http://co.forum4.ru/files/000f/09/5e/22968.css
http://co.forum4.ru/files/000f/09/5e/47859.css
http://co.forum4.ru/files/000f/09/5e/41555.css
[НЕ ПРОПУСТИ!]
[29.11.] С 29.11. некоторые правила упраздняются к тому, что - за что голосовали, то и поставили (администрация снимает с себя все полномочия по выбору работ дня). Без ограничений на количество попаданий. Раз в неделю/две, тема с выбором будет закрыта. Что это значит? Это значит, что в таблице будет ВЫБОР АДМИНИСТРАЦИИ. В котором будут собраны все работы за неделю, зацепившие внимание амс. В Daily Art News о.2 выбор администрации будет отмечен отдельным сообщением с соответствующей пометкой.

[12.11.] Друзья! Обратите внимание на нововведение в выборе работ дня: теперь в таблице будут присутствовать три работы по итогам голосования пользователей, и три - по итогам голосования амс-состава. Сами правила голосования остаются прежними)
[12.10.] Товарищи ренессановцы! У нас изменился дизайн, искренне надеемся, что администрацию камнями не забьют (у нас демократия, помним)).
А еще у нас больше не будет баннера-дня, зато будет дизайн дня, за который вы можете проголосовать, ну или если не будет дизайна - будет еще один эпиграф или аватар.
P.S. А еще мы вернули голосование за работы дня и пересмотрели ранги, с новой системой, уже можно ознакомиться в соответствующем разделе ;)
» на рекордных скоростях
[БУДЬ В КУРСЕ]

[КОНКУРС: РЕКЛАМА ДЛЯ РЕНО] - - ПРОДЛЕНО ДО 3.12.

[лента в профиль] - для всех, у кого стояла лента - смена на новую - бесплатно. Для тех, кто хочет поставить себе - стоимость с 1500 флоринов, упала до 300. Предложение ограничено!
[открыто голосование на работы дня]
" П р о р ы в "    н е д е л и        
Прорыв недели Прорыв недели Прорыв недели Прорыв недели Прорыв недели Прорыв недели Прорыв недели

Photoshop: Renaissanse

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Photoshop: Renaissanse » Партнерство » rivers&roads


rivers&roads

Сообщений 61 страница 80 из 93

61

АКЦИЯ НЕДЕЛИ

http://funkyimg.com/i/24ksQ.png

drive
14/11 - 20/11. Неделя посвящена касту фильма "Драйв", а также тем персонажам, которые большую часть времени проводят в салоне автомобиля, связав с этим жизнь. Если вы участвуете в акции, то автоматически получаете набор радостей:
- 15 плюсов в репутацию;
- 10 баллов в выбранную команду;
- индивидуальную награду в профиль;
- возможность заполнить акционный шаблон анкеты;
- комплект в придачу совершенно бесплатно, без смс и регистрации. а, нет, зарегистрироваться все-таки придется с;

БУДЬ СОБОЙ

0

62

http://s7.uploads.ru/t/bKT36.gif  http://s7.uploads.ru/t/k6ZlJ.gif
http://s3.uploads.ru/t/qGgKD.gif

David Tennant

Будь моим бывшим...мужем? А почему бы и нет? Вдруг я выскочила за тебя по молодости по глупости? А сейчас мы, может быть, неплохо общаемся в то время, как я вообще нахожусь на одном месте. Может, ты мне отец, друг и советчик в одном лице. Может, ты единственный, к кому я вообще прислушиваюсь.
Может, сейчас ты работаешь на радиостанции города О-Клэр? Может быть, я каждое утро слышу твой голос из наушников, старательно настраивая радио на твою волну?
Кстати, видеть твою мордашку буду рада не только я, но еще как минимум двое.

0

63

http://s7.uploads.ru/94BpS.png

0

64

Cael
Monia Chokri но иногда я сговорчив, поэтому рассмотрю и Ваши варианты

http://s6.uploads.ru/KQgO8.png http://s7.uploads.ru/9vh5p.gif http://s3.uploads.ru/PcKxZ.png
возраст: 20-25
деятельность: Ваша воля
родной город: как и здесь

Это удивительно и поразительно, но я, с ликом Х. Долана, ищу себе бывшую (не совсем) девушку. История моего персонажа драматичная, красивая и непростая: пару лет назад Этьен встречался (нет, не с вами, подождите) с прекрасным молодым человеком – Ноа – и сердце его звучало только этим именем. Так было и так продолжается, если быть предельно честным; но с год назад произошло кое-что, что нарушило привычное течение жизни: после ссоры Ноа ушел из дома, а Этьен его отпустил, закончилось это несчастным случаем и последующей комой чудесного и никак не заслуживающего такой участи Эллингтона. Стоит ли говорить о том, что Руан чувствует свою вину за это? Где-то спустя 7-8 месяцев после этого происшествия в жизни Этьена, полностью посвятившего себя своему безмолвному возлюбленному, появляется Каэль, совсем скоро ставшая его опорой, светом, причиной улыбок и, без преувеличения, вернувшая его к жизни. Этьен очень эмоциональный, не умеющий скрывать свои чувства человек, и его симпатия к новой знакомой быстро переросла в симпатию к потрясающей совершенно девушке. Стоит ли говорить о том, что Руан чувствует свою вину и за это? Будучи предельно честным, он рассказал ей, что не готов отпустить Ноа вовсе не из-за чувства вины, но и ее видит уже не просто знакомой. Каэль приняла эту форму отношений. Еще спустя пару месяцев они с Этьеном уехали из О-Клэр (да, это все происходило в этом маленьком городке): обосновавшись во Франции, пара строила планы на будущее. Стоит ли говорить... Перед путешествием К. и Э. последний навестил некогда родной городок, чтобы проведать Ноа и помочь его родителям, и узнал, что тот переборол кому. Сердце Этьена уже давно разбито на две части – первая всецело принадлежит Эллингтону, вторая источает благодарность к единственному близкому человеку за эти непростые месяцы в его жизни. Руан остается со своим возлюбленным, и ему невозможно сложно так отвратительно поступить с Каэль, но он с головой погружается в обуревающие его чувства любви, вины, ответственности, и... Первый месяц, что он проводит с Ноа, он продолжает общаться с Каэль по телефону, и в этом еще одна особенность и неоднозначность истории. В итоге, они расстаются, но Этьен может навестить ее на Рождество, потому что он вечно fucked up (простите, но лучше я не выражусь)...

Вот отрывок о К. из моей анкеты:

А ее зовут Каэль, и она попросила бы меня не терзать себя, отказавшись от этого разговора, поэтому ее сейчас нет; я хотел, чтобы она осталась во Франции, но она не отпускала меня в О-Клэр, заботясь или ревнуя, не важно, я по-прежнему на нее немного рассержен, совсем чуть-чуть. Последние пару месяцев мы жили в Париже и должны были двигаться на Восток – в Грац, к ее родителям, но я хотел вернуться сюда; как-то она вытянула из меня обещание никогда не возвращаться в О-Клэр, и это единственные слова, против которых я иду, не сокрушаясь (хотя я и импульсивный, я редко нарушаю обещания, данные себе и другим людям). Каэль стала моим спасением: ее эмоциональность и задиристость разбудили меня, и она первая заставила меня улыбнуться после произошедшего. Она очень нежная и живая: конечно, ей не угнаться за моей взбалмошностью, но мои черты, кажется, могут только портить людей, поэтому я восхищен ею такой. С ней сложнее, но в этом нет ее вины; я ненавижу себя, ненавижу, за то, что позволяю себе их сравнивать! Ни он, ни она не заслуживают такого отношения, и я не знаю, что мне делать. Скорее всего, скоро мы поедем в Австрию, да. Ее зовут Каэль, и я ей искренне благодарен.


А тут – часть, посвященная Ноа, и оная обо мне, если интересно

...Совсем скоро началась учеба, и я понял, что это то место, где я должен находиться, однако абсолютную уверенность я обрел, только когда познакомился с ним ближе. Я люблю красивых людей, а его и вовсе глупо описывать одним этим словом; «красивые» не достаточно даже для описания его запястий, его губ, линии его челюсти (я не говорю про глаза!), и я бы долго мог говорить о его внешность, если бы она осталась единственно в нем притягательна после первого нашего разговора: он невероятно интересный, а его душа – мне кажется, он в прошлой жизни постоянно занимался чем-то полностью противоположному убийствам и предательствам, что там, наверху, расценивается как благодать, и этим заработал себе такое чистое сердце (кажется, я сейчас скрестил несколько религиозных течений, впрочем, я никогда не был в этом силен, в отличие от него; это одно из много, в чем он лучше меня, да). Он… цельный, и я знаю точно, что мне никогда не стать таким; он же любил меня и без этого. Мне стыдно говорить о нем, даже просто выражая свои искренние чувства, – ими я делаю его грязным. Сейчас я готов извиниться за многое, чего раньше попросту не замечал в своем поведении, но это, и ничто другое в этом мире, не стоит того, что с ним произошло. Его зовут Ноа, и я его люблю.


А мое имя – Этьен, и это все произошло из-за меня. Из-за меня мы поссорились той ночью, даже Ноа не всегда выдерживал мой характер; из-за меня его избили, ведь я сделал все для того, чтобы он не смог находиться со мной в одной комнате; из-за меня он уже больше года находится в коме, потому что осознай я все раньше, я, может быть, успел бы его спасти от того зверства; из-за меня страдает его семья, и я стараюсь им помогать, но они не хотят меня видеть, и я понимаю это; из-за меня он, возможно, не станет тем, кем должен был, когда он выберется из этого состояния (он обязательно справится!), а он как никто другой заслуживает быть счастливым и успешным. Не было ни единого дня, который не начался с бесконечного чувства вины, и это не просто красноречивый прием, я действительно не отпускаю его, только теперь лишь в своих мыслях. Я никогда не прощу себя за то, что я его оставил, и никогда не найду причину, по которой я это сделал. Во мне были силы продолжить уход за Ноа, я хочу его выздоровления больше всего в своей жизни, и я не стал его любить меньше ни на йоту, просто… В этой ситуации нет ничего простого. Это длилось неделю, две, месяц, несколько, полгода; врачи не давали утешительных сценариев, и это нельзя считать оправданием, нет! Мне нравилось читать ему, ему тоже, наверное, это нравилось; я всегда держал его в курсе событий и даже повторял ему лекции по любимым предметам, это меньшее из того, что я мог сделать для него. Но я даже не знаю, слышал он меня или нет… Его родители были против того, чтобы я его навещал поначалу, но мне было плевать, если честно, ведь они не могли говорить за Ноа; я бы мог принять и его нежелание меня видеть, но он, собственно, и не видел меня. Это было тяжело, но я верил, что я справлюсь; я не справился. Сам Ноа едва ли осудил бы меня за это, и мне стыдно, что я позволяю говорить это от его лица, но он человек много лучше меня, а я не смогу снять этот груз со своего сердца. Конечно, это похоже на излияния человека, питающегося жалостью к себе, вы вольны сами делать выводы, я согласен с любым суждением о моей неправоте. Я уехал и не видел его чуть больше двух месяцев, грустно признавать, но, вероятно, за это время ничего не изменилось, но эта мысль очередным грузиком тянет мое сердце вниз. Конечно, черт возьми, я виноват перед ним и за это: я позволяю себе жить, смеяться, радоваться происходящим событиям, переживать из-за никчемных вещей, оставив его одного. Я закончил, и этого достаточно, чтобы понять что-то обо мне; для меня достаточно. Мне не стало легче оттого, что я высказался, но я и не ждал этого. Меня зовут Этьен, и я никогда не смогу себя простить.

История персонажа – плод Вашего воображения; мне лишь необходимо какое-то общее соответствие моим представлениям о характере девушки. Во-первых, все это вытерпеть может все-таки человек либо очень самоотверженный и стремящийся помочь всему человечеству или Этьену Л. как его представителю, или человек, искренне любящий. Чувства Этьена правильнее описать словом «благодарность». Каэль достаточно мягкая (я думал насчет внешности, ведь Мониа в фильмах Ксавье (не твоих, Пюрен) достаточно серьезная и жесткая, но она настолько чудесная и многогранная, что, избавившись от этих образов, ее вполне можно представить грустящей любящей и все прощающей Каэль), и она помогает Руану даже после его возвращения к Ноа, потому что... ну вот так она поступает: равно как Этьен не может ответить на вопрос, почему он уехал спустя год от возлюбленного в коме. Эта линия неправильных выборов – очень задорная и грустная вещь, что одно из немногого, будоражащего меня в этой истории.

http://s3.uploads.ru/13S2y.gif http://s7.uploads.ru/weNF0.gif

дополнительно:

Мне очень странно эту писать заявку, как, наверное, странно было бы ходить на руках (я не силен ни в чем, если что), но мне хочется окружить себя красивыми и талантливыми людьми, а посему снежинки Каэль мне очень не хватает! Я и мой паренек достаточно активные ребятки, чуть-чуть смешные, очень драматичные, как вы могли заметить, очень пидоры, и если вдруг ТЕБЕ нравится все ето, мы, очень вероятно, ПОДРУЖИМСЯ! Можно не писать посты неделями (но за это вас будут порицать и удалять (на самом деле, нет)), если они будут грамотными и не на пару строчек (вот, я еще и ТРЕБОВАТЕЛЬНЫЙ и ОТВЕТСТВЕННЫЙ). Такие дела!

http://s6.uploads.ru/rYvM1.png

Здесь мой пост, и мы с пареньком пишем по-разному, начиная с 5к; этот из другой нашей истории!!

Дейл просыпается, и новый день не обрушивается на него тяжелым осознанием происходящего: за полупрозрачные шторы пробивается свет солнечного утра, и единственная мысль о том, как можно сделать этот момент еще приятнее, – легким движением оставить поцелуй на губах Лиама. Поворачиваясь, мужчина долго смотрит на своего спутника, уткнувшегося в подушку: привыкнув понапрасну не романтизировать ситуации, скульптор совершенно искренне заворожен красотой Уайта. Его ангельское (Вернен осекся, подумав об этом качестве) лицо замерло в спокойствии, и только ресницы изредка подрагивают. Осознавая, что в этот интимный момент – момент его пробуждения, которого Дейл, даже имея возможность застать, похитить, избегал, – очарование Лиама раскрывается по-новому, мастер с не знакомой ранее нежностью заключил, что ему предстоит встретить еще сотни, тысячи таких откровений, и даже тогда останется как минимум одно следующее, норовящее сделать Лиама в глазах Вернена еще прекраснее. Золото в сравнении с живыми чувствами теперь выглядело слишком простым и неинтересным, и только проблески его золота на теле Уайта возвращали к отдаляющейся мысли о том, что руками мастера было создано что-то, способное соревноваться в своем изяществе со светом глаз Лиама. Вздор: умение заботиться о его спутнике, вызывать его восхищение не своими речами и скульптурами, но какими-то совсем простыми проявлениями чувств, прикосновениями и поцелуями – главное открытие в жизни Дейла Вернена. Боясь спугнуть сон мужчины, Дейл проводит в своих размышлениях все следующие минуты в приятном, между тем, одиночестве; только когда Лиам потягивается, нехотя открывая глаза и встречая спокойный взгляд Вернена улыбкой, скульптор касается его губ, подвигаясь ближе, и, ревностно отрывая мужчину от мягких простыней, накрывает своими руками его обнаженные плечи. Легкие покалывания пальцев, моментально разлетающиеся по всему телу и уже острыми длинными иглами вонзающиеся в кожу, заставляют Дейла разорвать прикосновение; стараясь не показывать свою боль в боязни расстроить или обеспокоить спутника, мужчина уже увереннее касается кожи его спины, скользя к пояснице. Дейл касается губами плеча Лиама; тот отводит голову назад, открывая губам скульптора шею. С каждым новым поцелуем дыхание обоих сбивалось: Уайт находит его губы, руками пробираясь под футболку Дейла, и распаляющиеся напряжение последнего соревнуется с теперь кажущейся невыносимой болью, однако это не сбивает, но лишь сильнее восхищает мастера. Чувствуя, как кожа ладоней начинает буквально гореть, Дейл резко останавливается только из-за безумного страха обжечь Лиама; хоть в глазах Уайта нет укора, мужчина понимает, что, возможно, позволил себе лишнее – намного раньше даже первой их встречи.
–Я не хочу, чтобы у тебя оставалось и тени сомнения, – Вернен успокаивается, глядя на смягчающийся взгляд Лиама. Тот улыбается и тянется к губам Дейла в уже легком поцелуе; Дейл решается на новое прикосновение и, скользнув подушечками пальцев по щеке Уайта, встает с кровати.
Стоя под струей прохладной воды, скульптор рассматривает свои ладони: несмотря на ужасную боль мужчина и не думал отречься от возможности прикасаться к Лиаму, но даже вспоминая любое из ощущений, сопровождающее его касания, Дейл вздрагивал. В следующую секунду он видит, что кожа его рук покрыта гнойными ранами, глубокими порезами и безобразными ожогами; предаваясь панике, он пытается смыть под напором душа со своих ладоней следы, но от этого раны кровоточат лишь сильнее. Опираясь о стену, Дейл сносит стоящие на полке пузырьки и только обеспокоенный голос Лиама заставляет его собраться: восстановив дыхание, мужчина смотрит на свои чистые ладони и старается не возвращаться к этому… видению.

Дейлу нравилось жить у Лиама: прошло всего несколько дней, но этого оказалось достаточно для того, чтобы мастер привык к новому дому. Если раньше ему претила мысль о том, что кто-то сможет организовать что-либо в его жизни и это будет удобно мастеру – в обустройстве дома, в подготовке званого ужина или в других рабочих вопросах, то сейчас квартира Уайта стала его любимым местом: за ее стенами Лиам и Дейл оставались наедине, спрятанные от всего мира; к сожалению, самое опасное для их отношений и для Уайта находилось в критической к нему близости, и Дейл никак не мог это исправить. В отсутствии журналиста, Вернен готовился к его возвращению: готовил ужин, планировал их вечер; Дейл очень внимательно следил за состоянием Лиама – меньше чем через неделю выйдет новый выпуск журнала, а значит сейчас нагрузка на работе значительно выросла. Скульптору нравилось ухаживать за Лиамом, а большего он не смел требовать – такая формулировка была не привычна для Дейла, но и это согревало его сердце.
–Здравствуй, Лиам, – улыбается Дейл, слыша, как после приветствия улыбается и его собеседник. –Если ты не против, я встречу тебя после работы, и мы заедем ко мне: надо перевезти некоторые вещи. Отлично, я буду в семь, – мужчина осекся, желая добавить в конце «целую», хотя в их уже походящих на нормальные в общем понимании отношениях такая форма общения была приемлема. Дейлу странно было открывать в себе такие черты как сентиментальность, но существование Лиама в его жизни оправдывало многое.

Дейл в назначенное время ждет Уайта у издательства, подпитываясь неоднозначными взглядами узнающих его людей; не желая лишний раз смущать своего спутника, мужчина лишь ловит его нежный взгляд, улыбаясь в ответ, и учтиво открывает перед ним дверь машины. Уже внутри, вновь отгородившись от целого мира, скульптор касается руками лица журналиста и мягко его целует.
–Я попросил Джеймса приготовить нам ужин, – произносит Дейл, следя за движением. –Но, если ты очень голоден, мы можем заехать в ресторан.
Лиам берет мужчину за руку, и это… больно. Впрочем, в этот раз Вернену удалось совладать с собой и не показать это своему спутнику; Дейл повернулся к Уайту и, поймав его нежный взгляд, все же убрал руку, положив ее на колено мужчины.

После ужина Дейл забирается на диван с ногами, утягивая за собой Лиама; когда он прислоняется спиной к груди мужчины, тот овивает руками его плечи. Уайт кладет голову на плечо Дейла, губами касаясь его рук, и Вернен желает провести в объятиях с Лиамом всю оставшуюся жизнь. Скульптор зарывается носом в волосы Уайта; воспринимая движение навстречу как знак, Дейл касается губами уха Лиама. Все эти томные поцелуи слишком быстро распаляли возбуждение Вернена; несмотря на то, что его спутник не был против, Дейл не хотел торопить события: он никогда не был консервативен в этом вопросе, но их отношения, определенно, были чем-то особенным, и мужчина хотел выгадать наиболее подходящий момент для логического их развития.
–Я наберу тебе ванную, – шепчет Дейл, позволяя себе оставить последний поцелуй на шее Лиама. Когда скульптор поднимается, он видит во взгляде Уайта что-то новое, останавливаясь взглядом дольше положенного на его приоткрытых губах, Дейл все же удаляется из комнаты.

Скульптор аккуратно берет Лиама за руку и ведет его в ванную: их движения были расслабленными и медленными, вино приятно затягивало мысли сладкой дымкой; Дейл восторгался предвкушением продолжения этого вечера – воспринимая боль жгучих прикосновений как постоянное напоминание о жертвенности Дейла и искренности его чувств, мужчина сильнее сжимает руку спутника. Останавливаясь в центре просторной ванной комнаты, Вернен мягко касается лица Лиама и приближается к нему с поцелуем. Отрываясь от мужчины, Дейл замечает в его взгляде любопытство и прежний восторг. Скульптор медленно тянет край футболки Лиама вверх, освобождая его от этого предмета одежды; тот, обвив руками талию Дейла, тянется к пуговицам рубашки, но, встречая отрицательное покачивание головы, останавливается. Вернен оставляет поцелуи на шее, ключицах, плечах Лиама, едва сдерживая себя от более настойчивого продолжения; его касания мягкие, почти невесомые. Дейл касается подушечками пальцев рисунков на груди его спутника и завороженно провожает золотой росток, тянущийся вдоль черных линий. Он снова находит губы журналиста; его пальцы останавливаются у начала джинсов, и, не встречая сопротивления, расправляются с ремнем. Он сразу захватывает всю оставшуюся одежду и опускается на колени, позволив себе подсмотреть реакцию Лиама. Дейл, отгоняя мысли о возможном более уместном даже продолжении, все еще справляется с возбуждением и откладывает одежду в сторону. Процесс знакомства с телом Уайта напоминал процесс создания скульптуры – в естественном его проявлении, а не в версии Дейла Вернена: он ревностно восхищался красотой изгибов, созданных не им; пытался хотя бы так своими руками повторить шедевр, сейчас совсем не уважительно относясь ко своим скульптурам. Мужчина поднимается и отказывает Лиаму в поцелуе: он замирает у его лица, зная, что теперь сдержаться будет еще сложнее; перед ним стоял обнаженный Лиам, ранее обнаживший перед Дейлом свои чувства, и это вызывало особенные эмоции. Скульптор берет его руку и провожает к ванной; зачарованно наблюдая, как Уайт погружается в воду, Дейл опускается вместе с ним на колени. В его глазах – сотни новых огней. Цветочный аромат, заполнявший комнату, дополнял волшебность этого момента. Дейл касается губами ладони Лиама, каждого пальца по-отдельности; нехотя отрываясь, он растворяется от прикосновения спутника к его щеке, прикрывая глаза. Мужчина берет губку и аккуратно проводит ей до плеча Лиама; тот, предвосхищая действия скульптора, послушно приподнимался, открывая ему части своего тела и неотрывно наблюдая за руками мастера: для обоих это было высшего уровня откровением. По завершению Дейл растягивал момент, совершенно потерявшись во времени, промакивая полотенцем влажные участки тела Лиама.

Отпуская к сновидениям зарывшегося в объятия Дейла Лиама, мужчина пытается не думать о том, что его руки в кровь разодраны кипящим песком.

0

65

http://s2.uploads.ru/TFKjY.png

0

66

http://i.imgur.com/83wlKLu.png

0

67

гнев и похоть
Ryan Gosling

http://funkyimg.com/i/25tda.jpg http://funkyimg.com/i/25S1p.gif http://funkyimg.com/i/25S1r.gif http://funkyimg.com/i/25S1q.gif
возраст: 30-37
деятельность:  полиция/ банки/ криминал
родной город: небольшой провинциальный городок

Пробил час подытожить. Пришло осознание того, что твое время - угасающие глаза миллионов чахоточных. Дисфункция. Деградация. Упадок, стремящийся к бесконечности. Разодранные в клочья домашними любимцами плюшевые игрушки. Тебе кажется, что в конце тоннеля будет бить яркий свет. Но ничего подобного не произойдет. Ты уже на площади Злопамятства и Скорби. Толстый трубач сзывает всех этих уродливых птиц, намеревающихся выклевать твою печень. Твоя голова находится в пасти старого беззубого льва, у которого, впрочем, достаточно сил, чтобы раскрошить её одним смыканием челюстей. Молись. Молись всем тем богам, в чьи силы, равно как и в собственные, ты доселе не верил. Аплодируй. Аплодируй призракам древних насекомых, что вскоре облепят чёрным озера твоих мёртвых глазниц. Успокойся. Зато теперь можно снять маску.
И ты снимаешь - все. Воспитанный в достатке, волен делать все что хочешь. Ты часто пренебрегал чужими чувствами, но, ни разу жизнями. В твоей сказочной истории сплелось дурное влияние толпы и ребячество юного анархиста. Выбивать на стенах баллончиками имена смертных, вбивать в челюсти своих «врагов» кровавые истины. О, тебя ведь часто вытаскивал папочка - бабло решает все, а в твоем случае даже больше. Спускаешь чужие капиталы, но лесть кредитки-голд не длиться вечно. Сколько прошло времени, прежде чем тебя подхватила волна самостоятельности?. И теперь все слилось в кучку блесток. Блестящее образование, шикарная квартира. Твое лицо на обложке Нью-Йоркского издания и второе в топе. Но все не так сладко, детка. Родители прислуживают государству, от тебя требуют повиновения. Да куда там, новые дали зовут странника; перебрался в этот вшивый городок, что бы хоть на некоторое время вырваться из под крыла папаши. А ей чего не сказал о своем истинном намерение? Страшно спугнуть птичку. А ведь сам понимаешь; у нее есть то, что нужно твоей семейке – не лишние связи. И то, что нужно тебе - под ребрами.
Повесилась твоя совесть. Не выдержала такого. Проще теперь, спокойнее. Никак. Сердечная мышца толкает липкую жижу взад-вперед. Часики ходят размеренно тик-так. Из норки прыг, в норку - скок. Круговорот эгоизма внутри индустриального пейзажа. Нет, лучше меня ни о чем не спрашивай теперь. На кой тебе эти логические завершения, чувство уверенности, галантные гарантии? Нет, не будет этого всего уже. Закончилось вместе с совестью. Читай эпитафию на ее надгробие: «Не стоило так со мной поступать. Не серчайте. Сами на себя ныне пеняйте». Беги просто в магазин за буханкой черного и бутылкой красного. Теперь только так и будешь жить, извини.
Твоя мать умерла, когда тебе было 5 лет. Старший брат – пожарный, умер, спасая девушку из огня. Отец, бывший полицейский на пенсии,  погиб, когда тебе было 17 лет. Зашел в магазин, купить чего-нибудь, в то время как ты сидел в машине, а там началось ограбление. Наркоману не хватало денег на дозу. Отец умер у тебя на глазах. У тебя осталась только младшая сестра. Ты оберегаешь ее как зеницу ока, потому что считаешь, что ваша семья проклята и все люди вокруг тебя умирают.
Вспыльчив. Суров, строг, но справедлив. Отчасти лицемер, страдает приступами высокомерия. Самолюбивый, эгоистичный, непредсказуемый ублюдок.
Мы познакомились именно тогда, когда в твоей жизни было огромное ведро набитое дерьмом. Я привык к такой жизни, смирился, а ты был просто в шоке от этого. Все было хорошо. Твоя сестренка нашла со мной общий язык, даже полюбила. Но вот между нами летали искры ненависти друг другу. Мы были влюблены и ненавидели друг друга одновременно. Мы могли ругаться часами, а потом дико потрахаться и успокоиться.
Время шло, между нами были отношения, если это можно так сказать. У тебя наладилась карьера, снова оброс деньгами. А я так и остался нищим сбродом, который изо дня в день появлялся в твоей постели. Иногда казалось что ты начнешь платить мне за наши "отношения". Я бы не вынес этого. Я просто решил исчезнуть. Не отвечал на телефон, не выходил на связь вообще, решил засесть на дне. Но и этого не получилось.
Я попал в передрягу. Не в то время, не в том месте. Ничего необычного. В скорой у меня спросили о родственниках, и мне не оставалось выбора, назвал тебя. Думал теперь в реанимацию с ножевым меня повезут не из-за толпы тех придурков, а из-за тебя. Боялся, и боюсь сейчас, но не могу, не могу без тебя. Молодой и тупой я...

дополнительно:
Ты, главное, приходи. Обсудим, подумаем вместе, можем что-то подкорректировать. Биографию же вообще оставляю на твое усмотрение, пусть персонаж будет комфортен тебе и тобою любим.
Приходи, если ты ответственный игрок и не пропадешь через пару дней. От себя обещаю стабильную игру, флуд (если не любитель флудить - насильно загонять не буду) и лучи любви.
Для тех кто на недельку - мимо.

ваш пост

Я плохой человек, действительно плохой. Но, если так подумать, много ли среди нас хороших? Ведь что может быть отвратительней лицемерия и псевдодобра, которые окружают нас на каждом шагу просто потому, что все привыкли к этому. Уж лучше мир будет зол и колюч, какой он и есть, чем пропитан всей этой гнилью, скрывающей его пороки. Но нет, мы будем мило улыбаться всем вокруг и даже себе, и лишь где-то глубоко внутри нас будут расти ненависть, эгоизм, тщеславие и все остальное, малоприятное, но являющееся неотъемлемой частью людей и нашей натуры в целом. И ладно бы мы просто лизали друг другу задницы, а в душе знали, какое же мы дерьмо на самом деле, так нет же – мы, черт возьми, уверены, что никакое мы не дерьмо. А наше поведение – это не лицемерие, а нормы общества. Так были воспитаны наши родители, так были воспитаны мы и так воспитывают нынешнее поколение. Вы только представьте себе масштабы этого – целая, блядь, планета, жители которой живут так, как кто-то сказал, и ведут себя так, как кто-то сказал. И даже не отдают себе в этом отчета – ведь их никто и не учил отдавать себе отчет, их учили, что надо быть «хорошими» людьми. Но хороших людей нет, просто нет. Все мы порочны, и изменить это нельзя. Не подумайте, я тут не призываю вас ни к какому беспорядку, насилию и чему-то подобному, нет. Я лишь говорю, что если ты эгоистичный мудила, который клал на все – так признайся в этом. Разве это так сложно? И не просто бросайся этим признанием направо и налево, умудряясь при этом оставаться милой няшкой, которая выслушает, поможет и все в таком роде. Нет, если ты клал, так и клади, а не строй из себя того, кем не являешься, мысленно проклиная всех и их сранные просьбы. Да, тогда людям придется быть самостоятельными, одинокими и просвещенными по поводу истинного устройства вещей. Но ведь это, же лучше, чем жить в фальшивом говне и умереть, так и не вырвавшись из всего этого, но еще больше погрязши в нем. Единственно верное удовольствие в этой жизни – это быть честным, хотя быть перед собой. Ведь все мы всё равно сдохнем, и лучше я буду подыхать и знать, что ж я за мразь такая, чем до последнего внушать себе, что я ничего такой человек, являясь при этом не более жалкого отброса, что выдает себя за яркую безделушку.
Да, я плохой человек с точки зрения большинства людей. Но я честен с собой и мне этого достаточно. А на остальное класть я хотел, было бы еще что.
А у вас бывало, что от вас ждут помощи, поддержи? Я думаю, что да. И, вроде бы ты помогаешь, делаешь все, чтобы человек был доволен, но потом ты невольно начинаешь самокопание. И сидишь, долго смотришь куда-то в пустоту и видишь — никчемный ты человек. Ты всем помогаешь, а это не ценят. Ты пытаешься поддержать, а это не воспринимается. Вместо этого тебе напишут "ты не умеешь этого, не надо" или вовсе смешают тебя с грязью. Я вообще перестал понимать людей. Слушая их просьбы и проблемы, стараюсь их решить.. Есть, правда, одна загвоздка: помогая другим, ты не дождешься помощи от них же.
Надо следить и за тем, чтобы тяжесть наказания не превышала тяжести проступка и чтобы не получалось так, что за одни и те же проступки одних людей постигала кара, а другие даже не были привлечены к ответственности. Но при наказании более всего надо удерживаться от гнева; ведь человек, в состоянии гнева приступающий к наказанию, никогда не сможет соблюсти середину между чрезмерным и малым.
В моем - то состоянии я был готов разорвать этого мужчину на куски. Как можно было заставить парнишку заниматься этим? В моей голове вообще ничего не укладывалось. Я опустил голову и, упираясь ладонями в стол, тяжело дышал.
"Все, что однажды попадает в наше сердце - навсегда там и остается." - сказал кто-то однажды, с чем я полностью и согласен. Возьмем это за аксиому. Но основная мысль, которую я хочу донести, это мысль про кладбище, ведь в глубине наших сердец или душ, как Вам будет угодно, есть кладбище, где покоятся уже мертвые чувства, эмоции, и т.д. Да, мы можем час от часу вернуться к ним, прийти на могилу, вспомнить что-то, подумать о том, что ты не успел сказать тогда, когда они были еще живы, как делают это люди в реальности, навещая усопших. Но меня мучает один вопрос: что если ты перешел эту огромную грань, которая подразумевала, грубо говоря "что живо - пусть живет, что мертво - должно гнить в земле", что если ты можешь закопать заживо еще цветущее чувство? Закинуть в землю, накинуть крышкой и с хладнокровным выражением лица забивать гвозди. Ведь это же равносильно убийству, т.к. каждое чувство связано с определенным живым существом, и убить чувство равноценно убийству этого существа в себе.
Этот молодой человек, который сидел сейчас позади меня с испуганным видом – самое живое, что есть в моей жизни, и я не хочу мириться с тем, чем он занимался. Возможно, это глупо, но я чувствую себя снова молодым мальчишкой. Таким же влюбчивым и доверчивым.
Гензель осторожно подкрадывается ко мне сзади и касается плеча. Мое разгоряченное тело прошибает током, и я вздыхаю. Это прикосновение, лучше бы оно длилось вечно.
Его прикосновения спускаются к моим скулам и, поворачивая мое разгневанное лицо, он пытается меня успокоить. Это действует, пару секунд. В моей голове снова показывается видеоролик о представлении парня в постели с каким-то мужиком. Окунаясь в туже самую эмоцию, я хватаю его за горло и прижимаю к стене. Наваливаясь на него, я почти ору:
- Ты совсем дибил? Ты же мог отказаться, сбежать, уйти. Почему ты остался и продолжил делать эти грязные и омерзительные вещи? Ты просто чокнутый! – С моих губ срывались все новые и новые вопросы. Я приближался к нему все ближе и ближе. Я пожирал его глазами, я хотел его убить и в тоже время пожалеть. В какой-то момент меня замкнуло, и я жадно впился в губы молодого парня, которого только что хотел прибить на месте. Рука чуть отпустила его шею, но я продолжил жадно целовать его. Видимо меня уже больше не интересовали его объяснения. Одно я могу сказать с уверенностью: Этому сутенеру не поздоровится. А ты мальчишка теперь никуда не уйдешь и будешь под моим пристальным вниманием.
Мои губы медленно отпускают его, и не спеша открыть глаза, я облизываюсь.
- Сладкие…твои губы сладкие…возможно это кофе, а возможно и ты…я не распробовал..
Прикусывая свою губу, я теряю хватку животного и, обхватывая бедра парня своими ладонями, притягиваю плотнее к себе. Губы сливаются в жадном и страстном танго, которое не должно заканчиваться.
-все таки это его вкус…

0

68

R Campbell
Arthur Darvill

http://media.tumblr.com/tumblr_lmhu40ARw01qegdqz.gif
возраст: выбор за вами, но около 25, учитывая профессию
деятельность: интерн
родной город: ваш выбор

Я знаю, что я ничего о тебе не знаю. Абсолютно ничего. Твоя фамилия - Кэмпбелл, твоё имя начинается на букву "Р", ты работаешь интерном в ближайшей к моему дому поликлинике и знаком с моей сестрой. И своей уникальной красотой ты вдохновляешь меня, как не вдохновлял никто и никогда. Вот, собственно, и всё, что мне о тебе известно.

Ты, скорее всего, даже не помнишь о моём существовании - мы всего раз столкнулись в коридорах поликлиники, после чего ты смущённо проворчал что-то себе под нос и унёсся прочь. Зато я о тебе не забыл. Просто не смог бы. И отныне я при первой же возможности мчусь в ненавистные до этого мне стены под предлогом сдать уже тысячный по счёту анализ, только чтобы увидеть тебя и украдкой, спрятавшись за углом, сделать пару снимков. Я бережно храню их, то и дело просматривая и клянясь себе, что в следующий раз обязательно заговорю с тобой, однако всякий раз, когда вижу тебя, вся моя решительность растворяется примерно на уровне трясущихся от волнения кончиков пальцев. Мне долгое время удавалось держать моё странное увлечение в секрете, однако всё тайное рано или поздно становится явным, ведь так? Вот и Мэриан, моя младшая сестра, совсем недавно нашла заветную папку с твоими фотографиями. Казалось бы, ничто не способно сделать момент ещё более неловким, но, как говорится в одной крайне хреновой песне, всё невозможное возможно. Мэриан узнала в тебе своего давнишнего знакомого. И сказать, что эта история, скорее жутковатая, чем милая, приняла неожиданный оборот, значит не сказать ничего. 

дополнительно:
Первое и самое главное: внешность не меняема. Я даже не знаю, какую шикарную альтернативу нужно предложить, чтобы я согласился. И это ни в коем случае не высокомерие, просто история в моей голове разворачивается именно между Смитом и Дарвиллом.
Второе, но тоже безумно важное: у нас [у меня и моей сестрёнки Мэриан] подготовлено для тебя два совершенно разных направления развития сюжета. Когда ты появишься, мы втроем выберем тот вариант, что тебе больше по душе.
Ну и стандартное третье: я очень тебя жду. Очень. Приходи, будь активен, никуда не исчезай. Я не привередлив ни к размеру постов (сам пишу по 5-6к, иногда больше, иногда меньше), ни к лицу повествования, ни к частоте написания. Я требую только адекватности, грамотности и интереса к персонажу. А тебе могу предложить увлекательную игру, охотное общение и, разумеется, целые вагоны любви.

ваш пост

будеткогданапишется

0

69

присцила (пресли), фамилия на выбор
freya mavor

http://27.media.tumblr.com/tumblr_lggku4GKSz1qacxuho1_500.gif
возраст: 20-21
деятельность: поэтесса, нимфоманка
родной город: не важно

ты такая хрупкая, тоненькая, слабая.
длинные тонкие пальцы вертят карандаш, ты закусываешь его и смотришь в потолок, в самое темное небо, рисуешь в воображении облака на потолке, картинки, которых нет. ты поэтесса, и кажется, что ты даже думаешь рифмовано и абстрактно, метафорами, вырисовывая миры в мыслях. миры, в которых не побываешь никогда.
ты такая глупая, сломленная, нескладная.
о тебе заботиться надо, как о домашней зверушке, и мне иногда кажется, что ты моя большая домашняя кошка, чуть пугливая, которую я подобрала на улице и позволила выжить. без меня ты не справишься, потому что совершенно не умешь жить своей головой. ты как паразит, Пресли, тебе нужно обязательно к кому-то прикрепиться, тогда ты способна существовать. в одиночку ты умираешь. твои же мысли тебя душат изнутри веревками вокруг тонкой шеи.
мне так жалко тебя, но я не имею права подать виду. я сильная. ты слабая. в этом вся суть. покажи я хоть каплю слабины, ты перестанешь меня обожествлять, я перестану быть твоим кумиром. а тебе кумир необходим.
у тебя нет ничего: ни денег, ни жизненной цели, ни стержня внутри. я понятия не имею, кто ты и откуда, как будто с другой планеты, как будто тебя выплюнула мне прямо в лицо чужая галактика. ты ребенок, маленький ребенок. и красивая женщина, которая не брезгует вниманием мужчин. а их у тебя немало, этих приходящих любовников. ты нимфоманка, сексом компенсируешь все свои неудобства по жизни, а очередной оргазм для тебя, как глоток холодной воды знойным днем.
ты совершенно ненормальная. бесишь меня, заставляешь орать на тебя, а потом стыдиться за свою горячность и гладить тебя по волосам, утешая. и ты будешь льнуть ко мне, как ищущий грудь матери младенец. потому что в этом вся ты. тебе не нужен пряник, он ничему тебя не учит. от меня ты получишь только кнут.

Черт возьми, Пресли, зачем ты это делаешь? Мне уже давно наплевать, кто в твоей постели, под кем ты стонешь и сколько раз за ночь вы кончаете одновременно, а сколько только он один, доводя тебя до оргазма иными способами. И мне плевать, как громко ты кричишь, стены такие тонкие, что я даже слышу иногда, а каком темпе ты дышишь, иногда плачешь, когда он докуривает уже на улице, уходя к кому-то еще. Пресли, мне плевать, что ты делаешь со своей жизнью, мне бы в своей разобраться. Мы переспали единожды, и не пойму, почему ты вбила себе в голову, что мне на тебя не наплевать. Ты такая же шлюха, как и я. Вот только я получаю за это неплохие деньги, а ты просто отдаешься каким-то ублюдкам, оправдывая свою нимфоманию громкими словами о любви. Определись же уже, Пресли, ты любишь Чарли, Джона или Марвина, а может, просто секс с каждым из них? Кажется, ты и меня любишь, до сих пор смотрю на тебя и слышу стон у самого уха и горячее, как адово пламя, дыхание. Мы были такие пьяные, Прес, такие пьяные...

моя соседка по квартире, единственная подруга и головная боль, девочка, которая без меня не выживет, задохнется горьким дымом бытности и сойдет с ума от шума голосов вокруг. я берегу ее, пытаюсь заставить выползти из кокона на свет, тащу за собой по жизни, куда бы меня ни заносило. а она верит мне, она любит меня, как любят мать, слепо, что бы ни происходило с нами.
однажды мы переспали. всего раз. и больше не говорили об этом никогда.
моя девочка, ты будешь счастлива, я тебе обещаю. я сделаю все, чтобы ты обрела комфорт в этих диких джунглях и выжила.

дополнительно:
что я могу сказать. не берите ее, если не уверены, что сможете отыграть эту мисс меланхолию, истерию и балладу в стихах. смена внешности возможна, но в том случае, если вы убедите меня, что кто-то подходит на роль этой леди лучше. не требую активности и скоростных постов, но хочу видеть качество, уровень, не говоря уже о правилах русского языка, которыми пренебрегать не стоит.
я люблю Пресли, ее образ - нечто призрачное, депрессивное и такое легкое в то же время, что грань между хорошо и плохо не различима. биография на вашей совести, но она должна полностью отражать то, почему эта сумасшедшая стала таковой, откуда в ней весь этот пафос и немощность. полюбите ее так же, как я, тогда я буду уверена, что девочка попала в хорошие руки. будьте готовы, что я потребую пост от лица Пресли, когда вы придете. жду же тебя, моя призрачная истерика.

ваш пост

с любой ролевой

0

70

Joshua Hunters (например)
Jamie Dornan (например)

https://45.media.tumblr.com/26819b5d94f11cd3597123d84ab61c07/tumblr_nkptkvNi9z1s4bx7jo2_r1_500.gif
возраст: 25-28
деятельность: на ваш выбор
родной город: на ваш выбор

Джошуа встретил Эрлинга в один из самых неприятных периодов его жизни: второй проходил реабилитацию в больнице О-Клэра после того, как всадил себе в шею осколок стекла, не сумев справиться с наплывом эмоций от того, что ему отказывают (звучит, конечно же, так себе). Впрочем, в зависимости от рода деятельности Джошуа это можно слегка сдвинуть вперед.
Джошуа, если выбирать одно слово для того, чтобы его характеризовать – теплый. Он хорошо слушает, и, главное, слышит, вскрывая под словами то, что на самом деле хочет до него донести человек. Он кажется мягким и практически бесхребетным при первом взгляде, но на деле, если копнуть глубже, оказывается если не кремнем, то чем-то близким к этому – и именно этот контраст Эрлингу непонятен и кажется невероятно волнующим. Джошуа умен и очень хорошо разбирается в сфере своей деятельности, в то же время предпочитая эту часть своей личности держать под покровом тайны, не раскрываясь каждому человеку, что встречается в его жизни. Он, в принципе, что-то вроде темной лошадки, хорошо подмечающей особенности людей вокруг себя и внимательно слушающей чужие секреты.
Ему хочется узнать Эрлинга ближе – тот же, привыкший общаться с людьми посредством взаимной похоти, не удивлен этим, поддаваясь твердому «нет» от мужчины, а со временем начинает переживать, что ему совершенно нечего показать Джошуа. Твердая позиция Джошуа против его возрастной эмоциональности, изначально теплое и заботливое отношение первого к людям против совершенно наплевательского второго, выбор в пользу общения у старшего и в пользу тактильных контактов у младшего – все это со временем начинает давить на Эрлинга, заставляя погружаться вглубь себя и начать заниматься самобичеванием.
Джошуа вряд ли хочется и нравится учить кого-то жить, и потому он не занимается этим с Эрлингом, воспринимая его цельным, уже сформировавшимся человеком и помогая ему принять свои поступки.
Взбудораженный и чувствующий себя незащищенным Эрлинг вполне сознательно отталкивает Джошуа первое время, не принимая его знаки внимания – и, в принципе, его можно понять, учитывая достаточно сложную историю его редко близких отношений с людьми. Джошуа понимает это и принимает в себе, узнавая для себя совершенно разного Эрлинга, и с неким подобием благодарности принимая то, что перед ним юноша раскрывается совершенно по-другому, нежели перед кем-либо другим.
Возможно, Джошуа был женат, возможно, у него были длительные отношения - в принципе, это не так важно, потому что он предпочитает сам о них не распространяться, а Эрлингу то ли действительно не интересно, то ли он продолжает подстраиваться под свою обычную модель поведения, впрочем, постепенно вываливая мужчине всю подноготную своих отношений, в которой кроется многое для того, чтобы объяснить его поведение по жизни.
Они в первый раз целуются, когда этого хочет Джошуа, и даже когда через пару месяцев он говорит что-то вроде «тебе позволено целовать в ответ, дурачок», он все равно замечает, что Эрлинг иногда ждет от него разрешения.

дополнительно:
на самом деле, в этой истории можно поменять вообще все, оставив единственный очень важный аспект: это должны быть теплые отношения, без обилия страданий с обеих сторон (но так как мы тут все любители пострадать по поводу и без, я, конечно же, не исключаю присутствия этого вообще).
я достаточно быстро пишу, если у меня нет сильных загрузов в жизни или если я не ловлю макконахи (что в принципе постоянно, но я умею с этим справляться), я готов к любым обсуждениям конкретной этой или любой другой истории, что вы хотите мне предложить; я считаю себя грамотным и иногда смешным, и я совершенно не владею фотошопом, но зато я очень хорошо обращаюсь со словами. в общем, приходите, и у меня есть скайп, потому что я наконец-то освоил эти ваши молодежные штучки для общения.

ваш пост

- Чем ты был занят? – как можно более буднично спрашивает Лиам, разливая чай в чашки; в его доме редко водилось что-то, кроме еды, которую можно было разогреть в микроволновке и огромного количества чая и кофе, и потому ему особо нравился культ еды Дейла: то, как он выбирал продукты и блюда, то как он их подавал и сервировал стол, все это вызывало у него искреннее восхищение. – Мне жаль, что мне нечего тебе предложить, кроме этого, и я не уверен, что ты будешь рад засохшему печенью или лазанье из микроволновки, и мне кажется, что тебе бы не очень хотелось заказывать еду на дом, но если ты хочешь есть, я что-нибудь придумаю, - Лиам тараторит, как и всегда, когда он волновался, и сейчас его волнение было более чем оправдано, но Дейл мягко улыбается, поднимая руку.
- Все в порядке, Лиам, - он говорит это так уверенно, что Лиам, и вправду, успокаивается. – Я совершенно не голоден, и, возможно, мне бы стоило озаботиться и принести тебе еды, учитывая, что завален работой из нас исключительно ты, - на этих словах Лиам садится напротив Дейла, дуя в кружку с чаем. Он был невероятно взволнован, впуская скульптора в свой дом, и то, как на безымянном пальце правой руке блестело кольцо, что подарил ему Дейл, заставляло его одновременно нервничать и смотреть на мастера совершенно другим взглядом. – Я путешествовал, если быть честным, чтобы найти вдохновение для новых работ, - он говорит это, отпивая чая, и Лиам кивает, складывая одну ногу на стул, а вторую устраивая на первой. – Если ты желаешь, я могу тебе показать несколько, - Лиам кивает еще усерднее, пытаясь одновременно не подавиться чаем. Пока Дейл уходит в прихожую, видимо, чтобы забрать свои эскизы с какого-то из столиков, что там стоят, Лиам размышляет на тему того, что это уже давно перестало быть просто встречами для статьи, и подарок Дейла – очередное тому доказательство. Ему страшно захотелось подойти к ближайшему зеркалу и рассмотреть то, что в нем увидел Дейл, когда решил, что Лиам достоин его общества, что-то такое, что привлекло его, потому что сам он в упор не мог этого в себе заметить. Конечно, он был неплох и видом, и профессией, и умом, но Лиам никогда и мечтать не смел, чтобы мужчина вроде Дейла Вернена обратил на него внимание и обращался с ним так обходительно и вежливо, как это делал мастер. В мыслях об этом проходит какое-то время, и скульптор возвращается на кухню, подходя к Лиаму и выкладывая бумаги на стол – они снова в критической близости, и у Лиама перехватывает дыхание. – Смотри, - тихо говорит мастер, и Лиам, отпивая еще чая и отставляя кружку, внимательно оглядывает бумаги. На всех изображен мужчина, и, вглядываясь в его лицо, он, внезапно, видит себя – его нос, улыбка с чуть кривым прикусом, даже маленькая точка в левой носогубной складке, его родинка, и, улыбаясь, Лиам запускает левую руку в волосы.
- Мне следует воспринимать как комплимент то, что эта скульптура похожа на меня? – он спрашивает это с улыбкой, поворачивая голову к скульптору, и тот хмурится, вглядываясь в собственные штрихи. – Это была шутка, Дейл, но, тем не менее, мне очень нравится, - добавляет он, глядя на то, как скульптор скользит взглядом по бумаге. – Ты гениален, и я не могу перестать восхищаться этим, - добавляет он чуть тише, снова уставляясь на бумаги. Дейл опускается слишком низко, почти касаясь его плеча, и, чувствуя себя несколько неуютно, Лиам вздрагивает, отодвигаясь; совершенно не потому, что ему не хотелось физического контакта с Дейлом, скорее наоборот, и, понимая, что ему будет сложно себя контролировать, он интуитивно пытается сделать так, чтобы ему самому было комфортнее. Мастер, посмотрев на эскизы еще какое-то время, хмыкает и собирает их в стопку, что оставляет на столе, и, усаживаясь напротив Лиама, отпивает чая.
Они беседуют какое-то время на отвлеченные темы, и Вернен рассказывает об Италии – Лиам слушает с упоением, но, через какое-то время понимая, что ему действительно нужно работать, он вынужден прервать эту беседу. Он оставляет Дейла осматривать его квартиру, в которой, впрочем, не было ничего примечательного, он усаживается обратно за компьютер, чтобы просмотреть несколько макетов на выпуск, что будет через месяц. Дейл ходит недолго, что логично, ведь квартира Лиама по сравнению с его особняком не крохотная, но маленькая, хотя, сравнивая ее с размерами стандартных квартир, она казалась Лиаму огромной.
- Что-нибудь приглянулось? – спрашивает Лиам, не отрываясь от экрана и отпивая еще кофе. Он сидит, сложив ноги в позе лотоса и, понимая, что Дейл заходит в комнату, ощущает нужду прерваться. Потянувшись за пепельницей и пачкой сигарет, он быстро закуривает, упираясь локтем в стол. Скульптор выглядит заинтересованным, и, забирая кресло, что стоит рядом с его кроватью, садится рядом с Лиамом, с усмешкой наблюдая за тем, как тот выпускает дым.
- Мне понравилось решительно все, - говорит мастер, чуть откидываясь на спинке стула. Лиам затягивается, выпуская дым вверх, и, скидывая пепел, вопросительно смотрит на скульптора. - Впрочем, чем расписывать все мелочи, которые тебя характеризуют, я лучше поинтересуюсь, есть ли на твоем компьютере макет выпуска обо мне, - произносит Дейл, и Лиам смеется, кивая.
- Конечно, - отвечает он, кидая быстрый взгляд на экран. - Но ты же все равно его увидишь, или тебе очень хочется непосредственно принять участие? Судя по тому, сколько комментариев ты оставил в моих записях, тебе нравится все контролировать, - Лиам говорит это лукаво, чуть опуская голову и улыбаясь, и Дейл поднимает руки.
- Поймал с поличным, - он улыбается, и Лиам смеется от того, насколько по-хорошему смешным и, можно сказать, озорным, Дейл иногда становится рядом с ним, и, хотелось бы приписать это в свои заслуги, что, пожалуй, он и делает. Тишина чуть затягивается, и, вздыхая, Лиам поворачивается к экрану.
- Я покажу один разворот, - решительно говорит он, и то, как глаза Вернена загораются в этот момент, заставляет его улыбнуться шире; самовлюбленность мастера нравилась ему так же сильно, как и все остальное в нем. Лиам открывает обещанный разворот - на нем одна из тех фотографий, что он сделал в студии и темно-коричневый текст с золотистым заголовком. Дейл тут сосредоточен, натягивает перчатку на руку, и Лиам невероятно нравится этот кадр, как, впрочем, и любой другой, на котором есть мастер. - Этот я оформлял самостоятельно, - добавляет он, и, наблюдая за тем, как внимательно скульптор смотрит в экран, он затягивается еще раз, выпуская дым в компьютер; тот сталкивается с поверхностью, и, обволакивая ее, поднимается вверх.
- У тебя отличный вкус, - голос Дейла хриплый, глубокий, и Лиам словно расплывается в этой интонации так же сильно, как и от любого другого комплимента, который делал ему мастер. - Точно не покажешь еще? - спрашивает он, и Лиам качает головой, быть может, и покажет, но позже, когда это будет уже готово. - Мне нравится то, как ты верен своим словам, - от этого Лиам смеется, закидывая голову, и, хотелось бы ему списать это на случайность, но все же выпускает дым в обнаженную шею Дейла прямо перед собой.
То, что Дейл попал в его квартиру было вполне логичным – в конце концов, в его доме Лиам осмотрел уже каждый уголок, и, в конце концов, в отношениях всегда происходит так, что люди открываются друг другу по очереди, постепенно. Вздрагивая от того, что он назвал то, что происходит между ними с Дейлом «отношениями», он хочет отделаться от этого ощущения, но то, как он себя чувствует рядом с ним, вызывало желание называть это именно так. Дейл Вернен с каждой встречей с ним казался все менее недосягаемым, и Лиаму нравилось это все больше; в его планы совершенно не входило находить с ним настолько близкий и интимный контакт, но это был чертовски рад тому, что все складывалось именно так.
Лиам открывает свои записи впервые за все это время: разлука с Дейлом выбила из него все желание смотреть в них, и, листая, он обнаруживает пометки на полях. Ему бы хотелось возмутиться от того, что Дейл в принципе полез в его записи, но, смотря на них, он чувствует лишь какое-то благоговение – почерк мастера был таким же идеальным и изящным, как и его творения. Вот тут он исправил одно слово на действительно более подходящее, а вот тут перечеркнул целый абзац, подписав, что он не вписывается в общую концепцию статьи, и, чуть пораздумав, Лиам решил, что он согласен.
«Дейл смотрит на меня с мягкой снисходительностью, впрочем, я его не виню – он один из тех гениев своего времени, который останется в истории, а я достоин лишь того, чтобы писать о нем» - перечитывая это предложение, Лиам видит маленькую заметку на полях. «Снисходительность? Это очень вряд ли, Лиам» - от этого Лиам улыбается себе под нос, и, натыкаясь взглядом на кольцо, что красовалось на его пальце, бережно проводит по нему пальцами свободной руки.
После того вечера разговоров было еще больше – фото того, как Дейл выходит из его подъезда напечатали почти во всех журналах, косвенно связанных с искусством, во многих, специализирующихся на сплетнях, и Лиаму было тяжело находиться в редакции первые несколько дней. Начиная очередную планерку, Лиам глубоко вдыхает – ему бы следовало уже дать какой-то комментарий, но единственное, что он может сказать, звучит достаточно грубо. Оглядывая журналистов, собравшихся на это мероприятие, он кидает взгляд в собственные записи, снова натыкаясь взглядом на кольцо, и сейчас он, похоже, решился.
- Всем здравствуйте и первое, что я хочу сказать – мое общение с Дейлом Верненом не имеет никакого к вам отношения, и если я увижу, что обсуждение этого будет мешать вашей работе в этой редакции, я отстраню вас на какое-то время. Это мое личное дело и моя личная жизнь, и если вы внезапно увидите его в редакции, не стоит подлетать с идиотскими вопросами. Все уяснили? – он снова обводит взглядом своих подчиненных, и ему все же не нравилось быть грубым, но то, что Дейл появился в его жизни так внезапно, выбивало его из колеи, и ему совершенно не хотелось, чтобы его подчиненные сбивались так же, как и он. – Итак, поехали дальше, - спокойно говорит Лиам, переходя к теме собрания, и, когда он с него выходит, он понимает, что, наверное, это все же было правильным решением. Проходя в свой кабинет, он слышит лишь обсуждение тех заданий, что он дал, и это успокаивает его.
Дейл Вернен так быстро пробрался во все сферы его жизни, заполнив их полностью собой, что Лиаму даже становилось страшно от того, как он умудрился сделать это с такой легкостью и изяществом.

0

71

Jeremy Pierce
Steven R McQueen

http://s6.uploads.ru/t/n4NOt.gifhttp://s6.uploads.ru/t/JZIEu.gif

возраст: 20
деятельность: Хорошо бы, если студент
родной город: О-Клэр

Ты нужен мне срочно! СРОЧНО!

Дорогой и любимый младший брат. Мне было 15, тебе 8, когда мы потеряли отца. Ты тем более тяжело это перенес, быть может, в силу своего возраста, быть может, ты был действительно больше привязан к отцу, нежели я. Да еще и мама потеряла ребенка, впала в глубокую депрессию, так что волей–неволей, я чувствовал на себе ответственность за вас. И это в 15 то лет.
С тех пор я старался заменить тебе отца. Но, ясное дело, разница в 7 лет – это не 20 лет, так что ты слушал меня не всегда и не во всем. Чем дальше – тем сложнее: переходный возраст, плохая компания.
Мы с тобой никогда не враждовали. Как-то хватало ума не ссориться и поддерживать друг-друга. Вот такой вот парадокс.
Несмотря на наши теплые отношения, я мало понимаю, что порой творится  у тебя в душе. Зато частенько вижу тебя в пьяном немычачем состоянии, везу к себе и выхаживаю. И все это, чтобы «мама не узнала». Я не могу тебя понять, Джер. К чему это все приведет?

Нэй нэй

http://s2.uploads.ru/t/dbZJ4.gif
http://s7.uploads.ru/t/sCZyQ.gif

дополнительно:
Иногда тебе даже смешно, как я о тебе забочусь.
Ты сидел на подоконнике, поджав ноги, и нервно затягивал вторую сигарету, выпуская из легких дым причудливыми колечками. Тебя немного лихорадит, и это нормально.
Глубоко вздохнув, я накрыл тебя пледом. Мне не хотелось в очередной раз читать тебе нотации, но я не могу иначе. Куда ты катишься, Джер? Где ты был этой ночью? Почему я вытаскиваю тебя, черт знает во сколько, из какого-то задрипаного клуба, находящегося у черта на куличиках? Эй, парень, я ведь и в наркотиках разбираюсь. И вчера ты определенно был обдолбан.
Я протягиваю тебе кружку с крепким кофе.
- Спасибо, мамочка, - усмехаешься ты, изо всех сил скрывая недомогание. Будь я сестрой, непременно начал бы тебя обнимать и сюсюкать.
Пропускаю мимо ушей комментарий и, нахмурив брови, пристально смотрю в окно.
- Не за что.

Куда ты вляпался, решать тебе. Быть может, это приведет к серьезным проблемам, а может, когда ты устанешь блевать с перепоя в унитаз, все закончится, и ты все-таки возьмешься за ум.

И да. Я, конечно, не настаиваю, но мне бы очень хотелось бы видеть тебя гетеросексуальным.

Не намек ни разу, нееее

http://s6.uploads.ru/t/VtYur.gif

ваш пост

с любой ролевой

0

72

jessie unknown
ezra miller

https://49.media.tumblr.com/53e77d62d6de6d50fde6cbcd3d2c5f4c/tumblr_nn7q7nNJnW1r51r3ro7_400.gif https://45.media.tumblr.com/f104023000845ad6b49f9c885d034c50/tumblr_nn7q7nNJnW1r51r3ro2_400.gif
возраст: 22-25 y.o.
деятельность:  духовный сын организации "путь спасения".
родной город: о-клэр или окрестные.

emily wells – becomes the color
В первый раз Джесси пытается убить себя в шестнадцать; его девушка предпочла симпатичного футболиста, и это, в общем-то, обычная история и явно не стоит таких нервов. Джесси приходит домой расстроенный, от него сильно пахнет марихуаной; он запутается, когда будет рассказывать, достал ли сначала веревку, задумался ли о том, что делает, хоть на мгновение, вспомнил ли, что стало отправной точкой. Балка накренится, веревка оборвется - вмешается случай, и Джесси рухнет кулем на землю, так и не осуществив задуманное.
Во второй раз это происходит еще более спонтанно: Джесси закрывается в ванной во время веселой студенческой вечеринки и вспарывает себе вены - больше позерства ради, чем из желания навредить себе. Он опустошен тотальным контролем со стороны семьи, раздавлен насмешками друзей, унижен отказом очередной девицы - по крайней мере, так он сам будет рассказывать своему лечащему врачу.
В "Путь спасения" он попадает, когда знакомится с кем-то из пациентов своего доктора - очень неудачным решением были ее групповые занятия, которые в конечном счете вылились в то, что парень ушел с головой в деятельность полулегальной организации, которая под видом реабилитационной группы благословляет своих дочерей и сынов на уход из жизни. Через год Джесси замечает, что больше половины тех, кто ходил сюда вместе с ним в самом начале, уже больше никогда не появляются - сам же он в душе лелеет свой шанс заполучить идеальную смерть и прославиться на всю Америку; а пока - Джесси становится "духовным сыном", входит в высшие слои организации, и вместе с другими себе подобными проповедует скорейшее освобождение от всего мирского.
Когда с ним связывается один из адептов британского филиала, Джесси даже не верит, что это происходит на самом деле; слишком влиятельный человек дает ему ответственное поручение, и Джесси начинает выполнять новую миссию.
Только он не учитывает, каким боком ему все это может выйти.

дополнительно:
Джесси - человек, который пересылает/доставляет/подбрасывает Верджилу Бэкону письма его умершего любовника, Ирвинга. Возлюбленный покончил с собой не без усилий прекрасной организации "Путь спасения". Сам Джесси с ним не был знаком, зато теперь он связан с неким мистером Х из Великобритании, который велел ему превратить жизнь мистера Бэкона в ад.
Остальное сообщу лично, пишите!
От вас - посты среднего размера и средней скорости, я универсален во всем, что касается стиля/прописных букв/етс. Учитывая, что все мы тут не в своем уме, как говорил Чеширский кот, игра для персонажа найдется, от меня занимательный сюжет и вовлеченность гарантированы. По мере сил буду помогать с графикой. Имя, внешность, некоторые другие детали обговариваемы. Приходите, очень вас жду.

заявка с большой, так что пост будет с маленькой

серый костюм, нотки стали в голосе, взгляд не на аудиторию, а внутрь себя – все это верджилу очень идет. он встает за кафедру, потирает руки, чтобы слегка разогнать кровь и очень быстро, едва заметно даже для себя, смотрит на задние ряды – там мирно посапывает какая-то бритоголовая девушка, и бэкону, в принципе, все равно, что она тут забыла и с его ли она курса.
верджил недоволен тем, что (кого) он там (не) находит и закрывает глаза на секунду, чтобы досчитать до трех и начать занятие.
работа преподавателем никогда не была пределом его мечтаний – он больше слушатель, чем рассказчик, чаще думает о себе, чем об аудитории напротив; если бы он хотел, то мог бы говорить громче, четче, выделять нужные слова интонациями и завоевывать зал, но ему плевать. подобно многим, он отчитывает курс монотонно, перелистывает слайды с занудным равновесием.
он читает так, чтобы было слышно только на первых рядах. специально, чтобы не мешать безмятежному сну лысой студентки.
но все понимают, что он просто не заинтересован в этой деятельности больше.
да и не в какой другой, если говорить начистоту.
ирвинг кэндл иногда приходил на его лекции в англии. это были совершенно другие занятия, целый иной мир, выведенный из равновесия. бэкон блистал, когда хотел – для ирвинга он всегда был таким, другого тот просто не видел. верджил же знал о себе больше, чем о ком-либо и просто не хотел распыляться на остальных. большую часть жизнь он провел чуть скучающе – мир быстро надоедал, точнее, надоедали люди, их глупость непроходимая, неумение признавать и учитывать свои ошибки, и еще много таких мелочей, в которых заключается человеческая природа и которые он, верджил бэкон, феерически и непринужденно умел обходить.
только ирвингу он мог простить все – слишком много он в него сложил, да и парень быстро схватывал. ирвинг был почти личным совершенством, скульптурным изделием, которое год за годом обтачивал острый ум верджила бэкона.
ирвинг был больше, чем верджил мог мечтать в свои двадцать, двадцать два, двадцать пять, пока не встретил его. верджил вряд ли когда-нибудь признает это вслух, но именно ему в свое время повезло с ирвингом, а не наоборот.
и когда сейчас он пытается найти (находит) его в совершенно ином человеке, то вновь воспринимает себя как счастливый билет, вытянутый хамоватым смазливым студентиком.
только парта на последнем ряду пуста, и это бесит до дрожи в руках.
-
верджил не думает, что это слишком глупо, у него вообще все ценностные ориентиры сбиты, и он любуется на фотографию блондина (стараясь не задерживать в памяти образ его мертвого лица) в пустой аудитории, а после прячет в портмоне затертый снимок – один из десятка похожих. болит чуть меньше, ощущается не так остро – щепки дотлевают, верджил почти не думает о том, кто ухаживает за могилой, и стоят ли там еще любимые цветы.
привычная модель поведения – я, только я и ничего кроме – восстанавливается после кратковременного сбоя; гайки закручиваются, иногда чуть сильнее сдавливая в районе солнечного сплетения, но уже совсем не так, как осенью. теперь, когда история с письмами – так и не разгаданная, но имеющая конец – осталась в прошлом, пришло время встряхнуть себя.
бэкон знает того, кто может выдать нужный заряд.
-
со спины, вне зоны доступа самодовольной физиономии, шепард выглядит совсем ребенком.
это совсем –
совсем не замена.
тут всё иначе.
верджил не задумывается о том, что с другим человеком все должно быть по-другому; ему в его мире хорошо и так. и те два раза было хорошо, даже очень. ощущения новизны не хватало ему больше, чем он мог предположить; стабильность, давно ставшая для бэкона единственно верной тропой, внезапно оборвалась над пропастью – америка, ирвинг, теперь он.
может, шанс возвыситься есть только после падения на дно.
– мистер шепард.
от интонации бэкона по металлу пошла бы коррозия; он останавливается на углу, держа в руках толстую папку с документами. верджил совсем не собирался выбирать этот путь для того, чтобы попасть в департамент, но тут впору поверить в судьбу. или в то, что илай шепард намеренно выбрал наименее вероятный вариант их столкновения, а бэкон оказался чуть зол и пропустил нужный поворот.
– человек всего лишь пастух бытия, мистер шепард, а не господин всего сущего. безусловно, можно полемизировать с герром хайдеггером и его пониманием человеческой свободы, но, насколько я помню, никто, как минимум, не освобождал вас от посещения моего курса.
бэкон приподнимает бровь и на секунду оказывается почти беззаботным и почти молодым. впрочем, темно-фиолетовые мешки под глазами враз стирают и эту иллюзию; он уже начал седеть, немного и неощутимо для окружающих, но ирвинг бы, например, точно заметил серебряные нити – как замечает их и сам верджил.
но рядом с шепардом бэкону вновь двадцать шесть.
и это тоже, кстати, чертовски хорошее ощущение.
верджил готов обрушить на него всю свою ярость, устроить сцену в коридоре. в других обстоятельствах он бы себя так не вел, но он неотрывно смотрит в глаза илаю, ожидая увидеть взгляд совершенно другого человека. спросить у того, почему он так поступил, но ирвинг не приходит даже во сне. он решил никогда не возвращаться. бэкон готов наорать на него за это, и ему услужливо предоставлен шепард.
впрочем, быть невозмутимым в данных обстоятельствах еще лучше.
как и в случае с кэндлом, с шепардом верджил не может отделить зерна от плевел и точно оценить его психологическое состояние; но сейчас ему, наконец, удалось застичь парня врасплох, и он намерен извлечь максимальную пользу из этой ситуации. в конце концов, этот зуд между ребрами не является признаком чего-то хорошего. верджил хочет прояснить это – здесь и сейчас;
глаза шепарда же стирают установленный курс с радара.

0

73

а мне ни один не радостен звон, кроме звона твоего любимого имени.
tom hiddleston

http://i.imgur.com/GDH8424.gif http://i.imgur.com/VCzpx06.gif
возраст: 30-35
деятельность:  врач в местной больнице, профиль на выбор
родной город: на ваш выбор

мой перманентный закат выедает душу чернильными оттенками. здесь ни единого звука: будто бы всё трепещет пред ликом ночи и не смеет напоминать о себе нечаянно оброненной нотой волнения. здесь ни единого просвета: силуэты давно уплыли во мрак, словно какой-то нерадивый художник выплеснул банку с черной угольной краской набегу. и посреди зловещего хаоса, этой черной-пречерной комнаты, а может и всего мира, нахожусь я.
ты был в той темноте. указал мне дорогу, бережно подхватив за руку. вложил в глаза звезды, вырезал отверстие в груди и заключил там вместо сердца молодую луну. ты был для меня магической силой, не выявляющей себя из всепоглощающей тьмы. и чтобы до тебя дотянуться, я должна была принести себя в жертву. звезды были отданы мною и зацеплены на крючок прямиком над головой, да не просто так, а замысловатыми цепочками, которые называют созвездиями. теперь у неба есть жемчужины. луна была вырвана из груди и отправлена мною в далекое плавание по небосводу. теперь у мира есть мягкий белый свет. ты был в той темноте. и так я осталась в мраке вместе с тобой.
ты - огонь моих бессонных ночей и первая причина, по которой я все еще жива. дорогой, ты, откровенно говоря, спас мне жизнь. вызволил из большой беды, излечил от горя. сейчас помогаешь справиться с пагубной зависимостью - морфием. да, моя смертельная привычка длится уже около двух лет, но благодаря тебе я должна была пройти курс реабилитации. должна была. кто же знал, что мой отец умрет за несколько дней до начала лечения. а дальше - полнейший срыв, похороны, семейная драма. позже - новый год и жизнь с чистого листа. я не сдержала обещание в прошлом, но постараюсь не сломаться в будущем. вместе мы справимся, верно?  хочу сказать, что мой папа знал о тебе не так уж и много, но и этого ему хватало, чтобы быть уверенным: его дочь в надежных руках. знаешь, пронести сакральную связь между нами сквозь тернии к тем самым звездам - все, о чем я только могла мечтать.

дополнительно: нескладная заявка, в которой нет половины того, что я бы хотела сказать, но и это мы переживем. не думайте, не бойтесь, просто приходите. если, конечно, хотите плыть на корабле жизни вместе с такой грешной и разбитой делайлой нокс, коей являюсь я. этот персонаж - спасательный круг для делайлы и, грубо говоря, для всей ее семьи. квалифицированный врач, довольно недурно зарабатывающий. он может быть откуда угодно, и история у него тоже может быть любая. здесь абсолютная свобода выбора. если же такая "вседозволенность" смущает и хочется конкретики, то мы вместе с вами что-нибудь придумаем. единственное что, внешность сгодится только мною заказанная. с меня крупные планы на игру, поддержу любую идею, потому что делайле, по сути, уже нечего терять. и нет, она не предательница и не передаст своего возлюбленного прямиком в руки филистимлянам, как это сделала делайла из мифологии. она будет безмерно любить и обожать, холить и лелеять. до гробовой доски. я за нее ручаюсь.

ваш пост

Lara Fabian – Papa, can you hear me?

меня больше не существует. остались только воспаленные глаза, искусанные губы, прожженные легкие и исколотые вены. сегодня ночью то, что я называла своей жизнью, издало последний всхлип, отдало заключительный стук сердечной мышцы и истратило дыхание.

сегодня ночью скончался мой отец.

а вы когда-нибудь теряли своих родителей? засыпали ли дубовые гробы алыми лепестками и заключали в их последнее пристанище, где стены, пол и потолок - сырая земля, кишащая паразитами?

отныне у меня нет ни матери, ни отца. мама ушла от нас почти десять лет назад: уехала, возжелав сменить объятья мужа, смех родных детей и уютные потрескивания дров в камине на вульгарное поведение новых друзей, привлекательные огни ночных баров и атмосферу из табачного дыма и стойкого запаха пролитого алкоголя. мама, мы действительно заслужили такое предательство?.. я мысленно ее похоронила. оборвала контакты, срезала ее фигуру на всех семейных фотографиях, попросту постаралась стереть о ней жалкие воспоминания. так я выражала свою злость - тихо, категорично, уверенно. в нашей жизни теперь нет ни единого упоминания об этой женщине. она осталась обманчивым оазисом в душной пустыне, шуткой разума, галлюцинацией в темноте.

по крайней мере, так я думала до некоторых событий. за день до своей кончины, отец в наркотическом бреду протягивал в темноту исхудалые руки, которые даже руками назвать было крайне сложно. остались только хрупкие кости, туго обтянутые кожей, на которых замечательно просвечивались бледно-синие линии вен. его ладони тряслись особенно сильно, а пальцы перебирали и шевелили воздух, будто в этой тяжелой пустоте присутствует кто-то еще. я наблюдала это, стоя у спаленного окна. не решалась приблизиться, но старалась вглядеться вглубь комнаты и заметить сущность, манящую моего дорогого родителя. тщетно. мне оставалось только еще крепче вцепиться в подоконник и прикусить нижнюю губу - попытка сдержать очередную вспышку истерики. позже до меня донеслось еле различимое «мэри», сорвавшееся с уст отца. я упала на колени перед кроватью, ловя гаснущий огонь в отцовских глазах. его губы сложились в кривой улыбке, затем приоткрылись, чтобы дать легким возможность с шипением заглотить порцию воздуха. а через секунду-другую папа повторил имя моей матери еще раз: - мэри... мэри... она здесь.

да, она осталась галлюцинацией в темноте, нарисованной сознанием отца, уходящего в мир иной. нет, папа, приди в себя, этой предательницы здесь нет и быть не может. она не достойна находиться около тебя, ни в коем случае. но ты никогда этого не понимал. похоже, даже когда твое сердце будет "выстрадывать" тридцать ударов в минуту, ты все равно продолжишь отчаянно замаливать грехи мэри.

сегодня ночью тело моего отца потеряло 21 грамм. душа взвилась над съеденным болезнью телом, дружелюбно отворила дверь яростному хаосу и повисла в углу комнаты - заняла самый удобный угол обзора. так она наблюдала за начавшимся безумием. я сдавила руками плечи и шею авеля и дала волю чувствам. сделала то, чего предпочитала всегда остерегаться - обнажила собственную душу. сквозь слезы все же выговорила простую, горькую и отравляющую истину: - мы теперь сироты.

я мертва: теоретически, практически, фактически. но во мне все еще бунтует маленькая заплаканная девочка, которая никогда не ожидала почувствовать острое лезвие ножа предательства, пронзившее и без того кровоточащее сердце насквозь. теперь же разбитая и потерянная делайла нокс с новыми силами выбивает мои ребра, желая открыть рекам соленых слез путь. я унимаю ее новой порцией морфия - дрожащей рукой попадаю в вену со второго раза. дурман схватывает все человеческое, что во мне осталось, прямиком за горло и душит добрые несколько часов, пока действие лекарства не перестает сходить на нет. лицо прежней делайлы нокс внутри меня будто бы застывает и начинает отдавать мертвенно-бледным цветом, в то время как я неосторожным взмахом руки разбиваю вазу, подаренную моим отцом моей же матери. я хранила ее только потому, что отец в свое время потратил последние деньги, чтобы угодить мэри и сделать ей такой изысканный подарок. но под морфием ты не различаешь, что ты собираешься разбить - вазу, пепельницу или полную бутылку вина. для меня все выглядит одинаково безобразно, нелепо и раздражающе.

авель поддерживает меня за талию и напористо что-то шепчет мне на ухо. в его словах я различаю только свое имя и воспринимаю это как знак того, что пора приходить в себя. люди заходят в наш дом и занимают места рядом с гробом, где покоится непосредственный хозяин этих стен. а на втором этаже брат унимает сестру, трясет ее, бьет по лицу и умывает холодной водой. - дели, приди в себя!

___

наш больной спектакль подходит к концу, потерпите, осталось совсем немного.
моя мука официально погребена под толщей земли. вы же не верите, что время лечит? лечит только смерть. ее жилистые руки и рваные когти исцеляют все, от пораженных органов до избитой и искривленной жестокими реалиями души. папа, теперь ты слышишь симфонию моей печали. ее начало напористо - черные порывы духовых сплетаются с неуправляемым треском ударных, а где-то за стеной хаотичного звука плачет скрипка, без малейшей поддержки своих собратьев. в этом тонком стоне проявляется мое лицо.

скромный обед после церемонии и есть завершающая сцена, когда должен быть подведен итог, вынесена мораль и расставлены все точки над i. но в нашей постановке нет последнего слова. есть лишь последняя вспышка, неправильно сделанный расчет. и это все ева.

ева - моя младшая сестра. кажется, позавчера я укладывала ее спать, заботливо укрывая теплым одеялом. вчера она сказала мне, что слишком молода, чтобы жить такой поганой жизнью. а сегодня она возвратилась с новой репликой, заставляя меня морально пасть на колени и просить о пощаде.

я стою в углу - всегда предпочитала оставаться в тени - когда она приходит на прощальный пир, устроенный самой смертью. ева убегала от никчемного существования, а прибыла прямиком на похороны того, чего сторонилась все это время. - пойдем со мной. - я, не выказывая никаких сторонних эмоций, хватаю ее за руку, и будто холод от моей ладони сливается с ее внутренней зимой. расскажи мне, ева, ты тоже страдала, как и я? ты тоже каждый божий день ставила отцу капельницы, колола лекарства, говорила ему, насколько громадна твоя любовь и, не получая никакого ответа, только лишь взгляд мутных глаз, наклоняла голову и зарывалась носом в простынь, лишь бы отец не увидел твоих слез?.. да или нет?

я убеждаюсь, что мы отошли от дома на достаточное расстояние, чтобы только гости на слышали моего крика. авель бежит за нами, поспешно захлопывая дверь. даже если он говорит что-то вслед, для меня это не имеет никакого значения.

- какого черта ты тут делаешь? - я вышвыриваю ее безжизненные пальцы из своих, испытывая отвращение от состоявшегося прикосновения. - соскучилась? слишком поздно! - чувствую бьющую в виски ненависть. - слишком поздно, ева. твой отец теперь навеки будет гнить в земле. - слова грубы, как наждачная бумага и летят они так же уверенно, как молнии из рук громовержца. - ты знала, что это рано или поздно случится. и бежала от этого. кто тебя надоумил безалаберно ворваться в нашу жизнь? это насмешка над нашим горем?

даже железная леди может дать слабину. и мое поражение заключается в предательской слезе, скатывающейся по моей щеке. в ней можно прочесть многое: «ева, прочь отсюда, сквозь тернии в свой параллельный мир» или «я вовсе не хотела срываться, пойми меня, сестра...», а может «я ненавижу тебя всем сердцем, прости меня»?
но в ней скрывается то, что позже срывается с моих губ само:

- ева, что ты наделала.

0

74

мой незаменимый друг, роберт
robert ackroyd

http://i.imgur.com/R2b1vE5.jpg
возраст: 26/27
деятельность: талантливый гитарист
родной город: лондон

сердце подсказывает, что мы знакомы чуть меньше вечности. а ум твердит, что все началось всего лишь десять лет назад.
мне не хватало такого солнечного, теплого и отзывчивого человека, всегда готового выслушать, одарить добрым словом, погладить по голове, прижать к себе и вытащить нож предательства, торчащий из груди. ранее мои невзгоды скапливались в глубине души и время от времени прорывались на свободу, заставляя задыхаться от истерики. но когда я обрела тебя, все стало намного проще.
наша история длинною в десять замечательных и самых, что называется, живых лет начинается с лондонского университета искусств. мы познакомились в первый день обучения и страшно разругались. мне изрядно попортило нервы твое ребячество, а ты, никогда не прощающий ни единого грубого выражения в свой адрес, за таким же ядовитым ответом в карман не полез. все разрешилось тем же вечером на вечеринке в честь начала студенчества. после бутылки вина мы наконец-таки поняли, что слишком похожи для того, чтобы отталкивать друг друга. ты поклялся оберегать меня, такую непутевую и неуклюжую, слишком уж любящую искать приключения на собственную пятую точку. я поклялась всегда быть рядом с тобой, таким нерешительным, но вместе с этим дико эмоциональным и желающим постоянно выплескивать энергию в окружающий мир. я всегда зависела от тебя, ты всегда нуждался во мне.
помню, как ты жаловался, что тебе сложно найти компанию. что они все, тебя окружающие, не имеют жизненных ценностей, не знают, что такое истинные чувства, не обладают даже искусством вести стоящие беседы. я всегда тебя успокаивала, говорила - придет время, и ты найдешь свою компанию, стоит только немного подождать. теперь я смотрю на тебя и понимаю, что была права на двести процентов. потому что такие талантливые и полностью космические люди, как ты, рано или поздно находят свое предназначение.
ты был слишком упрям, да и я неумолима. если между нами пробегала черная кошка, то я всегда старалась бежать в свой собственный темный мирок, зарываться с книгами под одеяло, искать вдохновение в образах из своей головы, притворять задуманное в жизнь. но что бы я ни делала, передо мной вечно вырисовывалось твое лицо. но я не нарушала молчание первой, считала это жестом великодушия и отдавала привилегию тебе. "тот, кто простил, тот и прощен" - ты всегда был прощен первым.
а потом я уехала. закончила университет, нашла кое-какую работу, но мне было этого мало - решила перевернуть жизнь набекрень и оторваться от лондонской земли. пересекла океан за два счета, в тот момент для меня не существовало ни цены расстояний, ни ноши оборванных контактов. но я сказала тебе - приезжай. пожалуйста, приезжай сюда, здесь холодно и снег такой, который ты всегда мечтал увидеть. я знаю, ловить белые хлопья и принимать гостинцы настоящей зимы для тебя слишком многое значит. пожалуйста, я же так скучаю, у меня здесь нет никого, с кем бы я могла хотя бы посидеть в кофейне и обсудить сказочную погоду. пожалуйста. пожалуйста.
и ты приехал. кажется, через два месяца. разделил со мной снежный плен. бросил все, как это сделала я. но и тебе нечего было терять - работы не было, как и музы, вечно улетучивающейся в самый неподходящий момент. а творить хотелось. и вот, мой дорогой друг, мы здесь, ты и я, на последней странице.
теперь ты профессионально извлекаешь божественные звуки из своей электро-гитары, сплетаешь их воедино и пишешь замечательную музыку. я стараюсь сохранять твою гармонию и накладываю на искреннюю и чистую мелодию свои тягучие и мрачные тексты. такой экзотический коктейль рождает нечто заоблачное и по-настоящему магическое. мы гипнотизируем своей музыкой искушенных посетителей пабов о-клэра, записываем новые песни в студии и еще раз доказываем миру, что настоящей дружбе ничто нипочем.

http://vk.com/images/emoji/D83DDC96.png

http://i.imgur.com/UHZaioo.gif

дополнительно: я всегда верила в дружбу между мужчиной и женщиной. считайте меня наивной и глупой, но это так. я очень и очень ценю эти тонкие отношения, построенные на взаимопонимании, на ответственности и уважении. флоренс и роберт - как брат и сестра, как две половины одного целого, знают как положительные, так и отрицательные стороны друг друга. мне бы хотелось расписать слишком подробно то, каким я вижу роберта, и я сделаю это, если придет игрок и попросит разъяснить характер персонажа. очень жду такого замечательного и атмосферного человека, настоящего гексли, любящего приковывать к себе внимание. восхищать и восхищаться, раздавать советы, творить прекрасное, много смеяться и дурачиться, забывать об истинном возрасте и слушать только свое сердце.
приходи, дорогой игрок, и ничего не бойся, две головы лучше чем одна, и вместе мы что-нибудь да и придумаем. жду безумно, буду любить и обещаю смеяться над каждой шуткой, даже не самой удачной. (хихи)

ваш пост

по первому зову потенциального игрока

0

75

http://i.imgur.com/R9vzOrm.png

0

76

grace fletcher
brianna lance

http://i.imgur.com/bGO0osI.jpg http://i.imgur.com/kkb6VHf.jpg http://i.imgur.com/LI0bpja.jpg
возраст: 23/24
деятельность:  на ваш выбор (вполне возможно, профессия творческая)
родной город: лондон

моя алмазная, чудесная, дорогая сестра, я так по тебе скучала.
уже прошло три года, как я переехала в о-клэр. и улетучились четырнадцать месяцев с нашей последней встречи в лондоне, состоявшейся на рождество 2014-ого. ты была тогда такой невообразимо взрослой, состоявшейся и счастливой, что я подумала - моя милая девочка превратилась в статную женщину и завидную невесту, пока я сшивала свое сердце по кускам по ту сторону океана. помню, как мы все переживали, когда ты уехала поступать во францию. но мы все даже не позволили себе сомневаться в том, что в списках первокурсников страсбургского университета будет гордо красоваться имя грейс флетчер. ты попросту не умела подводить верящих в тебя людей, в отличии от меня. и натура ты более тонкая, нежели я. твое нутро привыкло питаться исключительно положительными эмоциями, в то время как я строю каждый миллиметр на личной драме, пропуская все с огромной силой через себя. и поэтому аппетиты моей музы утолить намного сложнее, а с тобой стоит только красиво подать одну хрупкую фразу, и ты сразу расплываешься и восхищаешься теплыми волнами вдохновения. ты безумно грациозна в своих чувствах и легка на подъем, ответственна до белого каления, считаешь, что гармония хранится в абсолютном молчании. не любишь громких слов, как в прямом, так и в переносном смысле. обидчива, но отходчива, не терпишь подолгу находиться в конфликте с родным человеком. не понимала моего буйного характера и неустойчивого настроения, не видела смысла в моем желании разыграть комедию и сломать трагедию одномоментно. для тебя все имеет свое предназначение и место, все должно идти по порядку, размеренно и тихо. я поражаюсь твоей любви к окружающим и способности обходить острые углы. ты сделаешь все ради того, чтобы ближнему было сладко. я безмерно ценю в тебе искреннюю самоотдачу, но не устаю напоминать, что именно из-за такого ангельского отношения к порой бесцеремонным и жестоким людям появляются химические ожоги, которые ничего не сгладит. увы, ты зависима от общественного мнения, но, надеюсь, теперь уже научилась отвечать всем недоброжелателям грубо и не испытывать после этого угрызения совести. ты же обещала мне быть сильной, грейси. и я знаю, что у тебя получится это на пять с плюсом.

Отрывок из моей биографии, который поможет восстановить картину нашего детства.

Меня зовут Флоренс Патриция Флетчер. Я сделала свой первый вдох на закате 28-ого дня августа, в 1989-ом году. Мои родители, Эвелин и Николас, к пребольшому сожалению, развелись через четыре года после того, как я появилась на свет. Их ветхое суденышко брака разбилось о железное утверждение, прошедшее многовековую закалку - "не сошлись характерами". За это время у меня появилась младшая сестра Грейс, которая заслужила раскол нашей семьи еще меньше меня. Моя мать - американка, а отец - британец, соответственно, папа пытался какими-то волшебными способами повернуть время вспять и склеить разбитую вдребезги вазу, олицетворяющую погибающие отношения моих родителей, но мама, будучи по натуре прогрессивной, не стала возиться с осколками. Я была слишком мала, чтобы полностью осознавать произошедшее, но это, пожалуй, только плюс - переживать развод родителей и наблюдать их постоянные ссоры в, например, подростковом возрасте слишком тяжко. Вскоре мама съехалась с соседом, живущим в собственном доме через улицу. Дело в том, что наш дом, в котором мы жили все это время, принадлежал отцу, а он сразу после развода уехал в Глазго. Мы с сестрой остались с мамой и служили бесплатным к ней приложением. Таким образом, у нас с Грейс появились два сводных старших брата и еще одна сестра. Сейчас мы прекрасно поддерживаем отношения и ценим друг друга, вспоминаем шумное детство и не скрываем улыбок, но так же искренне удивляемся, каким образом мы уживались в одном доме, будучи детьми. Это было поистине нелегкое время для нас пятерых: столкновение вкусов, характеров, настроений и ко всему разница в возрасте не давали нам даже повода, чтобы мирно собраться и поговорить по душам.

чувство стиля у нас, сестер флетчер, в крови. мы убедились в этом еще в раннем детстве, когда мама вместо сказок читала нам выдержки из ее собственных лекций по искусствоведению, а затем знакомила нас с эпохами прошлого, ценностями ушедших веков, различными произведениями искусства, памятниками старины и, естественно, манерой наших давно исчезнувших предков одеваться. помню, как мы задавали жару всей школе и наряжались довольно странно, в силу наших финансовых возможностей, выражая протест нынешним устоям моды и любовь ко всему старинному. позже стало легче: появились деньги на действительно прекрасные вещи, соответствующие нашему представлению о стиле в целом. появились вместительные шкафы, а после и целая комната для нашего маленького безумия. потом ты уехала во францию, страну, дышащую великой историей, и забрала свою добрую половину богатств из шелка, атласа, бархата и парчи.
я тоже от тебя не стала отставать, решила полностью переехать на родину нашей матери, в ее дом, где мы с тобой были только три раза. здесь многое изменилось с тех пор: я сделала косметический ремонт и фактически воссоздала точную копию хаоса, который все эти годы бушевал у нас в комнатах (равно так же, как и у меня в голове).
отныне нашей разлуке подошел конец: помнишь, я упомянула нашу последнюю встречу в лондоне? мне действительно тебя безумно не хватало все это время. а теперь, что теперь? младшая сестра флетчер пересекла океан следом за старшей. мы теперь вместе, ты и я, два солнечных ребенка, две крестницы луны. ты около месяца обитала в моем уютном гнездышке, деля крышу не только со мной, но и с моей возлюбленной, а недавно общими усилиями мы нашли тебе небольшую, но удобную квартиру, чтобы ты жила в свое удовольствие и занималась любимым делом.

дополнительно:
ох.
знаете, грейс - смесь всего самого прекрасного, утонченного, теплого, нежного и замечательного, что только можно себе представить. если флоренс порой подвластна ярости, то грейс - вылитая женщина-гармония. если сравнивать двух сестер с ветрами, то флоренс - порывистый ураган, в минуты гнева страшный, громкий и неистовый, а в вырванные мгновения затишья меланхоличный и страдальческий. грейс же, наоборот, легкий поцелуй летнего ветра, такого же соленого, как ласковое море. такого же свежего и бодрящего, как парящий в вершинах гор сказочный снег, мерно ложащийся на вечнозеленые иголки сосен и елей. глубоко в душе все происходит по обратному сценарию: флоренс ранима, ее легко сломать и заставить броситься в слезы и в вечные самокопания, а грейс, несмотря на ее видимую хрупкость, довольно сильна морально. что касается фразы "зависима от общественного мнения" - минус младшей сестры флетчер в том, что она хочет быть идеальной для всех и каждого, но не понимает, что многие не достойны ее благосклонности. от этого и болеет.
грейс - человек, не устающий совершенствоваться. помните это, когда будете придумывать род занятий персонажа. возможно даже, она стала искусствоведом, пошла по стопам матери. эта специальность ей очень подходит. еще есть вариант с индустрией моды, тоже весьма привлекательный.
хочется писать безумное количество символов, но это не есть хорошо, так как моя заявка уже кажется большой и нечитабельной. но, каждый напечатанный символ - частичка моего большого сердца.
буду молиться всем богам, чтобы они подарили мне такую прекрасную сестру.
приходи, умоляю тебя, не смотри, не думай, не робей.
приходи.

космическая брианна для безграничного вдохновения.

http://i.imgur.com/7A4WFQp.jpg
http://i.imgur.com/cQhLgbP.jpg
http://i.imgur.com/EBxU3Zt.jpg
http://i.imgur.com/4IsEoMw.jpg
http://i.imgur.com/YeitbDM.jpg

ваш пост

и в дождь, и в снег, даже во время конца света отправлю пост, если того потребует потенциальный игрок.

0

77

wendy
hannah murray

http://i.imgur.com/zOz23nv.gif https://45.media.tumblr.com/f96e6590eb9075849e674f449fe61939/tumblr_nv9ma1Pwa51uyrsypo1_400.gif
возраст: 19
деятельность:   духовная дочь организации «путь спасения»
родной город: о-клэр

ты такая светлая, такая легкая, словно летний ветерок. ты улыбаешься широко и искренне, растекаешься по о-клэру солнечными лучами. я ненавижу тебя за это, венди. мне хочется взять тебя за тонкую шею и оставить на ней лилово-бурые кровоподтеки, изуродовать твое еще немного детское лицо, растоптать тебя, сломать. но я крепко обнимаю тебя, венди, величая названой сестрой.

с четырнадцати лет тебя регулярно насиловал отчим, и синяки под твоими глазами, наверное, уже никогда не уйдут, рассказывая о том, как каждую ночь ты со страхом прислушивалась к каждому шороху за дверью твоей маленькой комнаты. и я удивлена твоей бесконечной любовью к миру и людям, ненавистная вннди, ведь тебе столько пришлось пережить. ты убежала из дома глубокой ночью, твои босые пятки целовали холодный асфальт, по сути, тебе некуда было идти. ты невероятно сильная, венди, твоя сила в твоей доброте, но в ней же и твоя величайшая слабость. и именно доброта тебя погубит.

...а потом ты пришла в «путь спасения», как и многие другие несчастные. я помню твое порванное желтое платье и спутанные волосы, я помню, как горько ты разрыдалась, я помню, как накинула на твои хрупкие плечи теплый плед. я возненавидела тебя после первого твоего «спасибо», а ты сказала мне, что я самое прекрасное создание на земле. глупая, глупая, глупая девчонка.

ты доверяешь мне безгранично, а мой злобный (завистливый?) взгляд вонзается ножом тебе в спину. ты слишком чиста для этого мира, венди, тебе нет здесь места. и мой долг, как духовной сестры нашей чудесной организации, помочь тебе.

дополнительно:
я заранее извиняюсь за такую сумбурную заявку, так что с радостью отвечу на все ваши вопросы. но, как вы, может быть, поняли, «путь спасения» - это секта, которая не помогает, а проводит завуалированную пропаганду суицида. американа в относительной безопасности по многим причинам, в том числе и потому, что ее муж - власть имущий, а вот юная венди едва ли выпутается из этих сетей.
внешность обсуждаема, имя обсуждаемо. лицо, количество символов, блаблабла - для меня это неважно. только поймите, что эта история без счастливого конца.

ваш пост

наверное, об этом не стоит много говорить вслух. наверное, об этом и думать не стоит, так как подобными мыслями ты только катализируешь гниение внутри себя. но люди садисты по своей натуре, поэтому каждый желает выяснить каждую подробность, каждую мельчайшую деталь твоего горя. они ковыряют твои раны, вновь и вновь открывая кровотечение, корча гримасы ужаса и сострадания, но на самом деле упиваясь своим садизмом. людям нравится смотреть, как страдают другие. подобное пристрастие прикрывается моральными устоями, лживыми словами, отрицаниями, в конце концов, но на деле это такой странный способ морального удовлетворения: если у него все настолько плохо, значит, у меня еще есть шанс. а ты гниешь, гниешь, гниешь под их жадными взглядами.
лили андервуд никогда не была той, за кем крепится дурная слава. лили андервуд всегда была примером для подражания и гордостью своей мамы, несвоевременно ставшей вдовой. лили андервуд еще в двенадцать лет распланировала свою жизнь до мельчайших подробностей, составив чуть ли не ежегодный план действий. школа, законченная с отличием. филологический факультет, желание посвятить свою жизнь вопросу голубых занавесок, благозвучному звучанию амфибрахиев и необъятному потоку средств художественной выразительности. тому самому, что так хорошо доносит до нас мысль автора об этом самом чужом горе, позволяя тоже ненадолго стать страдальцем, только по ту сторону страницы. лили андервуд мечтала к двадцати трем годам выйти замуж, к двадцати пяти уже воспитывать двоих детей. два месяца назад ей исполнилось двадцать четыре. два месяца назад ее тело стало предметом обсуждения всех сплетников города. два месяца назад лили андервуд изнасиловали.
в тот вечер она буквально приползла домой - с изорванным голубым платьем в цветочек, с гематомами на юном лице, с синяками на белой коже. первые две недели было жалко, что ее оставили в живых, потом немного поутихло. старший брат в яростном отчаянии поднял на уши, наверное, все полицейские отделения города. шериф, качая головой, бормотал, что «да-да, невероятное зверство, в нашем-то тихом городке. да-да, конечно, я знаю вашу сестру, ведь дочка одноклассника моего. да-да, будьте уверены, сделаем все, что можно». да-да, да-да. и расследование и впрямь длилось недолго, ведь в маленьком городке сложно что-то утаить. два пьяных студента, попавшая не в то время в не то место лили. быстрое опознание, уголовное дело. все содействие, которое от нее требовалось, она оказала. а теперь оставьте ее, пожалуйста, в покое.
но да, в маленьком городке сложно что-то утаить. конечно, нашлись те, кто говорил, что она сама виновата - спровоцировала. была неподобающе одета. вызывающе себя вела. но лили просто спешила домой, а теперь за спиной каждый раз начинался поток из сожалений, сплетен, предположений и догадок. брат пару раз срывался, но подобный механизм нельзя было остановить лишь криком. «погудят и успокоятся» - вердикт соседей, знакомых, кто там еще приходил навестить бедную лили. в этих словах правда, со временем весь ажиотаж утихнет, для них все вернется на круги своя, но что делать ей? как ей теперь оставаться собой? сможет ли когда-нибудь она сама вернуться к нормальной жизни? сможет ли когда-нибудь забыть?
и, раз за разом глядя на свое отражение в зеркале, она сама находила ответ на последний вопрос. синяки и ссадины со временем уйдут, но в ее глазах они останутся навсегда. словно рубцы на статуе, эти увечья навеки отпечатались на ее теле. лили сожгла свое синее платье в цветочек, но едкий запах горящей ткани не оставляет ее ни на секунду. отпечатки пятерни на бедре. багрово-лиловое пятно на шее. время - очень сомнительный лекарь, и методы у него странные. боль, может, и притупляется, но не исчезает. никогда не исчезает. господи, за что?
господи. мама говорит, что нужно молиться. мама говорит, что бог все слышит, мама говорит, что нужно искать спасение в боге. и лили ищет, правда ищет. старается изо всех сил, читает молитвы на ночь, пытаясь не задохнуться от отвращения к себе, к своему телу. слишком много вопросов, на которые ни брат, ни мать не могут дать ответа. когда она спрашивает их, вновь разрыдавшись в истерике, они лишь горестно молчат, стараясь успокоить. почему именно она? за что, чем она провинилась перед господом богом? мама говорит, что ненавидеть себя - это грех. мама говорит, что бог не посылает нам испытаний, которые мы не смогли бы вынести. мама говорит, что бог всех нас любит. что он всех нас спасет. и лили всегда и всей душой верила, всегда общалась с ним в трудные моменты. и тогда вера помогала. когда отец умер, она просила его дать ей сил пережить эту утрату. дать ей сил быть стойкой, быть опорой для родных. тогда она смогла, она справилась. почему так тяжело теперь?
католические своды словно гремят над головой; слишком монументальный собор для такого небольшого города, и кажется, что стены не выдержат груза, обрушатся и погребут лили под собой. сравняют ее с землей. но ничего такого не происходит. она сидит на церковной скамейке, ее руки соединены в молитве. справа бесшумно шевелит губами бабушка-соседка, которая угощала лили конфетами, когда та была еще совсем малышкой. она плакала, она действительно плакала, узнав, что произошло. она привела лили сюда. она сказала, что действительно хочет помочь. она обещала лили, что та найдет здесь все ответы.
после службы она ласково гладит лили по плечу, говоря, что рассказывала о ее ситуации отцу эфраиму. он должен помочь ей вновь обрести бога, должен помирить их. - он замечательный, ты скоро сама в этом убедишься. и не смотри на его возраст, когда я впервые его увидела, то и меня сомнения одолели. но он воистину божий дар для всего нашего прихода. лили молчит и хмурится, а у отца эфраима мягкий взгляд и располагающая улыбка. лили в голову приходит мысль о том, что отец эфраим находится точно на своем месте, и это подсознательно внушает ей доверие. буквы сами складываются в слова, разносясь эхом по церкви:
- я запуталась. прошу вас, помогите.

0

78

sean morrow
matthew mcconaughey

http://sa.uploads.ru/V3P0W.gif http://s9.uploads.ru/qAMST.gif

возраст: ~ 35
деятельность: хозяин клуба Hysteria
родной город: о-клэр

мы познакомились год назад, когда я, с тихой улыбкой, села напротив тебя на дубовый барный стул. ты протирал стойку, стараясь привести все в порядок перед закрытием, и явно помышлял о новой сигарете, которую выкуришь сразу после завершения работы.
— закрыто. вывеску не видела? — недовольно произнес ты, даже не подняв глаза.
— я по объявлению. барменша. — я отвечала настойчиво, ведь мне нужна эта работа.
— закрыто.
— а я по объявлению.
— закрыто, — ты уже начал закипать; твоя рука, до того водившая тряпкой по столу, наконец остановилась, и ты поднял глаза, — приходи завтра.
— барменша. вот резюме, рекомендации и тому подобное, — я протянула увесистую светло-коричневую папку, перевязанную вощаным шнуром.
ты рассмеялся. таким редким голосом, словно мурчание льва.
— это бар, девушка. бар. ну, ночной клуб, тут еще и танцуют. в любом случае, резюме никто с собой не тащит.
— тогда что мне делать?
— уйти. можешь завтра прийти.
— завтра я уже хочу работать.
— ладно. сколько тебе?
— восемнадцать.
ты снова рассмеялся. но теперь иначе, издевательски.
— знаешь, как мешать коктейли, наливать в стакан, считать деньги и протирать стойку?
— разумеется.
— тогда завтра, в восемь вечера, чтобы была тут. смена шесть часов.
— до завтра.
— и в следующий раз стучись, если видишь вывеску "закрыто".
ты уже успел привыкнуть ко мне. наверное. я даже не знаю, с какими мыслями ты смотришь на меня, думаешь ли обо мне, когда сидишь дома один и стряхиваешь сигаретный пепел в чашку.
я не люблю тебя. надеюсь, ты тоже.

дополнительно:
я обожаю макконахи. серьезно. "интерстеллар", "настоящий детектив", "волк с уолл-стрит" — это нереально крутой актер, и я его нереально уважаю за все эти чудесные работы.
если кто-нибудь когда-нибудь осуществит мою мечту и выступит в качестве шона для моей морэи, я буду просто счастлива.
обещаю вам много секса, регулярные посты и все, что только пожелаете, лишь бы получилось.

ваш пост

Двенадцатилетняя девочка, любимица своей матери, вышла на улицу. Полной грудью она вдохнула свежий морской воздух — вестник перемен и знак свободы; сегодня было тепло, а чистое небо не предвещало ни бурь, ни гроз; в ее серебряных волосах отразился ослепительный блеск солнца, заставляя их сверкать и искриться; розовые глаза выражали надежду на что-то новое и интересное: за четыре года она так и не вкусила иных прелестей жизни кроме работы.
Июльский ветер, как и желала Лили, принес с собой...вестника. Это был невысокий мальчик, совсем чуть-чуть выше прекрасной куртизанки, которая стояла на короткой высокой набережной, оперевшись крошечными ладошками о перилла и выпрямившись, чтобы заглянуть подальше, за горизонт.
- Я принес письмо! - известил сын моряка, который и приказал ему добежать досюда.
- Кому? - спросила девочка, улыбаясь и протягивая мальчику руку.
- Здесь подписано... кому-то... кому-то на В. - пытался прочитать вестник.
- Ты не умеешь читать? - произнесла Лили с тенью жалости в голосе.
- Умею! - с вызовом выкрикнул наглый мальчишка и насупился. - Да вот, сама гляди! Тут надпись стерлась!
Шлюха взяла помятый и потрепанный конверт из шершавых и грубых рук мальчика, который, наверное, ничего кроме канатов да половых тряпок не видел. Она приблизила письмо ближе, чтобы рассмотреть имя адресата лучше. Но ничего кроме буквы "В" так и не увидела — все остальное было размыто.
- Откуда это у тебя? - поинтересовалась девочка, ей действительно хотелось знать ответ.
- Отцу передали, просили доставить по адресу, - начал пояснять сын моряка, - а там только буква. Он и подумал, что в Варлог.
- Но почему ты принес его сюда, а не к королю?
Мальчик смутился. Он скрестил руки на груди и стал глядеть в пол, носком своего старого и большеватого ботинка стараясь проделать дыру в вымощенной мрамором набережной. Он молчал недолго, но молчание это могло показаться вечностью для того, кто был очевидцем замешательства, а именно на этом месте сейчас и стояла Лили.
- Я... Я... Боюсь. - заикаясь, сказал он.
- Понимаю... - кивнула Лили, но отступать она и не думала, - так почему же ты принес его именно сюда?
- Не знаю, - сказал мальчик тихо, не осмеливаясь поднять взора своих серых глаз. Придя в чувство, он продолжил с новой силой, - просто отец сюда ходит, часто. Вот я и знаю эту дорогу. Ну и в Варлог.
- Хорошо, - ответила девочка, - ладно, можешь идти. Вот тебе гиллен, ты славно поработал.
Сын моряка явно оживился, спокойно принял плату и, завернув за угол, предварительно простившись с милой и красивой серебряной девочкой, пустился бегом — ему хотелось рассказать отцу о том, как его похвалили.
***
"Неизвестный К.О.,
Я пишу вам из Золотистой Гавани. Очень сожалею, что письмо ваше не было доставлено по назначению. Будьте спокойны, я не стала вникать в смысл этих странных слов, что видела впервые, так что тайна, которую вы невольно мне поведали, останется со мной навеки. Пожалуйста, ответьте на это письмо и напишите, кому мне его отправить, чтобы оно могло найти своего адресата.
С уважением, Лили."

0

79

Раф . Raf
Adam Douglas Driver

http://s11.favim.com/orig/160417/kylo-ren-gif-star-wars-adam-driver-Favim.com-4220131.gif

http://static.tumblr.com/f19ecabd4f322566f2c265f824b9f2f2/nq0yzjo/kbWo6ibe5/tumblr_static_9ny70xmscnocg0g80gokowwww.gif


возраст: 30-32
деятельность: санитар в психбольнице ♦ мечтатель ♦ плохой мальчик
родной город: не из о-клэра

     Твои родители не были идеалами для тебя. Что мать, что отец, они всегда думали только о себе, а потому упустили тебя. Ты воспитал себя сам, без какой-либо помощи, натыкаясь на реалии этой жизни самостоятельно. Мать вечно была в поисках себя, а потому вы переезжали с места на место. Отец был контрабандистом, и ему совсем было не до семьи, а потому "отец" был явлением наплывающим, словно море. Но ты всегда был на мели, и моря рядом не было. А потому ты находил отца в других мужчинах, которые добровольно или неосознанно пытались сделать из тебя мужчину.
     Когда тебе было 13, мать снова задумала переезд. Дорога лежала через маленький городок О-Клэр, и тут случилось то, что случилось. Машина на скользкой от ливня дороге, не справилась с управлением. Ты остался сиротой. Возможно, ты бы мог жить у отца, но ты получил тяжелую черепно-мозговую травму, тебя собирали по кускам в местной больнице. Тебя учили говорить, ходить, есть самостоятельно. Ты пережил новое рождение. Ты не помнил ничего из прошлой жизни, а потому дал себе новое имя -  Раф (не сокращение от Рафаэль).
     Ты принципиальный, упорный, но тихий. У тебя есть свой мир, в котором тебе комфортно. Ты не любишь людей, но люди, отчего-то, любят тебя. Никто не смог найти твоих родственников, а потому ты остался в О-Клэре. Тебя приютила одна женщина-врач из больницы. Ты привязался к ней, любил ее. Любил ее как женщину, несмотря на то, что она была старше тебя и видела в тебе лишь пациента, бедного мальчика без прошлого. Тебя полностью выходили к 23 годам. Ты привык к больничным стенам, а потому охотно помогал врачам, взяв на себя роль санитара.
     Тебе всегда было тяжело говорить, а потому ты предпочитал молчать. Твои коллеги заметили, что ты легко находишь общий язык с людьми, чья психика пострадала. Так, через пару лет ты стал санитаром в психбольнице и, казалось бы, ты нашел себе укромный уголок. Вот только от тех, кто был затянут в смирительные рубашки ты не далеко ушел. Все видели в тебе милого мальчика, за которым ухаживали чуть ли не всем городом, а ты убил ту, что тебя выходила. Забавно вышло, ее до сих пор ищут, она без вести пропавшая, а ты вне подозрений, ведь ты плохой хороший мальчик.
     Что касается меня, мы познакомились с тобой полгода назад, когда я был упрятан родным братом в психбольницу. Я поддался твоим чарам, а потому охотно проводил с тобой время в стенах лечебницы. Ты, в свою очередь, с интересом слушал меня, я тебе нравился, ты привязывался ко мне день ото дня. Приносил мне новые книги, которые сам покупал в магазине, приносил сигареты, рафинад и яблоки. В общем, то, без чего я жить не мог.
     Мои мучения в смирительной рубашке закончились, я на реабилитации под присмотром своего брата. Он отобрал твою роль, а потому ты хочешь вернуть меня обратно в больницу, а я хочу выдернуть тебя оттуда, потому что ты тот, с кем я не чувствую себя психом. Мы одного поля ягоды, Раф.

дополнительно:
Не обязательно быть фанатом "Star wars", чтобы взять этого персонажа, достаточно любить-абажать нестандартные внешности. Размер постов не принципиален, мой привычный размер от 4к знаков. Желательно писать от 1-го или 3-го лица, ибо посты от 2-го мне не комфортно читать. Легкая наркомания, абстракция и переизбыток метафор в постах приветствуется. Очень хочу видеть человека, который будет развивать персонажа, а также предлагать свои идеи, не надеясь на меня и мою фантазию. Темп игры средний (1 пост в неделю вполне устроит).
Очень хочу, чтобы тот, кто возьмет перса, станет мне добрым другом. Если ты будешь из Питера, то вообще агонь ахаха опять я о своем Питере, епт
И да, маты приветствуются, кросспол - пох вообще. Короче, жду-люблю-нимагу

любимая gif http://vk.com/images/emoji/D83DDC99.png

http://funkyimg.com/i/2cuBa.gif

ваш пост

Наверное сегодня был тот самый редкий случай, когда я мог назвать Алекса братом, не стесняясь ничего. Хотя, я его никогда не стеснялся, просто никогда не выпадала случая признать его братом. Он язвил, как мог, пытаясь показать мне свою силу, свой характер, будто так он доказывал, что мы из одного теста сделаны. А я смотрел на него и улыбался, мне нравилось, когда он так вел себя, пытался укусить того, кто больше и сильнее. Безрассудство чистой воды, но, думается мне, что в эту минуту нас именно оно и сближает. Безрассудство такое сладкое, даже приторно сладкое. Я пытаюсь говорить, вызывая все более интересную реакцию, следя за его лицом и за эмоциями, пытаясь читать его, как открытую книгу.
Говоря об отце, он наивно полагает, что заденет меня. Он привык, что наша семья делилась на две команды, а потому я, оставшись без своего партнера по этим нешуточным семейным баталиям, должен был сдаться. Но правда заключалась абсолютно в другом. Команды было не две, а три. Я был сам по себе, будто кот. Был без роду и без племени даже будучи находясь с семьей. До какого-то момента жизни меня сие положение дел очень удручало, сейчас же я привык к своему одиночеству, к участи безумца и просто к тому, что я это я. Я привык к себе. И в этом была моя сила. Семья преподала мне славный урок, а потому уколоть меня очень сложно. Моя ахиллесова пята - мой сын. Иными способами на меня воздействовать крайне сложно. И если подобным тоном мой милый братец надеяться принизить меня, поставить на место или в очередной раз напомнить мне о моей холодности и безнравственности, то он попросту бьется о скалы. Бесполезно. Читай по слогам, братец. Бе-спо-лез-но.
-Да уж, старик умер не вовремя, я бы предпочел, чтобы он умер, когда я был в Америке, чтобы отделаться простым переводом денег, - я улыбаюсь шире и смотрю на брата. Чего ты ожидал, малыш Алекс? Что я буду плакать по отцу? Я помню его разочарование, брат, я помню, как он не желал меня видеть. Не желал настолько, что вместо того, чтобы заниматься мной, он в течение семи лет пытался с матерью родить тебя. Ты был надеждой, но быстро перестал ей быть, когда с особым удовольствием читал с мамой книжки и любил плюшевых зверей. Это был мой первый триумф, но на долго ли? С каждым годом, брат, ставка росла. Умного сына было недостаточно, за год он изнашивался. Нужен был новый. И я становился им. Раз за раз, словно змей, я менял свою шкуру в угоду отцу. И ты думаешь, что я его любил? Каждый раз ломая себя и создавая нового человека, я ждал этого дня, когда ты, скорчив гримасу, наклонишься к его серому лбу и сделаешь вид, что примерный мальчик. Когда я, улыбнувшись во весь рот, но отвернувшись ото всех, наклонился к серому лбу. Да, он гордился мной, чего не скажешь о тебе, брат, но нужна ли мне такая гордость? Какой ценой? Да и не знает он всей правды, чтобы вот так говорить на последнем издыхании. Никто не знает. Кроме боссов. Но... они ведь не знают, что я безумец, верно? Они думают, что я все делаю так, потому что так надо. Я потрошу девиц, потому что они провинились. О, нет, вины их нет. Просто глупышки, которые ведутся на милое личико и толстый кошелек. Я инквизитор, брат. Я ищу идеальную и уничтожаю мусор, который никому не пригодиться. И ты думаешь, что я буду плакать? Ты думаешь, что ты меня как-то расстроишь? Нет, брат, ты забавишь меня. Мне нравится эта игра, которая длиться вот уже 24 года. Или сколько тебе? Прости, 25 лет. Поиграем еще? Мы ведь так редко играли в детстве.
Да, я продолжаю игру. Я не скрываю интерес, потому что мне интересно, что же скажет Алекс. Каким ударом попытается меня убить. Я думал, что надавали на больное, но малыш Алекс ловко выкрутился, строя из себя зазвездившегося мальчика, который не думает о семье, но который думает о пиаре и деньгах. Ох, как это банально, брат. Все, кто чуют славу, говорят ровно то, что и ты сказал. Мне стало смешно.
-Я так понимаю, что пиар ходом будет и стайка детей, которую ты когда-нибудь непременно извергнешь из чрева твоей псевдожены, - смеюсь я, щуря глаза. Подобными изречениями, он делает из себя идиота, поскольку говорит все это мне, человеку, для которого семья свята, и который умудрился уничтожить то, во что верил, - а вообще, будет очень здорово, если тот человек, которого ты выберешь себе в супруги, сможет физически нарожать маленьких Алексов с бриолиновыми чубами, - а вот сейчас я делаю намек совершенно не на женщин. Могу ли я с полной уверенностью заявить о предпочтениях моего братца? Едва ли, я лишь сужу по тому, что вижу. И хотя Алекс не какая-нибудь жеманница, что вздергивает пальчик, когда отпивает из кружки чай, но все же порой мне он виделся совершенно не мужественным. Наверное, лишь тяжелый, характерный, бархатный голос выдавал в нем мужика. Мне снова стало смешно, поскольку я представил обложку какой-нибудь бульварной газетенке, где Алекс удивленно таращит глаза и грациозно прикрывает ротик, пока где-то на заднем плане к его хозяйству пристроился безликий персонаж.
Как только подобная картинка появилась у меня в голове, вместе с ней появилась и мысль, что мне на сегодня хватит алкоголя. И хотя я чувствовал себя прекрасно, а видел все вокруг себя четко и красочно, то я просто проигнорировал сигнал тревоги. Я не хотел сегодня контроля над собой. Если я запутаюсь в своих мыслях и перережу глотку Алексу, думаю, ничего страшного не будет. Одной трагедией больше, одной меньше.
Я продолжаю двигаться дальше и прошу песню.
-Ты ищешь подвох? Неужели я такой плохой? Я ведь твой брат, почему ж ты ждешь от меня плохого? - я стараюсь говорить максимально невинным голосом, но в нем чувствует много фальши. Меня бояться стоит, поскольку порой я шальная пуля. А на щеках у малыша Алекса появился румянец, что означало его смущение. Я наконец-то смотрю ему прямо в глаза, когда все это время пробегал их вскользь. Не люблю прямой контакт, но сейчас он был нужен. Чтобы вывести Алекса из равновесия, чтобы выдернуть его из зоны комфорта. Сможешь ли ты теперь петь, брат? Такой хваленный и знаменитый, такой талантливый. Давай проверим, можно ли пропить талант, когда пьешь со своим братом-злодеем.
Алекс забрел в кладовую и начал искать там старинную гитару, которую подарила ему мать в далеком прошлом. И хотя гитару просил я, получил он. Санта определенно путал нас, раз большинство моих заказов оказалось именно у Алекса. Он возвращается и садиться слишком рядом, что теперь дискомфорт чувствую я. Мне казалось, что к Алексу я не прикасался всю жизнь, и приближался последний раз пару часов назад, поскольку мы рядом стояли у гроба. Сейчас не было причин сближаться, но Алекс сделал это, и мне начало казаться, что нарочно. Я бы услышал звук гитары даже если бы Алекс сидел на другом конце дивана. Но все это остается в моей голове, я нервно улыбаюсь и солютирую пустым бокалом, выпиваю подтаявший лед. Брат настраивает гитару, тонкими пальцами перебирает струны и пытается подобрать песню для меня. Возможно, сегодня он даже напишет новую песню. Песню о том, как он ненавидит брата. И я очень огорчусь, если она не попадет в первые строчки чарта.
Алекс начинает петь, а я наслаждаться. Сердце колотиться, поскольку мне нравится то, что происходит. Хотя если посмотреть на меня, то я хмурюсь и делаю вид заинтересованного слушателя. Песня явно не про меня, и посвящена определенно не мне. Отодвигая все прошлые недомолвки, я могу сказать, что Алекс действительно талантливый парень и, пожалуй, слава его заслуженная. Да, он талантливый настолько, что заставляет меня тянуться к компьютеру и набирать в поисковую строку Алекс Грейсон. Кстати, однажды я убил его фанатку. Он не знает, но я познакомился с ней на концерте моего брата. Забавно, правда? Но логика моя была проста. Алекс нравился моей Мэйбл, она всегда его поощряла, и будь миллионершей, непременно бы стала его покровителем и спонсором. А поскольку она была простой женщиной, женой старшего брата, то она просто уважала и любила Алекса. Делала то, чего я никогда не мог. По этой простой логике я и стал искать счастье на концерте брата, но не нашел. Очередной мусор. Визжала, когда услышала мою фамилию. Не поверила, что мы братья. Думала, что я тезка. Я ударил ее,и она упала.. и я всадил ей нож прям в лицо. Кстати, мне нравится убивать ножом, так более эстетично, чувствуется характер и сила, поскольку для удара холодным оружием нужна сила и опыт. И этим я могу похвастаться только сам себе, ведь это пойму только я.
Алекс поет слишком эстетично. Чувствуется, что он сам получает наслаждение от того, что делает. И это здорово. Я никогда подобного не чувствовал, когда подчищал финансовые истории тех ублюдков, что сидят надо мной. И вот сейчас я ощущаю какую-то радость, как будто я нашел любимого исполнителя. И это счастье, которое появилось в моем бренном теле, заставляет меня злиться и ненавидеть Алекса еще больше. Он заставляет меня сходить с ума, я сжимаю бокал. Сильнее, еще сильнее. Так сильно, что напрягается вся рука. От запястья до плеча проступают вены, но их не видно под хлопком рубашки. Мои пальцы побелели, а на лбу выступил пот. Я ненавижу тебя, Алекс Грейсон. Ты чересчур хорош, чтобы тебя любили, Алекс! Алекс замолчал, но я продолжал сжимать бокал и смотреть на него. В какой-то момент стакан просто лопается и я ощущаю, как стекло впивается в мою руку. Я резко разжимаю ладонь и ощущаю жар собственной крови. Морщусь.
-Считай, что мне понравилось, - рычу я, не в силах сказать что-то приятное брату. Свободной рукой я зажимаю запястье, чтобы придавить артерии и приостановить кровь. Но я не могу просто взять и признаться, что мне нравится. Не могу, Алекс, прости, - обидно только за тех бедолаг, что каждый день торчат в лондонском метро. Кстати, слыхал и получше песни. Почему же они не получают миллионы, а? Брат? - я улыбаюсь и поворачиваюсь к брату, стоя перед ним и зажимая окровавленную ладонь. А потом я просто опустил руку. Мне не хотелось ничего делать, я смотрел на брата испытывающим взглядом.
-Знаешь, когда отец умирал, он сказал, чтобы я позаботился о тебе, поскольку певец - профессия баб и наркоманов, - я вру, отец перед смертью сказал, чтобы я заботился о матери и брате, но это уже другая история, - как думаешь, стоит ли мне начать заботиться о тебе? - я смеюсь, а потом наклоняюсь к журнальному столу, где стояла пачка салфеток. Вытянув одну, я ушел на кухню, чтобы вытащить из руки стекла. Я надеялся, что брат пойдет за мной. Мне хотелось этой сладкой и чертовски приятной ссоры с ним.

0

80

Caroline McAdams
rachel weisz

http://67.media.tumblr.com/tumblr_m85ia8SJTR1ruqbic.gif
возраст: 32
деятельность:  раньше была домохозяйкой, сейчас не знаю
родной город: О-Клэр

В двадцать я встретил ее. Она не просто была воплощением идеала девушки и будущей жены для моей мамы, она была гораздо большим - она отлично умела играть ту роль, в которой ее хотели видеть. Кто-то, возможно, назвал бы ее лицемерной, но я впервые увидел в этом лазейку, возможную свободу действий. я увидел в ней глоток свежего воздуха, именно с ней произошло все то, от чего решительно ограждала меня мать и до чего не решался дойти я, памятуя о фамильной гордости и о долге перед семьей. Памятуя о строгом воспитании отца, конечно же, и о том, что при жизни я так и не смог заслужить его одобрение.
Конечно, она была не первой девушкой в моей жизни, но почему-то только с ней я бросался в по-настоящему страшные вещи, совершал безрассудные поступки - даже мысль о которых мне бы в голову не пришла. Конечно, я сделал ей предложение, сразу после того, как свалился с крыши двухэтажного клуба. Конечно, она согласилась.
Я ожидала большего от тебя, - скажет она тринадцать лет спустя и закроет перед моим носом дверь, оставив на пороге чемодан с моими вещами. Она подает на развод, едва мне исполняется тридцать три и говорит, что я теперь совсем не тот человек, в которого она когда-то влюбилась.
После стольких лет брака люди разводятся из-за домашнего насилия или измены. Впрочем, в большинстве случаев люди, имеющие детей, закрывают глаза и на это, оставаясь друг с другом "ради ребенка". Впрочем, некоторые остаются вместе даже без наличия ребенка. Потому что привыкли, потому что уютно и удобно быть вдвоем, потому что именно это лицо они привыкли видеть. Я привык видеть по утрам лицо женщины, которую я любил, я привык по утрам целовать свою двенадцатилетнюю дочь перед тем, как она соберется в школу. Я совсем не привык возвращаться после трудного рабочего дня в пустую однушку в центре города, которая выглядит так, будто в ней уже давно никто не живет. Я не привык созваниваться с адвокатом и ездить в суд, пытаясь отвоевать себе хоть что-то из нажитого. Я совсем отвык от пренебрежительного тона матери, которая в ответ на новость о нашем с Кэролайн разводе заявила, что никогда не понимала, что она во мне нашла.
Я ожидала большего от тебя. Я думала, у тебя хватит ума сделать так, чтобы она осталась с тобой.
Я вижусь с дочерью раз в две недели, она приезжает ко мне на выходные. Иногда говорит о том, как дела в школе, чаще спрашивает, правда ли я такой, как говорит мама. Классический неудачник? Начальник отдела статистики, зарабатывающий достаточно, чтобы в полной мере обеспечивать семью, имеющий эту самую семью (до некоторых пор) - у меня ведь было все, что предполагает по-настоящему успешную жизнь. Смотря на меня, люди могли сказать: "этот человек нашел свое место в жизни". Сложился. Как я это потерял?
Потом оказалось, что она кого-то себе нашла. Линда была знакома с ним, он представлялся ей как друг мамы, они проводили довольно много времени вместе и были невероятно влюблены. Влюблены - что я ей недодал? В чем я не был хорош? Что ей не нравилось в жизни со мной и почему я узнал об этом только в последний момент когда уже ничего нельзя изменить?
В последний раз мы виделись в зале суда, она посмотрела на меня, прямо в глаза и сказала "ничего уже нельзя изменить, Гарри". Она отбирает у меня дом и одну из двух машин, она хочет отсудить нашу собаку и хочет, чтобы наша дочь жила с ней. С ней и мужчиной, которого она теперь любит. Мне не жалко дом, я все равно собирался завещать его дочери, мне не жалко машину, которую я подарил жене на десятилетнюю годовщину нашей свадьбы. Мне жалко себя. Мне жалко жизни, которую я потерял, мне жалко, что ничего уже не сделать.

дополнительно:
То, что выше - буквально вырезка из анкеты. Есть хорошая удобная семейная жизнь в прошлом, есть муж-работяга и красавица-дочь, есть дом, машина и деньги. В настоящем есть любимый мужчина, муж, с которым тянется бракоразводный процесс, постоянно спрашивающая об отце дочь, которая запоминает буквально все, что ей говорится, и...
Я не знаю.
Я хочу драмы, я хочу боли, сожаления, может быть, стыда со стороны Кэролайн, и уверенности, что она "все делает правильно". Или нет? Я хочу тоски, страха и ожидания, хочу ненависти и обвинений в зале суда. Я хочу активной (*или не очень) и интересной игры, с постами не тороплю (вообще), главное - любовь к персонажу и умение понять ситуацию. Это самое главное.

ваш пост

Кровь.
Я чувствую ее так явственно, будто она течет прямо по полу этого паршивого клуба, так, будто здесь идет (шла) резня, так, будто вместо дрыгающихся в хаотичном порядке тел тишина и пустота, так, будто эти тела причудливым ковром закрывают собой пол. Сколько различных вариаций их расположения есть, интересно? Какие узоры мы можем вышить на этом ковре?
Я не настолько кровожаден. Я облизываю губы кончиком языка, замедляясь в самом уголке, зная, что ты смотришь на меня. Зная, что ты следишь за каждым моим движением, что не можешь оторвать взгляд от моих губ. Я улыбаюсь, показывая тебе свои зубы, ровные, идеальные белые остовки, способные вгрызться в горло кому угодно - даже тебе. Особенно тебе, потому что ты - мое любимое блюдо, мой десерт, мягкий и нежный, трепещущий, умоляющий. Как, скажи мне, как я могу оставить тебя в покое, когда я жить не могу без твоих томно прикрытых глаз, без твоей мольбы в голосе, без твоих сжатых в кулаки пальцев и растерянного взгляда? Как я смог бы, как я посмел бы оставить тебя, бедного, несчастного, потерянного, в одиночестве?
Возьми мою руку, я поведу тебя к лучшему миру. Ты ведь доверяешь мне? Скажи, что доверяешь, я не переживу, если ты скажешь "нет".
Я говорю тебе, что согласен. Шум музыки, чужие разговоры, крики, звуки движений - все это замирает, останавливается, все стихает, когда я наклоняюсь к твоему уху. Мои длинные волосы щекочут тебе шею, но ты не отстраняешься - потому что не можешь. Не можешь, когда я настолько близко. Я наклоняюсь, чтобы рассказать тебе свое условие, сделай это - и я пропаду, сделай это - и я исчезну это из твоей жизни, из твоей головы - я обещаю.
Я - демон твоего внутреннего мира, но ты забываешь об этом. Кивая, соглашаясь, с этой обреченностью во взглядах, в позе, в движениях. С обреченностью в каждом шаге, ты забываешь, что демонам нельзя доверять. Демоны лгут, чтобы получить свое, демоны изворотливы и хитры, мои глаза стремительно темнеют, чернота топит белки, когда ты отворачиваешься. Повернешься обратно - и наткнешься на открытый взгляд темно-карих глаз. Главное, не поворачивайся слишком быстро.
- Убей.
Жажда крови топит в себе мой разум, берега окрашиваются багровым, багровым окрашивается мир вокруг меня, ярко-красные капли падают с потолка, чаще и чаще, превращаясь в проливной дождь, окрашивает, метит каждого красным. Кто будет твоей жертвой? Она? Или, может быть, тот парень в серой майке справа от нас? Я предоставляю возможность выбрать тебе, потому что ты уже слишком давно ничего не выбираешь сам. Докажи мне, что в тебе осталось что-то от тебя, докажи мне, что ты способен принимать правильные решения. Но не смей отказываться, иначе ты никогда не получишь того, что хочешь.
Иначе ты никогда не избавишься от меня.
Зачем тебе от меня избавляться? Нам ведь было хорошо вместе, посмотри в мои глаза, ты видишь, я прошу, я умоляю, ответь мне, ответь, я не понимаю, что я сделал не так, где мы свернули не туда, почему ты так хочешь от меня избавиться?
Я постараюсь быть сильным. Из любви к тебе, я обещаю, я постараюсь быть сильным. Я уйду, едва почувствовав запах крови на твоих руках, потому что именно это ты и делаешь - убиваешь меня. Ты убиваешь меня, слышишь?! Своим решением, своей решимостью, ты убиваешь меня своим желанием - желанием не меня, желанием того, чтобы я развернулся и ушел. Мне плохо, плохо, плохо, и ты виноват в этом!
Я улыбаюсь тебе, едва заметив, что ты выбрал себе развлечение на ночь. Жертву на заклание. Алтарь нужно обагрить кровью, чтобы порадовать богов, чтобы порадовать единственного бога, что у тебя есть, чтобы свершить сделку. Ты готов, мой прекрасный Авель? Ты готов стать убийцей и освободиться?
Я вижу, что да.
Я глажу тебя по плечу, по руке - успокаивающе, ведь ты хотел именно этого, ведь тебе нужно именно это, мы оба знаем. Кровь очистит нас, нас обоих, смоет наши грехи, смоет следы моего присутствия в твоей жизни. Все станет другим. Ты сможешь дышать свободно, жить спокойно, но только в мире, где уже не будет меня.

0


Вы здесь » Photoshop: Renaissanse » Партнерство » rivers&roads


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC