиона в стане Правительства. У них есть ресурсы, но нет даже намеков на доступ к необходимой информации. Мы обсуждали это не раз. Так вот - этим шпионом стану я. Уже стал, точнее. После этого файла запустится авто-просмотр всей информации, что я смог собрать. А я собрал действительно всё: планы помещений и подвалов Главного Корпуса, все точки досмотра со ступенями допуска к отделам и этажам. Через подвалы вы сможете без особых трудностей пробраться в комнаты под главной серверной. Я все отметил. На вашем пути не будет биометрических замков, только электронные. Все матрицы так же прикладываю. Их просчитал даже я. Значит ты сможешь их вскрыть на раз-два. Серверная защищена лучше остальных помещений, но у Сопротивления есть нужное оборудование, чтобы взорвать к чертям потолок комнаты под ней, не смотря на его материал и толщину. С ее уничтожением вся система рухнет, и вы проберетесь на этажи выше, вплоть до верхних уровней Правительства и Канцелярии.
Я просчитал все по-максимому - лучше будет организовать диверсию сегодня ночью.
...знаешь, наверное, нужно было все тебе рассказать. Ты бы наверняка, как обычно, нашел "лучшее решение"... Но я не мог рисковать... Да и времени совсем не осталось. Так что, когда ты сегодня придешь со свидания с очередной попыткой Ананси копнуть под тебя - мое сознание наверняка уже вскроют... Но это не важно.
Ты ведь всегда был быстрее меня. Во всем. Не отрицай.
Может, сейчас ты окажешься быстрее них... Но надежда - глупое чувство.
Я уверен, что у тебя все получится. Уничтожить режим Канцлера, переделать его во что-то действительно стоящее, нежели затухающее в тотальной паранойе своих правителей и их же жажде власти государство. Исправить все их ошибки так, что люди будут жить. Будут счастливы.
Прощай, друг мой.

Голос замолкает вместе с окончанием воспроизведения видеофайла. На плазменном экране планшета, подключенного к портативному жесткому диску, начали просматриваться детальные схемы Главного Корпуса, с обозначением всех дверей, замков, камер наблюдения, постов охраны и прочих необходимых для успешной диверсии деталей. Параллельно шли матрицы кодовых замков, которые, действительно, с необходимым оборудованием вскрывались на раз-два.
Он моргнул немного ошалелыми от количества информации, что сейчас услышал, глазами, где-то на задворках сознания понимая, что он все это давно знал. Не знал - так догадывался.
И ничерта не сделал.
- Идиот, - было не понятно, к кому из этих двоих относилось это не то шипение, не то сдавленный рык. Может, к обоим.
Он бросил взгляд на часы. 17:28.
Он успеет. Во что бы то ни стало.
Как же чертовски удачно, что он решил не ходить на сегодняшнее свидание.

0

11

Сайд-стори к сюжету игры.
"Несчастья, которые отрезвляют"

Фандом: ГП
Персонаж: Гермиона Грэйнджер

http://i.imgur.com/lYufzj6.gifМакгонагалл вызвала ее к себе на большой перемене следующего дня. Принесла сухие, но искренние соболезнования и объяснила ситуацию. Она - Гермиона - по законам магического мира является несовершеннолетней и останется таковой до девятнадцатого сентября будущего года. Следовательно - ей нужен опекун. Ближайшим живым родственником на данный момент у нее осталась тетя - Клара Грэйнджер - жена брата отца девушки, так же погибшего в ночь на Хэллоуин. Дальше декан сообщила, что уже успела связаться с Кларой и договориться, чтобы завтра в семь вечера та ждала на вокзале Кингс-Кросс, куда профессор доставит Гермиону, и где будет ждать к семи же вечера в воскресенье для того, чтобы забрать девушку обратно. В эти два дня им надо будет утрясти маггловские формальности относительно опекунства, подготовиться и провести похороны.
Грэйнджер сдержанно кивала, поинтересовавшись только, что рассказала декан ее тете про школу.
- Вам решать, сообщать ей о магии или нет, мисс Грэйнджер, - ответила Макгонагалл, быстро сориентировавшись, что именно хочет знать ученица. В ответ та все так же сдержанно заверила, что не собирается посвящать опекуна в специфику своего обучения.
Договорившись встретиться завтра в Холле в половину седьмого, профессор отпустила девушку, напоследок все-таки напомнив, что если девушке нужно поговорить - двери ее кабинета всегда открыты. Поблагодарив, Гермиона пошла готовиться к следующему в расписании уроку.
И она действительно была благодарна декану за то, что та не стала ее расспрашивать, пытаясь понять, не собирается ли новоиспеченная сирота бросаться с Астрономической или какой другой башни, а, наверное, доверилась благоразумию своей лучшей ученицы, просто предложив той прийти, если почувствует в этом необходимость. http://i.imgur.com/cdAlVLv.gifНа занятии АД тем же вечером Грэйнджер принимала разнообразные соболезнования. Кто-то, кажется, Эверет, спросил про похороны - вероятно переживая, отпустит ли ее Жаба. Но она успокоила и его, и других заинтересованных, сообщив, что похороны на этих выходных, и Макгонагалл завтра вечером переправит ее к опекуну и в воскресенье заберет обратно.
Гермиона вздохнула с облегчением, когда Гарри вскоре "разогнал" всех, начав урок. Понимая, что эти людей в большинстве своем искренни, она все равно чувствовала себя неуютно под их взглядами с разной степенью сочувствия.http://i.imgur.com/cp3yPRU.gif С "тетей Кларой" девушка была лично не знакома. Дядя Джон был младше папы, много путешествовал и женился только пару лет назад на вчерашней студентке из Ланкашира, с которой познакомился во Франции. А за несколько дней до "терактов" выяснилось, что у них будет ребенок.
Молодая женщина с проницательными карими глазами на улыбчивом, даже не смотря на отпечаток печали, лице тепло встретила племянницу, попросив называть ее по имени. В процессе знакомства и подготовки к похоронам Клара рассказывала про их с дядей знакомство, совместные путешествия, расспрашивала про учебу Гермионы.
Если честно, той не очень хотелось врать тете. Хотелось заставить ее уехать подальше от туманного Альбиона. Подальше от опасности. Рассказывая про отличную учебу в "элитной закрытой школе", где не берет сотовая связь и где их "учат еще и сов натаскивать приносить почту", гриффиндорка пыталась прощупать почву на предмет родственников у молодой вдовы где-нибудь...в Швейцарии или Австралии. Когда таковые нашлись в Канаде вместе с намеком на желание уехать пока к ним, у нее почти отлегло от сердца. Правда, на предложение поехать вместе Гермиона только покачала головой - она не могла оставить друзей и учебу. В общем-то, так она и ответила, и даже, кажется, получила толику понимания в ответных взгляде и улыбке.
Однако по поводу лета, часть которого, вероятно, придется провести у опекуна, нужно было подумать. В Англии к тому моменту врядли станет сильно безопаснее, а значит маггле здесь делать будет все так же нечего. Разве что привечать несовершеннолетнюю племянницу.http://i.imgur.com/yPkQJkd.gifКак выяснилось, родители погибли в "теракте" у Королевской Биржи, а дядя Джон - на Бромптон роуд.
Утро воскресенья было таким же серым, как и день субботы. В газетах освещали предстоящее траурное мероприятие на Трафальгарской площади. Тетя спрашивала, отпустят ли ее и на следующую субботу, чтобы посетить его. Гермиона не уверена, готова ли сама остаться с Кларой еще на целый день на будущей неделе, но выбраться на пару часов можно попробовать. Если у профессора не будет более важных дел.

Свет, льющийся из-за неплотной завесы облаков, обесцвечивает окружающую картину кладбища. Три могилы, три закрытых гроба, скромная панихида и почти никого, кроме двух оставшихся Грэйнджеров - большинство знакомых и друзей семьи переживают свои трагедии.
Ломкие прощания "до следующей жизни", тихие слезы и цветы на полированные деревянные крышки.
Гермиона свое выплакала еще тогда, в нерабочем женском туалете, где обитает капризный призрак. Сейчас она прощается с ними, принимая, что их больше нет. Но и осознавая, что это не конец, и впереди столько дел и забот. Надо будет обязательно пересечься с Паркинсон. Гриффиндорка отнюдь не уверена, что сейчас у нее хватит сил на "вербовку" той в АД, но если она согласится на занятия тэт-а-тэт - можно будет в нормальном режиме присмотреться и понять, стоит ли вообще разговаривать об этом со слизеринкой. Да и сами члены АД не факт, что с распростертыми обьятиями примут новоиспеченную дружинницу.
А еще надо уговорить Клару уехать из Англии сразу после траура на Трафальгарской площади. Можно поговорить с Макгонагалл, попросить ее попробовать убедить при следующем разговоре с опекуном, что в школе ей - Гермионе - ничего не грозит. Потому что молодая женщина явно прониклась симпатией к младшей родственнице и теперь переживает за нее. А переживать - тем более будущей маме - крайне вредно.
Пусть хоть кто-то будет в безопасности.http://i.imgur.com/KryoBO9.gif

Отредактировано Amaryllis (25.04.2016 15:55:15)

0

12

Есть у меня персонаж на просторах кроссоверов - Алиса из серии игр Америкэна Макги, на "реальную" внешность которой была выбрана мной Индия Айсли. И вот тут встречается мне клип как раз про "мою" Алису. Клип далеко не идеален, но сам факт, что у кого-то так совпала идея с моей...
Вот только Ганнибал никакой не Шляпник. Он - доктор Бамби *.* яботыгралапрямвот

0

13

Вот она, вот она. Я же давно рассмотрела в Айсли свою Алису *.*

И не важно, что это Спящая Красавица х)))https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/736x/f9/0e/a9/f90ea9635f1487632c718c34b4ac44ee.jpg

0

14

World's Deadliest 13 year-old

https://45.media.tumblr.com/aa038e8cf4f2c71d0f8e6cfdf3363d64/tumblr_o41xraD7hN1rrbm4io4_250.gif https://45.media.tumblr.com/4738cd16ecdf5169611ce8485e149ab1/tumblr_o41xraD7hN1rrbm4io5_250.gif

Отредактировано Amaryllis (25.05.2016 18:52:35)

0

15

Откопался драббл. Вообще - написался на конкурс год назад.

Фандом: Мстители (второй мув)

По полутемному, залитому красным светом залу мечутся огни прожекторов и люди, скользящие друг за другом в танце. Вокруг играет музыка, тут и там раздаются взрывы смеха и слепящие вспышки фотоаппаратов. Шампанское льется рекой.
Все празднуют победу в войне и возвращение солдат домой.
Она побывала на этой войне. Где рекой лилась кровь, оглушали и слепили взрывы гранат и мин, а по полю боя метались люди, убивая друг друга. Но после окончания войны проблемы не закончились. Поэтому она продолжала стоять на страже мира вместе со Стратегическим Научным Резервом, фактически становясь одной их основательниц Щ.И.Т.а.
Они не подозревали, что притаилось за щитом, созданным защищать мир и людей, вплетая яд в саму его структуру, в само основание. Но это вскроется только семьдесят лет спустя. А пока...
А пока все вокруг празднуют и веселятся. И ведь совершенно не важно, что все это отдает оттенками и нотами самого безжалостного поля боя. И не важно, что Пегги, зная все это, подходит к нему, счастливо улыбаясь, и говорит, что война окончена и пора домой. И эти музыка и смех вокруг...
Но ничего этого нет. Зал пуст и полон эха. Мифический "дом" остался там. И она такая - перспективный агент, превосходный стрелок, красивая молодая женщина, ждущая своего партнера для танца - эта Пегги Картер тоже осталась там. В далеких сороковых.
Это просто морок семидесятилетней давности, кошмар, вытащенный ведьмой из глубин подсознания Стива Роджерса, призванный деморализовать его.
Улыбающаяся Пегги в вечер семьдесят лет назад, которого не существует, зовущая домой, которого нет.

0


Вы здесь » Photoshop: Renaissanse » Дневники & фотоальбомы » Madness is a place


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC